— Ну, наконец-то, — раздраженно пробормотала Кия, которой уже надоело жариться под палящим солнцем.
— А этот камень... как ты думаешь, почему они носят его? — поинтересовался Огара-чжин у Рюичи.
— Ну... Выходит, это место — что-то вроде тюрьмы?
Старый наставник медленно кивнул.
— Однако сами эти люди не преступники, — пояснил он. — Участь преступников куда страшнее, ибо они никогда не поднимаются из рудника на поверхность. Перед вами — родичи осужденных. Их держат в этом поселке, поколение за поколением, в зависимости от тяжести преступления, дабы они трудились на поверхности, собирали кристаллы, полировали и обрабатывали их. Такая же участь ждет их детей и детей их детей, которые никогда не увидят свободы. Воистину тяжкий труд и жестокая судьба!..
Содрогнувшись от ужаса, Рюичи вновь взглянул на играющих детей.
— Но что же это за камешки у них на шее?
— Не все кристаллы являются Камнями Силы, Рюичи. Существуют еще Связующие Камни, которые есть у вас обоих, и многие, многие другие. Что же до этих кристаллов, то они служат для того, чтобы помешать побегу заключенных. Их сила привязывает пленников к одному месту. Если они попытаются уйти отсюда, то будут постепенно слабеть и слабеть, пока наконец... — Он не договорил, но в этом и не было нужды. — Кристаллы вживляются детям, когда им исполняется пять зим, и это происходит отнюдь не так легко и безболезненно, как у Дарителей.
— Но кто... — начал Рюичи в смятении. При одной мысли о муках, на которые обречены эти несчастные, у него сердце разрывалось от жалости, словно хищный зверь терзал его острыми когтями.
— Этот поселок — один из множества в Доминионах, — сообщил ему наставник небрежным тоном. Глаза его блеснули. — Прежде на рудниках трудились лишь шахтеры-добровольцы, труд которых щедро оплачивался.
— Прежде? — не понял Рюичи. — Прежде чем что?
— Ответ тебе прекрасно известен, мой мальчик. Я не скажу ничего нового. К тому же ты все равно не поверишь. Каждый должен сам все понять... Но сейчас ты встал на долгий путь, ведущий к пробуждению!
Наставник взглянул на солнце, висевшее высоко над головой, затем перевел взор на учеников.
— Наш урок окончен, — объявил он. — Давайте вернемся домой.
В полном молчании они двинулись обратно в Гар Дженну.
После всех ужасов и человеческих страданий, которые ему довелось повидать сегодня, на сердце у Рюичи было так тяжело, что каждый шаг давался ему с неимоверным трудом, а путь домой занял, казалось, целую вечность.
Глава 6
ПОСЛЕДНИЙ УДАР
По ночам над каньоном, где располагалась Гар Дженна, натягивали маскировочный полог, сплетенный из ветвей и листьев. Поскрипывание рычагов, блоков и веревок, сопровождавшее эту титаническую работу, было привычным для всех обитателей небольших хижин, лепившихся к стенам ущелья. Постепенно звезды над головой исчезали, и наступала кромешная тьма. Это делалось для того, чтобы люди могли разжигать огонь, не рискуя быть замеченными с неба.
Но сейчас время было уже позднее, и во всем огромном, погруженном в глубокий сон тайном поселении горел лишь один-единственный оранжевый огонек.
Калика сидела у окна, опираясь локтями на деревянный подоконник и положив подбородок на руки. Распущенные волосы мягкой волной ложились девушке на плечи. Сегодня вечером, как обычно, она провела по ним расческой ровно сто раз. А теперь сидела, всматриваясь во тьму каньона, и чего-то ждала.
На деревянном балконе ее хижина была самой крайней. Дальше начиналась крутая винтовая лестница, ведущая к большой платформе для общих собраний.
В темноте послышался скрип ступенек.
— Привет, Рюичи, — окликнула Калика. Он двинулся на голос, почти невидимый в кромешной мгле.
— Откуда ты узнала, что это я?
Калика опустила руки и ладонью похлопала по подоконнику.
— Мои кристаллы показывают мне не только прошлое. Иногда... иногда я дотрагиваюсь до предмета и могу увидеть, что произойдет с ним в скором времени. — Ее оливковые глаза остановились на едва различимом в темноте лице гостя. — Когда я коснулась вот этого подоконника, то увидела, как сижу, опираясь на него, и разговариваю с тобой.
Рюичи немного помолчал. — Я бы не поднялся, если бы не увидел у тебя свет, — сказал он наконец.
— А я бы не оставила свет гореть, если бы не ждала тебя. Будущее исполняет само себя. Порой все происходит именно так.
— Ты знаешь, зачем я пришел?
— Нет, — сказала она.
— Я могу войти внутрь?
— Не уверена. — И загадочная улыбка мелькнула у нее на губах.
— Я просто хотел поговорить.
— Знаю.
Молчание.
— Ладно, — решилась Калика. — Заходи. Она отошла от окна и вернулась в комнату.
Здесь было так же тесно, как и у Рюичи, а из мебели имелись лишь узкая койка, небольшой сундучок для личных вещей и огненный кристалл на подставке, прикрепленной к деревянной стене. Зеркал в Гар Дженне никто не держал. Зеркала могли стать окнами для ячира. Потоптавшись в дверях, Рюичи вошел внутрь. Калика в шелковой ночной сорочке темно-синего цвета сидела на постели, скрестив ноги. Он опустился рядом на сундучок. Рюичи неуверенно ерзал, пытаясь устроиться поудобнее, и все никак не мог начать разговор. Что-то его гложет, поняла Калика.
— Рассказывай, — предложила она просто.
— Я всего лишь хотел кое-что узнать, — пробормотал Рюичи. — Мне интересно, почему ты присоединилась к «Паракке».
Калика удивленно засмеялась.
— Вот вопрос так вопрос! А ты не думаешь, что, может быть, мне вовсе не хочется рассказывать об этом посторонним?
— Да, конечно... Извини, — тут же откликнулся гость. — Но, понимаешь, я ведь не из пустого любопытства спросил. Мне это правда важно. Я тут думал всю ночь, бродил по округе... Мне обязательно нужно узнать!
— Что-то тебя мучает, — сказала она, и это было утверждение, а не вопрос.
Калика видела, что в душе Рюичи происходит некая внутренняя борьба, но пока не знала, в чем дело.
— Сегодня Огара-чжин водил нас на шахту Кейко, — пояснил он. — Должно быть, Эли рассказала ему о нашем с ней разговоре в лесу, и он повел нас туда нарочно, чтобы склонить меня на сторону «Паракки». Но все равно... я видел... там нечто такое... все это... нет, я даже не знаю, как сказать! Я больше не могу понять, где правда, где ложь... — Он смущенно замолк, как видно, пытаясь подыскать более точные слова, но так и не сумел.
— Прошу тебя! — взмолился наконец Рюичи, не сводя глаз с Калики. — Скажи мне!
Некоторое время она молча взирала на него; отблески света ложились на ее лицо, подчеркивая высокие скулы.
— Ладно, — решилась Калика, хотя было заметно, что ей это не доставляет никакого удовольствия. — Ладно. Мой отец состоял в свите прежнего правителя, короля Окко. Когда Макаан свергнул Окко с престола, то всех, кто ему служил, предали мечу или сослали на рудники. Моему отцу повезло: он погиб с оружием в руках. Мать вскоре после этого умерла на шахтах в Чжучжи. Я тогда была еще совсем ребенком. Одна из служанок спасла меня, когда началось побоище.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
