оборотов. Его внезапно осенила простая до гениальности идея.
Поскольку никаких развлечений на горизонте не предвиделось, а странная скрытность Вальхема вызывала немало вопросов, то почему бы не…
Климер резко крутанулся на месте и резво потрусил к лесу, ориентируясь на оставленные в траве следы. Если ничего интересного выяснить так и не получится, то не беда, все равно заняться больше нечем. Ну а коли вскроется какой-нибудь занятный секрет, то такая возможность блеснуть потом перед остальной ребятней искупала любые издержки. Тут главное – постараться как можно меньше шуметь, чтобы Вальхем ненароком не заметил, что следом за ним увязался кто-то еще.
Раздражение и злость словно придали Вальхему сил, и он упрямо шагал вперед, лишь изредка останавливаясь, чтобы перекинуть металлическую связку на другое плечо. Таким образом, он уже довольно скоро добрался до знакомого оползня, где его ожидал Аврум.
Впрочем, в данный момент его загадочный друг пребывал в образе огромного, но вполне обычного валуна. Вальхем в очередной раз поразился, насколько достоверно он воспроизводит неровную поверхность камня, покрытую рытвинами, сколами и зеленоватыми пятнами лишайника. Мальчишка прекрасно знал, что все это – обман, но, сколько ни всматривался, сколько ни изучал его щербатые бока, так и не смог найти ни единого признака подделки.
Вальхем бросил на землю свою тяжелую ношу, с облегчением стянул с себя пропитавшуюся потом куртку и подошел ближе.
– Привет! – он похлопал по камню ладонью. – Просыпайся! Я тебе поесть принес.
Однако к немалому удивлению Вальхема, Аврум никак на его приветствие не отреагировал, упрямо продолжая прикидываться грязным безжизненным булыжником.
– Эй, здоровяк! – набравшись смелости, парень пнул камень ногой. – Хватит дрыхнуть! Оживай уже!
И вновь никакого эффекта.
– Ну просто чудесно! Я таскался в город за материалами, которые ты попросил меня достать, пер их через лес на своем горбу, а тебе теперь на все это наплевать?! Какого черта?!
Отсутствие какой-либо реакции со стороны Аврума начинало уже беспокоить. А вдруг с ним что-то случилось, вдруг он заболел или даже… умер?! На смену первоначальному возмущению пришла тревога. Вальхем обхватил камень руками и прижался к нему ухом, пытаясь расслышать хоть что-нибудь из происходящего внутри.
– Эй! Аврум! Ты меня слышишь? С тобой все в порядке?..
За его спиной хрустнула сухая ветка.
Мальчишка отпрянул от булыжника и обернулся, испугавшись, что по его следу мог придти волк, но вместо серого хищника он обнаружил перед собой кое-что похуже.
– Климер?! Что ты здесь делаешь?! Как ты тут вообще оказался?!
– Ты теперь, оказывается, еще и с камнями разговариваешь? – тот подошел ближе, заинтересованно рассматривая огромный выглядывающий из земли валун. – М-да-а-а…
– Как ты сюда попал?!
– Как, как… за тобой пришел, что тут непонятного? – решительно крутанув пальцем в ухе, Климер обошел глыбу кругом, совершенно не обращая внимания на побагровевшего от злости Вальхема.
Он определенно наслаждался моментом. Все-таки приятно подцепить другого человека за какой-нибудь секрет, некую тщательно скрываемую тайну, что отдает его в твою власть, делает его послушным и покладистым. Бултыхавшийся где-то на самом дне их мальчишеской иерархии Климер теперь получил в свои руки рычаг, который позволял ему теперь крутить своим не в меру независимым приятелем на все лады. Здесь и сейчас он был хозяином положения, и осознание сего факта буквально распирало его изнутри.
– Это тут ты свою мастерскую делаешь, да?
– Вроде того.
– А где печь будет? – Климер нагнулся, заглянув под бурую глыбу.
– Еще не решил.
Вальхем счел бессмысленным возмущаться его бесцеремонностью и сухо отвечал на вопросы, смиренно ожидая, когда Климеру надоест и он отбудет восвояси. Лишь бы не заблудился по пути, а то еще искать его потом придется. Почти наверняка он самостоятельно сюда придти второй раз не сумеет, слишком уж бестолковый, так что сейчас достаточно просто немного потерпеть его издевки, и все.
– Аврум, говоришь? – Климер похлопал ладонью по каменному боку, откровенно упиваясь моментом. – И что интересного он тебе рассказывает?
– Ничего. Это обычный камень.
– Ты так искренне о нем беспокоился! Он, часом, не заболел?
– Как видишь, с ним все в полном порядке. Он здоров, бодр и весел, как никогда, – Вальхем решил до поры до времени подыграть приятелю, прикинувшись дурачком. Авось, он так быстрей от него отстанет.
– А вот твое здоровье, Валька, в первую очередь умственное, вызывает у меня серьезные опасения, – Климер озабоченно на него покосился. – Все уже давно привыкли к твоим причудам и странностям. Голос металла и все такое прочее, но вот задушевные беседы с булыжниками – это что-то новенькое!
– Тебе-то какая разница?!
– Может, ты и нас со своим каменным другом познакомишь? Нам ведь тоже интересно послушать его истории! Как вы с ним встретились-то?
– Не твое с-собачье дело! – прорычал Вальхем, теряя терпение.
Показная развязность обычно тихого и всегда державшегося в тени недотепы совершенно вывела его из себя. Климер внезапно для себя ощутил на языке терпкий вкус власти над другим человеком, и это ощущение вскружило ему голову.
– Но-то, полегче! – он погрозил Вальхему пальцем. – Ты же не хочешь, чтобы о твоем секрете узнали остальные? Вся деревня над тобой потешаться будет!
– Я т-тебе сейчас п-прямо здесь веселуху ус-строю, п-понял?! – пальцы Вальхема сомкнулись на рукояти кирки. – П-проваливай, пока цел, а то я за себя не ручаюсь. Я же п-полный псих, не так ли?
– Эй! Эй! Ты чего?! – Климер испуганно попятился. – Совсем уже ольханулся, что ли?!
– К-катись отсюда п-кока цел, шантажист недоделанный!
– Ну точно больной!
Климер безнадежно махнул рукой и заковылял вниз по склону.
– Давай, давай, т-топай! – крикнул ему вслед Вальхем. – Еще раз тут п-появишься – клянусь, я т-тебя закопаю!
Тот вслух ничего не ответил, но перебирать ногами начал заметно шустрей и вскоре скрылся среди сосен.
Кирка выскользнула из ослабевших пальцев Вальхема и со звоном упала на камни. Он обессилено рухнул на ближайшее бревно и обхватил голову руками.
С ума сойти! Он ведь и в самом деле был готов сотворить со своим приятелем что-то ужасное. Гнев буквально ослепил его, начисто лишив способности трезво мыслить. Подумать только, до чего может довести человека вчерашний неуклюжий тихоня, неожиданно обнаживший свое темное нутро. Да и сам он тоже хорош!
