и подошла к лифту.
Около лифта с объемными пакетами в обеих руках стояла женщина предпенсионного возраста. Я посмотрела на кнопку вызова лифта. Она горела красным цветом.
– Я уже его вызвала, – сообщила женщина.
– Хорошо, – заметила я, а сама подумала: «Я столько потеряла зря времени из-за нежелания консьержки признаться в том, что она отсутствовала в подъезде, когда в квартире Джембровского находился убийца. Но что же тогда получается? Что Иннокентия застрелила девушка, похожая на куклу Барби, с заколкой в волосах? Именно о заколке, привлекшей ее внимание, говорила Наталья Евгеньевна. И именно такую заколку я нашла в холле квартиры Джембровского».
Лифт наконец прибыл, и мы с женщиной вошли в кабину.
Я спросила у нее, какой ей нужен этаж, и нажала кнопку. Мы уже начали подниматься, когда в кабине внезапно погас свет. Но лифт продолжал подниматься.
– О боже, – произнесла женщина, – только бы он не остановился!
– А что, такое может произойти? – спросила я.
– Да все может произойти! – взволнованно воскликнула женщина. – Сколько раз я себе давала слово, что буду ходить только пешком. Но с грузом это делать тяжело. Поэтому если мне приходится возвращаться домой с покупками, то я стараюсь ехать в лифте не одна, а с кем-нибудь. Все-таки с попутчиком не так страшно.
– Вообще-то, смотря, с каким попутчиком, – заметила я. – Можно ведь на такого попутчика нарваться, что лучше без него.
– А ведь вы правы! – воскликнула женщина. – Господи, я как-то об этом не подумала. А ведь действительно, если в кабинке окажется маньяк?!
– Да вы успокойтесь. В данный момент с вами нахожусь только я. Разве я похожа на маньячку?
– Вы – нет. А вот она… – пробормотала женщина.
– Кто «она»? Вы о ком говорите? – решила я уточнить.
– У нас в доме совсем недавно застрелили руководителя банка, – начала объяснять женщина. – Я живу двумя этажами выше его. И вот в тот день я собиралась к стоматологу, вышла из своей квартиры, стала спускаться. Пешком, естественно. Все-таки спускаться – это не подниматься. Так вот, спустилась я на этаж, где жил этот мужчина, а из его квартиры выбегает она! Представляете?
– Не совсем, – призналась я. – Расскажите поподробнее.
В этот момент лифт остановился на этаже женщины, и тут же загорелась лампочка.
– Ой, а вы свой этаж проехали, – сказала женщина, – это я вас заговорила.
– Да не важно, вы лучше расскажите, как выглядела эта «она», – попросила я, когда мы с женщиной вышли из лифта.
– Это была девушка, совсем молодая, лет девятнадцать, наверное, ей. Симпатичная блондиночка, но вид у нее был такой! Как будто она от монстра удирала. Лицо просто безумное, выражение, я имею в виду. Она неслась, как будто за ней гнались сто чертей. Я только потом, когда узнала, что произошло убийство, сообразила, что выбегала-то она из той самой квартиры. Неужели там находился убийца? И она от него убегала? А что, если убийца мужчины – это та самая девушка? Убила, а потом пришла в ужас и бросилась бежать!
– Во сколько это было? – решила я прервать версии, которые сыпались, как из рога изобилия. – Сколько времени было, когда девушка неслась из квартиры убитого?
– Сейчас скажу. Значит, так. К стоматологу я была записана на двенадцать тридцать. Вышла я, стало быть, минут пять-семь первого. Стоматология хотя и недалеко от нас находится, но я всегда выхожу пораньше, чтобы время было в запасе. Не люблю, знаете, примчаться, высунув язык, – объяснила словоохотливая женщина.
– А у девушки были какие-то особые приметы? – задала я точно такой же вопрос, как и пятью минутами раньше Наталье Евгеньевне.
– Ой, насчет примет ничего не могу сказать. Но точно она не хромая и не косая. А! Вот вспомнила! Волосы у нее были сколоты красивой заколкой. Вся такая переливающаяся, хотя и видно, что недорогая. Но смотрится очень красиво. Я бы и сама такую заколку носила бы, но возраст не позволяет, – вздохнула женщина.
– Взгляните, – я снова вынула из сумки заколку, – такого типа заколка была у девушки?
– Да! – обрадованно воскликнула женщина. – Просто один в один!
– А почему вы решили, что убийца – это та самая девушка с заколкой? – спросила я.
– Но ведь она же вышла из его квартиры. А потом этого мужчину нашли убитым, – объяснила женщина.
– Вас как зовут? – спросила я женщину.
– Анна Анатольевна, – ответила она.
– Анна Анатольевна, но ведь мужчину нашли убитым гораздо позже, уже в начале второго часа дня. Приехала его тетя, обеспокоенная тем, что племянник не отвечает на ее звонки. А за то время, что девушка выбежала из квартиры мужчины, мог еще кто-то прийти.
– А вы откуда все это знаете? – Женщина с подозрением посмотрела на меня.
– Я частный детектив Татьяна Иванова, я провожу это расследование по просьбе тети убитого, – объяснила я.
– А, теперь понятно. – Анна Анатольевна кивнула. – Но дело в том, что к стоматологу я в тот день так и не попала. Когда эта девушка чуть не сбила меня с ног, я вдруг вспомнила, что оставила дома пенсионное удостоверение. Я вернулась, полезла в сумку за ключами, а ключей-то нет!
– Как же так? – удивилась я.
– А вот так. Я оставила их дома на тумбочке в прихожей, а дверь захлопнула. Пришлось звонить племяннику и ждать, пока он привезет запасные ключи. Поэтому я позвонила в стоматологию, – слава богу, сотовый был со мной – и отменила посещение. И все это время до приезда родственницы этого убитого мужчины я провела на своем этаже. И никто за это время в его квартиру не входил. Так что та девушка последней вышла из его квартиры. Вот так-то.
Анна Анатольевна направилась к своей квартире, а я спустилась на этаж, где находились квартиры Джембровского и его соседей, и позвонила в квартиру Полины Георгиевны.
Открыли мне не сразу. Я позвонила еще раз. Вскоре послышались шаги и немного дребезжащий голос спросил:
– Вам кого?
– Полина Георгиевна здесь живет? – спросила я.
– Это я, – ответила женщина.
– Полина Георгиевна, я частный детектив Татьяна Иванова. Я провожу расследование
