Оставалось неясным, каким образом в компьютере МВД Гюнтер Пфлегер уживался с Вольфгангом Шмидом. Но и тут не было ничего криминального. По-видимому, произошла техническая ошибка: при компьютеризации чиновник не обратил внимания на факт смены фамилии и занес Гюнтера Пфлегера в базу данных. Обычная безалаберность зажравшихся бюрократов.
Инспектор Андриани побеседовал с близкими Гюнтера Пфлегера и Вольфганга Шмида. Но ни Лаура Криспи, ни Лотар и Салли Шмид ничего не могли сказать о врагах убитого, точнее, категорически отрицали их наличие. Ничего не добавили и Билл Уайт с Брайаном Адамсом – постоянные партнеры Вольфганга Шмида по покеру.
Старший инспектор Брайтвелл уже подумывал обратиться за помощью в столицу, хотя его воротило от мысли, что эти столичные выскочки усядутся у него в кабинете и начнут командовать как у себя дома. Все это он уже несколько раз проходил. Большое спасибо!
Но тут дело приняло иной оборот. Сначала в участок заявилась миссис Голдсмит и сообщила, что ее муж Генри Голдсмит, стилист, а по-простому, парикмахер, исчез. Утром, как всегда, выпил чашку зеленого чаю с традиционным омлетом и отправился на работу, но так до нее и не дошел. И домой не вернулся. Нет-нет, жили они дружно, и не было повода… Все предписываемые случаю усилия были предприняты, но поиски ничего не дали. Генри Голдсмит не покидал страну воздушным путем, а учитывая, что вместе с ним исчезла и его старенькая «субару», то он вполне мог «сделать колеса».
Не успела полиция как-то успокоить миссис Голдсмит, как приключилась новая напасть. Не прошло и трех дней, как исчез Тед Густавсон, о чем заявила его старшая дочь Сандра. Тед Густавсон возглавлял филиал туристической фирмы «Сент-Ривер тревелз». Сценарий исчезновения был схожим, правда, Густавсон исчез по дороге с работы домой. Но существовало и два принципиальных отличия: во-первых, при нем имелась довольно крупная сумма денег. По дороге домой он должен был зайти в банк и сдать недельную выручку, но до банка, как и до дома, он не добрался. А во-вторых, его машина была найдена брошенной вблизи мексиканской границы. Так что опасения домочадцев за судьбу Теда Густавсона выглядели вполне обоснованными.
Теперь обращение за помощью в столицу выглядело неизбежным: своих сил у старшего инспектора Брайтвелла на поиски убийцы и двух пропавших явно не доставало. Но Брайтвелл не спешил. Он решил дождаться, пока столица сама предложит помощь, а он милостиво согласится ее принять.
Николь. Ну вот, начинает хоть что-то происходить.
Мэриэл. А ты считаешь, что до этого момента ничего особенного не случилось?
Николь. До исчезновения двух граждан спокойного провинциального городка, события вполне могли иметь весьма банальное объяснение.
Мэриэл. Если так рассуждать, то и эти исчезновения…
Николь. Ну, нет! Одно исчезновение могло, конечно, не иметь никакого отношения к предыдущим событиям, но два – это уже перебор, просто по закону жанра.
Мэриэл. Ты права только в том случае, если перед нами чисто литературное произведение.
Николь. А это не так?
Мэриэл. Не знаю. Но если здесь нет ничего, кроме авторской фантазии, почему папку подбросили сюда, а не в какое-нибудь издательство?
Я протянула руку, чтобы забрать рукопись у Мэриэл.
– Подожди-ка, – сказала она и позвала своего секретаря.
– Я вам нужен, – меланхолично сообщил Ари.
– Будь добр, загляни в подшивку газет. Нас интересует Вольфганг Шмид.
– В этом нет никакой необходимости.
– То есть?
– Вольфганг Шмид, пенсионер, ушел из дома 17 мая в Тотридже и не вернулся по сей день. Полиция его ищет, но пока безрезультатно.
– А Гюнтер Пфлегер?
– Гюнтер Пфлегер… – Ари замер, – а этот человек был убит. Его тело нашли в национальном парке в Тотридже. Кто-то ударил его по голове бутылкой из-под пива.
– Спасибо, Ари, – дружно и с чувством поблагодарили мы секретаря Мэриэл.
Он с достоинством удалился.
– Мне сразу имя показалось знакомым, – сказала Мэриэл.
– Но… Неужели имена подлинные?
– Как видишь. Надо будет потом проверить и другие. Ты все еще настаиваешь, что это чистый вымысел?
– Продолжим, – буркнула я и забрала у Мэриэл рукопись. Все-таки ей удалось сбить меня с толку. Впрочем, я, в отличие от нее, не могла положиться на Ари: ведь наверняка они в сговоре!
Глава пятая
Хельмут Пфлегер
Сообщение об исчезновении Генри Голдсмита могло бы особо не заинтересовать Бруно, случись оно в Сент-Ривере или на каком-нибудь из островов. Но речь шла о Тотридже. Не прошло и двух недель с момента убийства Вольфганга Шмида, как название города вновь замелькало на первых страницах центральных газет.
Приходило ли в голову Бруно, что эти два события как-то связаны? Вряд ли, хотя, разумеется, он этого не исключал. Почему бы и нет? Просто не было никаких оснований делать подобные умозаключения. Но вот когда пропал Тед Густавсон, Бруно задумался на эту тему серьезно. Само собой, все газеты в один голос выдвигали предположение, что исчезновения людей взаимосвязаны. Ведь между событиями прошло лишь два дня. А желтая пресса начала сеять истерику – под зловещими заголовками появились предсказания новых похищений, и, разумеется, среди потенциальных похитителей оказались инопланетяне. Все как всегда.
Но Бруно пошел еще дальше – интуиция подсказывала ему, что связать следует все три происшествия. Но как? Что общего может быть у почтенного пенсионера, цирюльника и менеджера средней руки? Ну хорошо, с цирюльником понятно, он мог стричь пенсионера и менеджера – надо будет это проверить. Впрочем, если следовать такой логике, то пенсионер, да и цирюльник тоже, могли пользоваться услугами туристской фирмы, возглавляемой Тедом Густавсоном. Если бы Густавсон исчез раньше Голдсмита, то напрашивалась версия: Голдсмит ограбил Густавсона и сбежал с деньгами. Но это скорее фантазия, чем рабочая версия. И тогда при чем тут Шмид? А это ключевой вопрос.
Когда Бруно решил, что надо бы проверить, где стригся Вольфганг Шмид и кто был его туристским агентом, раздался телефонный звонок. Лаура Криспи по каким-то делам оказалась в Сент-Ривере и хотела переговорить с ним. Райновски пригласил ее в свой магазин.
Посетителей не было, и Бруно мог уделить госпоже Криспи время для беседы. Они поднялись наверх.
Лаура сочла необходимым объяснить свой визит.
– Я все-таки решила, что должна вам кое-что рассказать. Я долго колебалась, но вам удалось произвести на меня впечатление. Благоприятное впечатление. Я все ожидала, когда же вы меня спросите, что мне известно про Вольфганга Шмида. Но у вас хватило терпения, а может быть, и такта… – Лаура вдруг умолкла, словно потеряла некое связующее звено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
