– А это, сэр, уже в компетенции военного министерства, – ответил Гарри, начиная собирать свои бумаги. – Коли вы считаете необходимым просчитать свои действия на случай непредвиденных обстоятельств, я не вправе вам в этом препятствовать. Но я тем не менее действительно полагаю, что было бы разумно вдобавок ко всему позволить мне составить наше ложное донесение.
– Должен заметить, господин премьер-министр, что предложения виконта Бонема часто оказывались дельными, – высказался военный министр.
Упершись взглядом в стол, премьер-министр поморщился, после чего решительно произнес:
– Хорошо, Бонем. Составьте документ, мы переправим его по нашим обычным каналам.
Гарри поднялся и поклонился.
– С превеликим удовольствием, сэр. Вы получите его утром. Честь имею, джентльмены, желаю вам приятно провести день.
Он зашагал к двери и, оказавшись в сравнительно тихом коридоре, вздохнул с облегчением. Проходивший мимо прапорщик отдал ему честь. Ответив ему равнодушным жестом, Гарри поспешил к себе в кабинет. Выполнение задания займет у него часа два. Он воспользуется шифром, которым уже пользовался прежде, внесет лишь некоторые незначительные коррективы. Они на некоторое время должны озадачить французских шифровальщиков. Но ничего трудного… а потом – он свободен.
Свободен планировать свое следующее свидание с Нелл.
Кажется, впервые за всю жизнь он не мог всецело сосредоточиться на работе – ему мешали воспоминания. Ее запах, ощущение ее волос в руках, нежность кожи, сладкое, влажное тепло ее лона. Он помнил, как глаза Корнелии под его взглядом обретали глубину и блеск сапфиров, впитывая в себя его душу, как втягивало в себя его плоть ее тело.
У него было много женщин, но никогда прежде ему не доводилось пережить таких часов, какие он провел с Нелл.
Анна… Нет, здесь был лишь долг. Она не получала удовольствия от их близости, и он, следовательно, тоже. О Джеффри Вибарте он, разумеется, не знал. Иначе, наверное, не возлагал бы на себя всю ответственность за отсутствие у жены энтузиазма к акту любви.
Гарри вошел в кабинет и захлопнул за собой дверь. Это была тесная комнатушка, но ее размеры вполне соответствовали требованиям человека, работа которого в основном оставалась тайной для других. Это был воинский долг. Его исполнение не сулило ни почета, ни славы, не требовало особых жертв и рассматривалось лишь как утомительная, неблагодарная и необходимая работа, о которой нельзя было говорить открыто.
Гарри уселся за свой исцарапанный стол, очинил перо и принялся за работу.
Когда он ее закончил, уже стемнело. Он сложил листок пергаментной бумаги и открыл дверь в коридор.
– Стюарт?
– Слушаю вас, лорд Бонем. – Из-за двери напротив тотчас появился подслеповато моргавший за стеклами очков молодой человек со взъерошенными волосами. Его черный сюртук, казалось, покрывал тонкий слой пыли. – Готово, сэр?
– Готово, – кивнул Гарри, передавая ему документ. – Проверьте хорошенько, не допустил ли я ошибки.
– Вы никогда не ошибаетесь, сэр, – почтительно, даже с некоторым благоговением, сказал молодой человек.
Гарри устало улыбнулся:
– Все когда-нибудь бывает в первый раз, Стюарт. Шифр вам знаком, уверьтесь, что нет описок, и отправьте его по обычным каналам.
– Сию минуту, милорд. Вы будете дома, если мне понадобится что-то уточнить?
– Я буду спать, Стюарт, а посему, прежде чем меня будить, убедитесь, что это вам действительно необходимо, – предупредил Гарри. Он улыбался, но сомнений насчет серьезности этого предупреждения у его помощника не было.
– Слушаюсь, сэр, – ответил он и исчез в своей каморке.
Гарри потянулся, хрустнув суставами. Ему требовались свежий воздух и зарядка, чтобы уснуть. И прежде чем встретиться с Нелл, ему требовалось выспаться.
Найджел уставился в карты, пытаясь припомнить, какую из них банкомет сдал последней. Голова была забита всякой всячиной, и никак не удавалось собраться с мыслями. До него доходили тихие голоса распорядителей, называвших ставки, свист рассекающих воздух при сдаче карт, яркий свет канделябров, льющийся на покрытые сукном столы, слегка возвышавшиеся над другими голоса игроков, демонстрирующих пустой бокал порхающему с графином в руках лакею.
Никогда прежде Найджел не бывал в игорных домах. Мак сказал, что «Пикеринг-Плейс» из них самый лучший. Каждый, кто хоть чего-то стоил, играл здесь. Однако ни виконта Бонема, ни кого-то из его близких приятелей Найджел за столами не видел.
Голова болела. Найджел пошел с дамы червей, которую тотчас побил король банкомета. Выписывая очередную долговую расписку, Найджел уже потерял счет проигранным деньгам. Ему на плечо легла чья-то рука. Он поднял голову и увидел перед собой незнакомое лицо.
– Мистер Дагенем, можно вас на пару слов? – любезно проговорил человек, рука которого, однако, крепко сжимала плечо Найджела. Человек был не один. Найджел заметил еще двоих, стоявших по обеим сторонам от первого, одетых в темное джентльменов.
Стараясь выглядеть равнодушным, Найджел отозвался.
– Извольте. Чем обязан? – Он встал из-за стола и, вытаскивая из кармана табакерку, движением плеча сбросил с него руку незнакомца.
– Не могли бы мы с вами переговорить приватно? – осведомился человек, ожидая, когда Найджел возьмет из табакерки понюшку табаку, которой тому вовсе не хотелось. – Будьте так любезны, пройдемте со мной. – Он указал на боковую дверь зала.
Оцепенев от сознания неизбежности, Найджел проследовал вслед за тремя мужчинами в маленький внутренний кабинет, и тот человек, что говорил с ним, учтиво предложил:
– Не угодно ли бокал коньяку, мистер Дагенем?
– Благодарю вас, – ответил Найджел, словно бы со стороны услышав свой голос. Он принял бокал и отказался от предложения присесть.
Собеседник улыбнулся, но улыбка его была не из приятных.
– У вас, кажется, небольшая проблема, мистер Дагенем. Это, полагаю, все ваши.
Потрясенный Найджел увидел в руке у незнакомца пачку долговых расписок.
– Не сегодня, – заикаясь проговорил он. – Не может быть, чтобы все эти долги я сделал нынче вечером.
– Ну нет, разумеется, нет, – успокоил его человек, с манерами заправского картежника пробегая ловкими пальцами по краям расписок. – Не сегодня, нет. Но… э-э… скажем, за последние несколько недель?
Найджел сглотнул, судорожно пытаясь постичь, как так вышло, что все долговые расписки, выданные им за столами игровых клубов Мейфэра, оказались в руках у этого человека.
– Как… каким образом они к вам попали? – выдавил он из себя.
Незнакомец улыбнулся и положил расписки на стол.
