его души. И оба принадлежат только мне.
Мы пьём шампанское и трахаемся. Наконец и он расслабляется вместе со мной.
До часу ночи так и дышим друг другом, а потом он относит меня на руках в спальню, заботливо обернув махровым полотенцем.
— Пойду покурю и сделаю пару звонков… — говорит он и исчезает из спальни. Я же осматриваюсь. Красивое место. Высокие потолки, лепнина. Выглядит дорого и изящно. Почти по-королевски.
Я беру в руки телефон и делаю пару фотографий, а затем…
Затем вдруг вижу уведомления от сообщений Руслана…Но вовсе не на мой аккаунт, а на аккаунт Анжелики.
Руслан Адов: «Привет. Давно не списывались. Как твоё ничего?».
В груди вдруг жжёт…Мы только что занимались сексом, а он пошёл покурить, где написал девушке, с которой как-то общался и даже целовал…
И как мне это воспринимать? Ему мало меня?
Эпилог
(Рус)
Возвращаюсь и жмусь к её сонному телу.
— Рус, отстань, я сплю, — грубо отрезает она, заставив меня отпрянуть. Обиделась на моë сообщение? Заревновала? Ну точно же… Бля, как это прикольно. Неужели ещё не поняла, глупышка…
Какая же ты, Надя, дурочка… Я снова прижимаюсь к ней и целую её плечи, ныряя ладонями на плоский животик.
— Ты моя… Моя маленькая… — шепчу, осыпая её поцелуями и нагло приподнимаю её ногу. — Ещё тебя хочу… Надя…
— Обойдёшься, — щемится она к краю кровати, а я возвращаю обратно.
— Доиграешься, свяжу тебя… Смотри, что делаешь со мной, — я беру её руку и кладу на свой член, а она дёргает вверх-вниз и смотрит прямо в глаза.
— Оторвать бы тебе его по-хорошему, — заявляет, и я смеюсь, хоть и не без стонов наслаждения.
— Отсоси мне, маленькая. Хочу твой ротик… Сильно хочу.
— Ммм… Руслан хочет мой ротик? — дразнит она, лаская меня. — А он не охренел?
— Нет. Соси, Надя, — уже более грубо говорю и помогаю ей опускаться вниз с поцелуями. Пиздец меня вставляет, как нежно она всё это делает. Как целует, как погружает в рот, как старается вбирать, и я ни разу сильно не жестил. Не могу так сделать… Хотя фантазии были разные. И в глотку, и в задницу, но что-то стопорит меня от этих грубых действий в её адрес. Мне и без того хорошо…
Хоть порой и хочется, блядь, показать ей, кто здесь главный.
— Дыши носом, малыш, — обхватываю её волосы и чуть сильнее давлю. Отчего её красивые огромные карие глаза немного слезятся. Она смотрит на меня. Смотрит своим самым, сука, охуенным безумным взглядом. А я смотрю на неё, пока моё сердце бросается вскачь по грудной клетке.
— Красивая… Ты самая красивая, — шепчу ей, касаясь пальцами щеки… Закатываю глаза. Всю поясница обдаёт жаром. Только с ней меня уносит куда-то. Это другой вид удовольствия. Не просто секс. А то, что задевает все грани души. Волнует…
— Наааадь… Я почти кончил… — шепчу ей, а она наоборот только ускоряется и углубляется. И я ощущаю дрожь по всему телу. Мощный рывок пульса куда-то за пределы возможного. Кончаю ей в рот, а она принимает, закрывая глаза. Это нечто… Я реально не понимаю, как это может быть правдой. Младшая сестра Кира. Моя малышка, блин. Волкова Надя… Девочка — ураган.
— Ты общаешься с другими девушками? — спрашивает она, поднимаясь к моему лицу, и я улыбаюсь.
— Бывает… — лукаво отвечаю, подмигнув.
— Зачем?
— Просто так, по делу или для общения. Не более того…
— Понятно… — вздыхает она, а мне нравится наблюдать за этой жгучей ревностью. Да, возможно, неправильно… Но вот что я сделаю, если меня вставляет? — Мы увидимся завтра?
— После работы. Конечно.
— Хорошо. Обними меня, Руслан. Скажи, что я единственная…
— Ты единственная, Надя…, — глажу её по волосам. Подношу к носу, вдыхаю нежный аромат. Балдею. Для меня это личный наркотик. Её запах, её вкус. Она такая одна. С самого того дня в Варшаве я это понял. Повело… И сейчас ведёт… Слишком уж она обалденная. Цветочная. Хрупкая. Изящная. И я понимаю, что её нужно беречь. Даже если порой она выглядит боевой и сильной, но это Надя… За ней нужно ухаживать. Она из тех женщин, которые чахнут без заботы и мужского внимания. И из тех, которые могут свергнуть правительство, если ощущают поддержку…
Она — мой маленький мир…
— Спокойной ночи, любимая, — шепчу ей, но она, похоже, уже не слышит этого. Сопит. Да и я очень скоро проваливаюсь в сон.
Правда это своё «любимая» ещё долго всплывает в сознании…
Я сдаюсь. Ей сдаюсь. Полностью. Навсегда.
* * *
Ранним утром, после того как разъезжаемся, засранка решает со мной поиграть.
Анжелика Царева: «Моё ничего хорошо. А ты как, Руслан? Что нового? Не женился?».
Мне на этих словах заржать хочется. Вот ведь маньячка хитрожопая.
Руслан Адов: «Нет. А ты? Замуж не вышла?»
Анжелика Царева: «Нет. Хочешь встретиться или зачем пишешь?».
Руслан Адов: «Просто спросил, как дела… Ты в Варшаве?»
Анжелика Царева: «Да».
Откладываю телефон. Пусть понервничает.
Надежда Волкова: «Хорошего дня, Руслан», — ещё так холодно и официально…
Дурында…
Руслан Адов: «И тебе, малыш. Сильно занят. Дела».
Конечно я издеваюсь. Представляю её лицо, когда она поймёт, что я знаю… Боже…
Мы переписываемся каждый день, и я время от времени пишу Анжелике какие-то нелепые сообщения, а она отвечает, словно у неё раздвоение личности.
Надюша пыхтит каждый раз, когда я пишу ей из ванной или с улицы, уходя покурить. Это надо видеть. Столько негодования и ревности. Хотя я даже не пишу ничего пошлого. Ни слова о сексе. Вообще нихрена такого… Просто мучаю её воображение… Ибо нехрен мне так беспринципно лгать…
До поездки остается день, мы снова видимся в отеле на нейтральной территории.
— Гриша оформил самолёт. Всё нормально. Завтра утром мне нужно решить кое-какие дела, маленькая, и за тобой
