А с другой стороны, представил, сколько будет желающих на этот кусок и как придётся его защищать от бандитов, рэкетиров и рейдеров всех мастей. Ну его нафиг! Будем надеяться, Фирдаус не подведёт и какой-никакой капитал к тому времени у меня и без этого будет. А если подведет, то и сам чего-то да сколочу к тому времени.
* * *
Кабинет второго секретаря Пролетарского райкома ВЛКСМ.
До конца рабочего дня оставалось двадцать пять минут. Павел Сатчан все никак не мог решить, предупреждать ли Пашу Ивлева о закидоне своей жены. Будь она среднестатистическая советская женщина, Павел даже не сомневался бы, что это его личное дело. Но Римма далеко не простая женщина, она дочь министра! Стоит ей только поплакаться папе в жилетку и он устроит «счастливую» жизнь всем «обидчикам» единственной дочери. Вот и что делать?
Момент все же был очень деликатный. Сатчан не понаслышке знал, какой дикой бывает ревность не только у женщин, как вот у его жены, но и мужчин. Как не знать, если это была причина, по которой он в ссылку в Святославле попал в прошлый раз, и еще, в принципе, легко отделался. Вот скажешь так Пашке мимоходом, что кто-то там думает, что его ребенок может быть не от него, а от Сатчана, а кто его знает, как он на это отреагирует? А вдруг и сам решит, что нет дыма без огня? И как с ним потом после этого работать? Ревнивцы бывают страшными людьми… очень далеко зайти могут. Если реально поверит в наветы Риммы, то полагаться на него больше никогда нельзя будет. Он со зла может и подставить его по-крупному…
Хотя, вроде, Пашка очень вменяемый и разумный человек. Нет, несмотря на все безумие этой темы, придется с ним все же ее обсудить. Вдруг, Галие прилетит или ему самому от его тестя? — решил Сатчан. — Они, даже, знать не будут, откуда и за что им такое «счастье». Еще и отреагировать могут неправильно, усугубив ситуацию для самого Сатчана. Надо их, хотя бы, предупредить. — решил он и набрал номер квартиры Ивлевых, но никого не застал дома.
* * *
Вернулся домой раньше жены. Начал разогревать макароны с котлетами. Вскоре пришла Галия, усадил её сразу за стол.
— Я сказала Ксюше, что уйду в декрет летом. — задумчиво сообщила жена.
— И как она восприняла это новость? — насторожился я.
— Нормально. Я её ещё раньше с Юркой Бахтиным познакомила, ей интересно было, кто новогоднюю композицию оформлял. Юрка согласился поработать вместо меня, пока я в декрете буду.
— Ты умница! Уже всё решила и предусмотрела! — удивился я. — Как Юрка отнёсся к твоему предложению поработать вместо тебя год?
— Ой, он очень рад. Рисовать ему нравиться гораздо больше, чем всё остальное. Я переживаю, как бы он институт из-за этого не бросил. — призналась жена.
— Откуда такие мысли?
— Да он уже готов и на полную ставку идти художником на завод…
— Вот чудак… Оформителем работать, что там может быть приятного и интересного? — недоумевал я. — Рисуй только то, что скажут и как скажут.
— Нет. Ну, не так всё скучно. — возразила мне жена. — И для творчества место есть.
— А ты покажи своего Юрку нашим соседям-художникам! — осенило меня. — Пусть он свои лучшие работы привезёт. А они оценят. Если у него, и правда, талант, пусть уходит из Горного и идёт в какую-нибудь художественную академию. А если ничего особенного, то пусть подрабатывает оформителем, раз так рисовать нравится, в свободное от учёбы, а потом основной работы, время. Или, просто, дома пусть рисует в качестве хобби.
— Ты гений! — воскликнула жена и чмокнула меня в щёку.
Сразу повеселев, она принялась мыть посуду. А потом усвистела вниз к художникам поговорить насчёт Юрки.
* * *
Квартира Павла Сатчана.
Приехав домой с работы, Павел уже имел твёрдое решение предупредить Пашу Ивлева о возможных проблемах со стороны своей жены. Но, увидев внешне спокойную жену, решил попробовать ещё раз поговорить с ней. Мало ли, то был просто беспричинный приступ ревности, а сейчас ее отпустило и она может думать разумно?
— Привет, дорогая. — попытался он поцеловать её, но она молча отвернулась. — Как день прошёл? — продолжил Павел, но жена промолчала в ответ.
Обычно его ждал уже накрытый стол с ужином, но сегодня стол был пуст, хотя в кастрюльке на плите он нашёл ещё горячее картофельное пюре и четыре сосиски. Ужин, однако, приготовила. — отметил про себя Павел, накладывая сам себе.
— Римма, ты ужинала? — крикнул он. — Мне это всё можно съедать?
— Ешь. — ответила она из комнаты.
Начала говорить, отметил про себя Павел, есть шанс объясниться.
— Рим, ну хватит дуться. — вернулся он к ней минут через десять. — Давай, поговорим, как взрослые люди.
— О чём? — с тоской в глазах посмотрела на него жена. — О том, что всё не так, как мне кажется?
— Но тебе, действительно, всё неправильно кажется. Я с Пашкой познакомился только потому, что он Галию кадрить начал, работать ей не давал, мне вмешаться, даже, пришлось однажды, так и познакомились. У них роман закрутился задолго до моего возвращения в Москву. И они в Москву уехали поступать ещё в конце июня, Галия от меня уволилась и уехала с ним. А я гораздо позже вернулся.
— Я тебе не верю! — воскликнула жена. — А как тогда они у тебя на дне рождения оказались?
— Пашка молодой, но очень толковый. Мы работаем вместе. Он мне нужен.
— Не ври! Эта девчонка тебе нужна, а не Пашка! — взвизгнула жена и с рыданиями выбежала из комнаты.
Постояв в нерешительности несколько мгновений, комсорг оделся, вышел на улицу и пошел к телефонному автомату ещё раз набрать квартиру Ивлевых. Звонить из дома он не имел ни малейшего желания. Жена еще что-то подслушает, не так поймет, и вот тогда уже совсем все…
* * *
Только я разложился с учебниками на кухне, раздался телефонный звонок. Звонил Сатчан.
— Привет. Поговорить надо. Сейчас заеду, дома будешь? — сходу спросил он.
— Ну, теперь, если и собирался куда, дома останусь. — ответил я. — Случилось что?
— Да, как тебе сказать… Короче, сейчас приеду.
Он был у меня через двадцать минут. На машине примчался. — машинально отметил я.
— Галия дома? — спросил он.
— Нет. К соседям ушла.
— Тем лучше. — он скинул на автомате обувь и разделся, по-хозяйски развесив свои вещи на вешалке в прихожей.
Жестом пригласил его на кухню, теряясь в догадках. Он был очень взвинчен. Что уже такого могло случиться? Неужто какие проверки серьезные?
Сатчан прошёл на кухню и без приглашения плюхнулся на табуретку.
— У меня с женой проблемы. — выдал, наконец, он.
Выдохнул с облегчением. Похоже, просто поделиться приехал по-дружески.
— Рассказывай. — сел я сбоку от него и приготовился сочувственно слушать.
— Римма втемяшила себе в голову, что между мной и Галиёй что-то есть. Что я перевёлся в Москву, и её за собой потянул. Что беременна она от меня. А за тебя я её замуж выдал для отвода глаз, что-то тебе пообещав…
Поражённый до глубины души, я не сразу нашёлся, что на это ответить. Если бы он завел речь про высадку инопланетян в Подольске, я бы также завис.
Сатчан истолковал мое молчание по-своему, и с беспокойством посмотрев на меня, сказал:
— Ну прости, сам понимаю, какой бред. Но это бред дочери министра автомобильных дорог РСФСР. А это человек с очень широкими возможностями, сам понимаешь.
— Какая замечательная фантазия у девушки. — ошарашенно проговорил я, пытаясь сообразить, что за фигня происходит.
Хотя, если посмотреть на ситуацию со стороны, всё, действительно, выглядит очень странно. И всё из-за моего возраста. Ну, правда, всё выглядит именно так, как увидела Римма: Сатчан привёз юную восемнадцатилетнюю помощницу за собой в Москву, предварительно договорившись со мной, шестнадцатилетним, что я на ней женюсь за поступление в МГУ. А если ещё станет известно, что он мне квартиру в Москве подогнал, для всех бесплатную!.. Ничего и никому мы не докажем.
