Морозова погладила Викторию по волосам и тихонько всхлипнула. Она почувствовала чуть подросший живот дочери и теперь старалась сдержаться, чтобы не расплакаться вместе с ней.
Впрочем, это были слезы счастья.
— Наконец-то ты прилетела, — выдохнула Виктория, отступая на шаг и быстро вытирая слезы платком.
Инга Валентиновна улыбнулась ей и, перехватив платок, сама принялась вытирать лицо княгини.
— Конечно, я прилетела, Вика, — шепотом сказала она. — Разве могла я отказаться? Как только передала дела, сразу же села на самолет. Князь Демидов был весьма настойчив, так что летели мы под охраной. Велел сразу же обращаться, если что-нибудь понадобится его правнуку или правнучке.
Виктория Львовна стояла, опустив руки по швам, совсем как в детстве, когда мать, точь-в-точь как сейчас, вытирала ей слезы. И слушала родной голос, который, казалось, не слышала целую вечность.
Хотя они и виделись не так давно и часто созванивались. Но все равно присутствие рядом матери радовало и окрыляло. Это перед другими супруга Дмитрия Алексеевича Романова была княгиней Красноярска. Но рядом с матушкой сама себя почувствовала маленькой девочкой.
— Спасибо, — еще раз прижавшись к боярыне, выдохнула Виктория. — Ты не будешь возражать, если я прикажу подать ужин здесь?
— Конечно, — согласилась Инга Валентиновна, после чего улыбнулась: — Это твой дом, Вика, и тебе решать, как и где кормить свою матушку.
Весь вечер Виктория провела в покоях боярыни, наслаждаясь встречей и отложив все дела на завтра. Прислуга не мешала, прекрасно понимая, что княгине нужно провести время со своей матушкой.
Викторию Львовну здесь искренне любили и готовы были исполнить любой ее приказ. Не знали в Красноярске такой доброй и милостивой хозяйки. Она судила споры по справедливости, поддерживала слабых, относилась с уважением к каждому, невзирая на социальное положение. К ней всегда можно было прийти с проблемой и найти решение или помощь.
А потому все прибывающие по делам в особняк князей Романовых аккуратно и вежливо заворачивались обратно. Управляющий записывал каждого, сортируя их по степени важности, чтобы завтра, когда Виктория Львовна вновь вернется к своим обязанностям, у нее не возникло никаких проблем.
Этот вечер же принадлежал только матушке и дочери, которой совсем скоро и самой предстояло стать матерью.
* * *
Иннополис. Князь Дмитрий Алексеевич Романов .
Выстроенный отцом город действительно казался пришедшим из будущего.
Посреди огромных зеленых зон, высаженных специалистами, поднимались к небу высотки не меньше пятнадцати этажей каждая. Широкие трассы, рассчитанные под многомиллионный ежедневный поток автомобилей, пересекали пространство между строениями.
Корпуса институтов и университетов, которым еще только предстояло прославиться на весь мир, возвышались над городской застройкой. Обилие дорогих автомобилей на улице, опрятные и чистые люди на тротуарах. Для благородной публики были возведены специальные гостиничные зоны за чертой города.
Яркие неоновые вывески предприятий и магазинов, множество торговых центров. Было заметно, что живут здесь люди состоятельные и способные себе позволить дорогие покупки.
Городской транспорт передвигался под управлением «Роя», хотя в каждом такси или автобусе все еще сидел шофер. Но ему уже не приходилось самому рулить и давить на педаль, если не возникала экстренная ситуация на дороге. Обученный на управлении боевыми машинами в грязи и бездорожье, искусственный интеллект легко справлялся с потоком автомобилей.
Но и стоило это все огромных денег. Возвести такой наукоград за считаные месяцы... Даже не знаю, сколько лет ушло бы у рода Романовых, если бы не инвестиции партнеров. Не было в Русском царстве такой стройки, что поглотила бы без остатка двести миллиардов рублей. А ведь это только начало, официальное открытие города еще только завтра.
Скоростная трасса привела меня к двадцатиэтажному зданию Научно-Исследовательского Института Современных Технологий Иннополиса. Подземная парковка на десять этажей — и тысячу машиномест — частично уже была заполнена. В этом НИИ трудились и учились больше полутора тысяч человек — самые первые, кто отважился переехать на новое место.
Поднявшись на скоростном лифте на самый верх, где располагались отдельные апартаменты, я прошел к дверям, и створки разъехались в стороны. Огромное помещение просвечивалось солнцем — кровлю и стены настроили так, чтобы можно было полюбоваться видом на окрестности.
Алексей Александрович сидел за своим столом, что-то изучая на ноутбуке. Справа от него разместился Сергей Алексеевич. Мой стол пока что пустовал.
Да, верхний этаж НИИ Современных Технологий Иннополиса являлся резиденцией клана Романовых. Но, в конце концов, это мой город, и я здесь делаю что хочу. Вот и пожелал устроить себе комфортную зону на вершине самого высокого здания в городе.
— Доброе утро, князь Романов, — с улыбкой поприветствовал меня отец.
— Утро доброе, князь Романов, — проговорил я, кивая в ответ, после чего повернулся к брату: — Здравствуй, князь Романов.
Шутка получилась сама собой. Все присутствующие имели титул князя, и хотя мы с Сергеем подчинялись Казани, наш клан в очень краткие сроки оброс властью, подданными и деньгами.
Совсем не такой была моя семья, когда я только-только осознал себя в этом мире. И тот факт, что я приложил руку к возвышению Романовых, заставлял меня испытывать чувство гордости. Можно сказать, что я выплатил все моральные долги перед семьей, которая приняла меня, воспитывала и обеспечивала.
— Завтра состоится церемония, — напомнил Алексей Александрович. — У тебя все готово?
Я кивнул, занимая свое кресло.
Система безопасности Иннополиса изначально не предполагала большого числа людей. Камеры слежения, датчики движения, звука. Без особого труда можно было отследить любое телодвижение и разговор на территории моего города.
Конечно, наряды полиции тоже имелись, как и отделение Царской Службы Безопасности — без них никто город возвести бы не позволил. И по оснащению эти службы превосходили на голову всех своих коллег. Разве что только Москва могла посоревноваться.
— Гости еще прибывают, — сказал я, отдавая мысленный приказ кофемашине в углу.
Та заскрежетала лезвиями, размалывая зерна, тут же пошло нагнетание пара, и через минуту в чашку уже полилась черная, как асфальт, жидкость. А по помещению хлынул будоражащий аромат.
Еще не сделав ни глотка, я уже ощутил, как мозг прочищается, а мысли бегут резвее.
— Все запланированные издания уже прислали своих корреспондентов, — продолжил я. — Осталось только дождаться церемонии, перерезать ленточку и устроить банкет.
Брат хмыкнул.
— Да, то-то народ удивится, что ты ни балов, ни приемов устраивать не станешь, — заметил он. — Могут счесть себя обманутыми, а то и оскорбленными.
— Этого не будет, — заявил глава рода. — Мы с Дмитрием позвали только
