Старик на мгновение прервался, предоставив возможность собравшимся переварить услышанное.
— Первое упоминание о Гоге и Магоге встречается в Книге Пророка Иезекииля, написанной между 592-570 годами до Рождества Христова. Их имена пророк связывает с некой страшной угрозой. Господь, желая покарать Израиль, посылает на него ужасного князя Гога из Магога. Примерно через тысячелетие эти имена появляются в Коране, который называет их «отравителями земли».
— Другими словами, — подытожил Маклеод, — Гог и Магог выступают олицетворением зла в различных религиозных традициях.
— Да, похоже, что все эти аллюзии имеют общий источник, — согласился Адам.
— Дальше — больше, — продолжил сэр Джон. — Со временем Гог и Магог появляются в британском фольклоре в обличье двух злобных великанов.
Он открыл одну из книг и сверился с подчеркнутым абзацем.
— Гальфрид Монмутский, живший в двенадцатом веке, сообщает нам, что до того, как в 1200 году до Рождества Христова Британию завоевал Брут со своими троянцами, эти земли были населены племенем великанов. Кориней, став правителем Корнуолла, уничтожил всех великанов в своей земле, а с последним из них, двенадцатифутовым Гогмагогом, долго боролся и сбросил его в море, где великан и утонул. Еще три века спустя имена демонов опять появляются в связи с Корнуоллом. Кэкстон называет Гога и Магога единственными выжившими из сынов тридцати трех дочерей императора Диоклетиана. Бесчестные женщины убили своих мужей, за что их посадили в лодку без весел и отправили в открытое море. Но они не погибли, потому что лодку прибило к берегам Корнуолла, и там порочные женщины поселились и сожительствовали с демонами — во всяком случае, так гласит легенда. Порожденный ими народ великанов был в конце концов уничтожен — за исключением Гога и Магога, которых взяли живыми и привезли в Лондон, где приковали к воротам королевского дворца Брута.
— Знаете, — неожиданно из-под потолка раздался голос Кэтлин, — мне пришла в голову интересная литературная параллель.
Мужчины дружно повернулись в ее сторону. Спускаясь со стремянки, девушка продолжила:
— Отдельные эпизоды этой истории вызывают в памяти чудовищ из легенды о Беовульфе. Грендель и его мать описаны как жуткие создания, полувеликаны-полудемоны, питающиеся человечиной. Герой Беовульф не только побеждает чудовищ, он воплощает архетип мудрого царя, который имеет много общего с легендарным царем Соломоном иудейско-христианской традиции. Скорее всего царь Соломон служил прототипом для всех эпических героев такого рода. Впрочем, это уже отступление от темы.
— Отступление или нет, но эта история во многом совпадает с предыдущей, — заметил Адам. — Все легенды объединяет одно: чтобы одолеть упомянутое зло, требуется сверхъестественная сила и мудрость. Седоголовый, чем закончилась история с великанами по Кэкстону?
— Они умерли, и на месте их смерти установили каменные изваяния, — ответил сэр Джон. — Кстати сказать, сей факт уже относится к области реальной истории. Статуи великанов действительно находились в лондонском Гилдхолле в пятнадцатом веке. Большинство источников отождествляет их с Гогмагогом и Коринеем Гальфрида, хотя некоторые считают, что это Гог и Магог по описанию Кэкстона. В любом случае изваяний больше нет — они сгорели во время Великого пожара 1666 года. Однако легенда оказалась живучей, и на месте сгоревших скульптур в 1708 году изваяли новые. Эта композиция уже полностью соответствовала легенде Кэкстона и называлась «Гог и Магог, последние великаны Британии». Она просуществовала вплоть до 1940 года и была разрушена при воздушном налете на Лондон. На этом их история, наконец, заканчивается.
Сэр Джон снял очки и взглянул на Адама. Тот задумчиво кивнул.
— Я видел фотографии этих скульптур.
— Мне повезло больше — я видел сами скульптуры, — усмехнулся сэр Джон. — Меня специально водили на них посмотреть, когда я был маленьким. Довелось мне побывать и на груде камней, оставшихся от изваяний после памятного налета на Лондон. На самом деле скульптуры имеют для нас немного значения — они всего лишь слабый отголосок событий, происходивших более трех тысяч лет назад. Если мы отбросим все лишнее, привнесенное фольклорным сознанием, информации остается очень мало: во-первых, во всех легендах Гог и Магог ассоциируются с некой злой силой, во-вторых, возникновение этой силы восходит по меньшей мере к библейским временам. Еще пророк Иезекииль использовал их имена для устрашения своего народа неким древним злом, которое вот-вот вернется. Народная память о неведомом зле так глубоко укоренилась в индоевропейском сознании, что отголоски легенд можно найти даже в средиземноморском фольклоре. Вместе с римскими завоевателями эти предания в конце концов пришли на британские земли.
— А сами демоны были погребены в ковчеге под Иерусалимским Храмом! — поражение покачал головой Маклеод.
— Похоже, что так, — подтвердил сэр Джон. — Любопытно: первые изваяния Гога и Магога появились в то самое время, когда ковчег с демонами прибыл в Британию. Если, конечно, допустить, что Данди обладал достоверной информацией. Но легенды-то существовали за века до того, почему же статуи возвели именно в том столетии?
— Возможно, само присутствие демонов на острове пробудило дремавшую память об их существовании, — предположил Адам. — Представляете, насколько сильны связи человеческой психики с коллективным бессознательным? Существование изваяний говорит само за себя. Единичные упоминания еще можно было бы счесть случайными. Но если рассматривать всю картину в целом, и при этом вспомнить слова Данди, который назвал Гога и Магога демонами и сообщил, что главная задача тамплиеров изначально состояла в том, чтобы сдерживать угрожающее человечеству зло…
Повисло напряженное молчание.
— Отлично, — хмуро высказался Маклеод. — Значит, мы имеем дело с демонами. Чтобы с ними сладить, нужно быть мудрым, как сам царь Соломон, а тот, кто похитил Печать у Натана Финнса, может выпустить их на свободу.
— Нужно его остановить! — воскликнул Перегрин. — Но как?
Сэр Джон взглянул на Адама. Его карие глаза загадочно блеснули под густыми бровями.
— Думаю, Адам знает, что должен делать, — многозначительно сказал он.
— Похоже, иного выхода нет, — угрюмо кивнул Адам. — Завтра мы отправимся с визитом в замок Файви просить мою «сестру», Зеленую Леди, помочь нам достать Венец из тайника.
— Ты серьезно? — недоверчиво усмехнулся Перегрин. — не лучше ли оставить Венец там, где он уже пролежал три сотни лет? По-моему, это безопаснее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
