операцию в Ильинах и не доложили о жертвах.
Мешков остановился у санатория. Командира отряда Тимура Бахтина он застал при выходе из главного корпуса.
— Поздравляю, майор Бахтин!
— С чем?
— То оружие, шо мы у бобровой полтины упустили, ты в Ильинах накрыл.
— В таких делах нужна ясность, — лицо Бахтина прорезало недовольство. — Не мы упустили, а вы — полиция.
— Грешен, — согласился Мешков. — Расскажи, как прошло в Ильинах?
— Где это?
— В аккурат на границе. Там индюшиная ферма была.
— Первый раз слышу.
— А бойцов туда посылал?
— Нет. Когда ты там моих видел?
— Да не я. Брат…
— Брат у тебя гражданский, в шевронах не разбирается. Обознался.
Мешков смутился, и правда, это только его домыслы. Бахтин посмотрел на часы:
— Мне пора. Военные просят помочь с охраной железнодорожного подъезда к воинской части.
— Спец ветки в подземный объект, — понимающе кивнул Мешков.
Бахтин метнул лукавый взгляд на полицейского:
— Я не разбалтываю секреты.
Командир Росгвардии направился к «Уралу» и ловко вскочил в высокую кабину. Взревел двигатель. Мешков проводил взглядом отъехавший грузовик с бронированным кунгом.
Ох, уж эти секреты! Еще в девяностых по договору о сокращении и ликвидации ядерного оружия Россия передала западным партнерам информацию об объектах «С» 12 Главного управления Министерства Обороны, где хранилось ядерное оружие. В том числе о военном городке Белгород–22, куда передислоцировали тактические ядерные заряды из Украины. О бункере под горой, где хранится что-то особенное, местные наслышаны. Большой участок в лесу обнесен колючей проволокой и усиленно охраняется.
О заправке автобуса Мешков спросить не успел и решил действовать, как оперативник. В лесопосадке за санаторием он нашел небрежно замаскированный автомобиль-заправщик. Поодаль за кустом курил водитель, сидя на земле спиной к дереву.
— Пришел поблагодарить, — сказал Мешков и показал служебное удостоверение.
— Благодарить? — не понял водитель.
— Чем люди отличаются от животных?
— Животных? — вновь повторил водитель и еще больше насторожился.
— Уважением к мертвым. Спасибо, шо автобус «Ритуал» заправил.
Бойцу Росгвардии не понравилось упоминание мертвых. Его маленькие узко посаженные глаза не вызывали доверия. Водитель задрал голову, прислушался, примял ботинком окурок и пошел к машине, бросив на ходу:
— По уставу все вопросы через командира.
Майор остался в неведении: заправляли здесь «Ритуал» или нет. Одно ясно, бойцов Росгвардии в Ильинах не было, как и военных. А люди с оружием были. И применили его против гражданских. Выходит…
О своих выводах Олег сообщил брату по телефону:
— Повезло тебе Андрюха на ферме.
— Скажешь тоже. Да я чуть не обделался!
— То не наши бойцы были, а украинские диверсанты.
Андрей некоторое время обдумывал тревожную новость, но быстро перестроился на деловой лад.
— Диверсантов прогнали?
— Теперь их там нет.
— Значит, и запретной зоны на Ильинской ферме нет?
— Как и не было.
— То, что надо! — обрадовался предприниматель, завершил разговор и принялся за дело.
Он находился на квартире у Ирины Шевченко и тут же поделился с ней идеей:
— Нужно пугнуть владельца Ильинской фермы, что военные могут изъять землю для своих нужд. И прибрать по дешевке!
Ирина в спальне у комода подводила тушью глаза. Выслушав сумбурную речь Андрея, она опустила кисточку и взглянула на него через зеркало:
— Опять мне давить на продавца?
— Тебе больше верят. Ты своя.
— А ферма станет твоя! — Ирина повернулась. — Пора обсудить мою долю.
— Я думал, у нас с тобой… — Андрей перевел выразительный взгляд на мятую постель.
— Заправь, — велела женщина.
Андрей подчинился решительному настрою подруги и стал заправлять постель. Ирина остановила его, усадила на кровать рядом с собой и заговорила мягче:
— Ты пойми, Андрюша. Сегодня мы вместе, а завтра… Вдруг ты меня бросишь. Мне нужна уверенность. Возьми меня…
Она взяла его за руку, сжала безымянный палец. Андрей окончательно растерялся. Ирина пихнула его в бок, повалила на кровать и озорно задышала в лицо:
— Да не замуж, в компаньоны! На десяток процентов я заработала? Подпишем бумагу и станем партнерами. Ты главный, а я младшая, послушная.
У Андрея отлегло от сердца. Он расплылся в счастливой улыбке и через час, как обычно не глядя, подписал подготовленные Ириной Шевченко документы.
Глава 46
Мария Федоровна Синица посчитала нападение на себя дурным знаком в череде неприятностей. Отъезд постоянных клиентов, отмененная свадьба, участившиеся обстрелы, а теперь еще и сломанная ключица давали ясный намек — пора консервировать бизнес. Действующий ресторан у границы — заманчивая цель для врага. И бить будут в разгар вечера по клиентам. Место веселья останется в народной памяти местом трагедии. Ей это надо? Да ни в жизнь! Уж лучше закрыть заведение до лучших времен, а оборудование продать.
Мария Федоровна рассчитала персонал ресторана и пришла в Сбербанк, чтобы положить наличную выручку на счет. Левая рука ее покоилась на перевязи в бандаже и временно потеряла дееспособность, но взгляд по-прежнему был цепким и внимательным. В кассе ее обслуживала Оксана Наумова. Кассир узнала хозяйку ресторана, мимикой выразила сочувствие и вежливо обслужила клиента.
Марию Федоровну заинтересовалась крестиком на груди кассира. Ее глаза сузились. Та же цепочка, те же размер и форма, и главное — тот же бриллиант! Побледневшая женщина вцепилась в выдвижной бокс и застыла перед кассой.
— Вам что-то еще? — спросила Наумова.
Синица покивала в задумчивости и попятилась. Выйдя из банка она позвонила в полицию майору Мешкову и, как только он ответил, выдохнула:
— Я нашла вора!
Спустя четверть часа начальник отделения Сбербанка вызвал кассира Наумову в свой кабинет. Там уже находились майор Мешков и решительно настроенная Синица.
— Оксана, это не по работе, — предупредил начальник. — У майора полиции к тебе вопросы.
Наумова с опаской опустилась на стул. Мешков указал на украшение на груди и спросил:
— Гражданка Наумова, откуда у вас этот крестик?
— Мне подарили.
— Кто? Когда?
— Миша. Недели две как.
— Михаил Штанько?
Наумова утвердительно кивнула. Мешков продолжил:
— Штанько сказал вам, где взял данный крестик?
— Купил в ювелирном. Подарил в подарочной коробке! — отчаянно заявила Наумова.
Терпевшая всё это время Синица возмутилась:
— Ага, как же! Точно такой же у меня украли!
— Нет. Миша не мог! Он поклялся. Миша не вор!
— Не только вор, но и грабитель! Меня чуть не убили!
Спорящих женщин разделял стол. Мария Федоровна подалась вперед, намереваясь здоровой рукой сорвать крестик. Ее остановил Мешков.
— Мария Федоровна, чем вы можете доказать, шо крестик ваш?
Синица откинулась на спинку стула, смерила презрительным взглядом Оксану.
— На моем крестике выгравированы мои инициалы.
— Аргумент, ребром, — согласился оперативник. — Наумова, снимите, пожалуйста, крестик. Я проверю и верну, если он куплен в магазине.
Оксана дрожащими пальцами расцепила цепочку с крестиком
