– Я дам тебе медовую конфетку, когда они уйдут, – шепотом пообещала Яна, не представляя, правда, где она возьмет такую конфету. – А теперь, Чиура, милая моя, просто молчи, ведь ты же не хочешь, чтобы тебя заметили…
Она устроилась перед Чиурой, заслоняя ее собой.
Раздался металлический щелчок – должно быть, это Шири Теку открывал дверь. В комнату ворвался солнечный свет. На улице был день. Яна почувствовала, как по ее спине ползет холодный пот. Ей не хотелось верить панике, охватившей Кеталу, но у Шири Теку действительно должны были быть причины не пускать их сегодня на работу. Время – это кредиты, всегда говорил он, а сегодня он потратил много времени, оставив их в бараке. Она не осознавала, сколько они просидели взаперти, пока не увидела свет солнца. Золотой прямоугольник дверного проема наполнился таким ярким сиянием, что у нее заболели глаза; она так давно работала в дневную смену, что позабыла, когда видела столько солнца. Должно быть, случилось что-то серьезное, что-то, что стоило всех этих потерянных часов работы. На мгновение Яна поверила во все те ужасы, которые говорила Кетала о диди Бадини.
Впрочем, мужчина и женщина, вошедшие в барак следом за Шири Теку, вовсе не казались страшными или злыми. Мужчина был маленьким сереньким человечком с острым личиком – ни клыков, ничего такого, так что Яна решила, что он не может быть Флейтистом. После того, как она перевела взгляд на женщину, маленький человечек и вовсе перестал ее интересовать. Эта женщина была самым прекрасным существом, какое только доводилось видеть Яне с тех пор, как она попала в Анъяг. Для начала, она была чистой – ни пылинки на гладкой коричневой коже. Она не была тощей и костлявой – наоборот, полненькой и ухоженной. А ее одежда!.. Платье женщины было розово-золотым, а сшито оно было из какой-то легкой газовой ткани, так что колыхалось вокруг нее, как облако, и порхало вокруг ее округлых форм, словно стайки бабочек. Под отороченным золотым кружевом подолом юбки виднелись темно-розовые шаровары и золотые ножные браслеты. Против воли Яна застонала от восторга и протянула руку к женщине, но тут же отдернула ее. Ей хотелось потрогать тонкую ткань платья, но она бы испачкала ее. Она была просто грязной маленькой девчонкой с рудников, и Шири Теку побьет ее, если она испачкает такую красивую госпожу. Может быть, она возьмет меня, подумала Яна, и я тоже буду носить шелковые шаровары, И красивую одежду, и буду есть каждый день, и…
На мгновение глаза диди Бадини и Яны встретились. Глаза женщины были не такими красивыми, как все остальное, они были холодными и темными, и жестокими, словно бы из них смотрел Черный Старик, словно это он пробрался Наверх, чтобы посмотреть на мир глазами этой красивой госпожи. И когда Яна увидела эти глаза, она вспомнила, что раньше видела диди Бадини. Только тогда ей показалось, что это сон. Тогда она приходила ночью и рассматривала детей при свете фонаря. Яна перекатилась на бок и зарылась под одеяло: она слишком устала, чтобы думать о людях, которые приходят к ней во сне, разговаривают и светят фонарем. А наутро исчезла Сурья.
– Слишком тощая, слишком обычная, – сказала диди Бадини, обращаясь к Шири Теку. – Если это лучшее, что у тебя есть, ты понапрасну тратишь мое время.
– У меня тут есть большая девочка, слишком большая для работы на руднике. Где Кетала? – угрожающе спросил у детей Шири Теку.
Яна не заметила, когда и куда пропала Кетала, она была слишком занята Чиурой. Но взгляд Исрара на мгновение метнулся к самому дальнему от двери углу барака, где, казалось, была навалена куча тряпок, а глупенькая Лата заявила:
– Она играет в прятки, но я ее видела.
Шири Теку пнул кучу тряпок изо всех сил. Из-под тряпок раздался сдавленный вскрик. Он порылся в них и за руку вытащил оттуда Кеталу.
– Она меня не захочет, – всхлипывала Кетала, – я слишком уродливая. Вот, смотрите! – она повернулась к солнцу и подняла лицо, показывая шрам, пересекающий ее правую щеку.
– М-м, – протянула диди Бадини. – Стой спокойно, девочка.
Она провела рукой по груди Кеталы, пощупала ее ягодицы, сунула руку между ног.
– Меченная и использованная, – проговорила она. – А здесь она больше не нужна, ты сам так сказал. Я ее возьму, чтобы сделать тебе одолжение.
– Она все еще должна деньги на выкуп, – сказал Шири Теку.
Кажется, эти слова развеселили диди Бадини:
– Как и все они, верно?
С минуту они с Шири Теку обменивались фразами, потом согласились на сумме, от которой у Яны перехватило дух.
– Нет! Я не пойду!
Шири Теку выпустил Кеталу: пока они торговались, он бурно жестикулировал; воспользовавшись случаем, Кетала попыталась проскочить между двумя взрослыми и бросилась к дверям. Полные коричневые руки диди Бадини метнулись к Кетале с быстротой змей: она поймала девочку за толстую косу, сбегавшую по спине Кети. Кети упала на колени, больно ударившись: диди Бадини все еще держала ее за косу.
– Пожалуйста, – всхлипывала девочка, – я же уродина, видите, вы не захотите меня.
Диди Бадини улыбнулась, и это была улыбка Черного Старика.
– Некоторым из моих клиентов это нравится, – сказала она Кети. – Скоро у тебя прибавится меток.
Она кивнула Шири Теку:
– Выбей из нее желание драться. Я не собираюсь драться с визжащей кошкой всю дорогу до Келталана.
Шири Теку небрежно стукнул Кети в висок. Ее голова мотнулась вбок, но диди Бадини все еще держала девочку за косу; Шири Теку ударил еще раз, и тело Кети обмякло. Диди Бадини выпустила ее волосы, и Кети упала на глиняный пол. Шири Теку перебросил ее через плечо и понес к дверям.
– Но я не за этим сюда прилетел, – заговорил серый человек: его голос был похож на шорох сухих листьев под зимним ветром.
– Твой хозяин сказал мне, что здесь есть кое-что, ради чего стоит прилетать, – заявила диди Бадини остальным детям. – И где же это? Красивый ребенок, сказал он, что-то особенное – и слишком маленький ребенок, чтобы его можно было приставить к работе.
Яна уставилась в пол. Может быть, если она не будет поднимать глаз, если она не будет видеть Черного Старика, глядящего из глаз диди Бадини, то женщина не увидит ее и не станет задавать ей вопросы – не станет удивляться тому, что она, Яна, так нелепо скорчилась на полу возле угла, в котором сидит Чиура…
– Он что, тебя имел в виду? – диди Бадини подняла голову Фаиза под подбородок. – Красивые карие глаза, но зубы безнадежны; к тому же, тебе достаточно много лет, чтобы ты был хорошим рабочим. Это не ты.
Она перешла к Лате, которая смотрела на нее с бессмысленной улыбкой и пыталась следить за диди Бадини здоровым глазом.
– Если он имел в виду эту, то я попусту трачу время.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
