различным причинам – большей частью по материальным. Единственным заработком Троцкого были авторские гонорары за статьи в различных газетах, журналах и издательствах. Деньги эти приходили нерегулярно, а Наталья сидела дома с двумя маленькими детьми. Выручала финансовая помощь, поступавшая от родителей Троцкого.
Известны и другие венские адреса, где жила семья революционера. В 1910 году Лео Бронштейн – «земледелец и писатель» – был зарегистрирован в 19-м районе по адресу: Фридльгассе, 40. Следующим местом проживания был дом 43 по Вайнберггассе в Дёблинге. Последний венский адрес семьи Троцких – Родлергассе, 25. Там они жили до начала Первой мировой воины, и в 1914 году они покинули Вену.
Вот что писал об этом времени Троцкий:
Все бытовые тяготы жизни ложились на мою жену. Она находила силы все выдерживать и еще помогала мне в революционной работе.
Дети Натальи и Льва Давидовича вначале посещали детский сад в Дёблинге. Они быстро выучили немецкий язык и освоили венский диалект. Единственной их игрушкой был футбольныи мяч, и они целыми днями гоняли в футбол с соседскими ребятами. Когда подрос старший сын Лёва, возник вопрос, в какую школу ему поступать. По тогдашним австрийским законам ребенок до 14 лет должен был воспитываться согласно религиозной принадлежности родителей. Но так как в документах эти сведения не были указаны, Троцкий отправил Лёву учиться в протестантскую школу.
Как уже было упомянуто выше, доходы Троцкого происходили из журналистской деятельности. Он был венским корреспондентом либеральной газеты «Киевская мысль», где печатался под псевдонимом Антид Ото. Также Троцкий сотрудничал с редакциями русских газет: «Луч», «День», «Одесские новости», «Новое время», «Вперед»; немецких: Arbeiterzeitung, Kampf и французской Le Peuple.
В первые годы Троцкий проводил много времени в библиотеках, где он читал и писал (его даже назвали книжным червем за постоянное чтение), в редакциях газет, в клубах и в кафе, где он играл в шахматы, знакомился, дискутировал, спорил.
Венские кафе имели известность как заведения общественной, политической и экономической жизни столицы, где знакомились, налаживали контакты, заключали договоры, что-то обсуждали и спорили так горячо, что иногда приходилось вызывать полицию.
Одним из таких легендарных мест для встреч и общения в Вене было кафе «Централь» на Херренгассе.
Троцкий был завсегдатаем этого заведения. Каждый субботний вечер в заднем зале кафе встречались социал-демократические деятели и писатели, среди них: Карл Реннер, Отто Бауэр, Рудольф Гольдшейд, Людвиг Брюгель, Макс Адлер, Юлиус Дойч и другие. И что характерно, Троцкий имел контакты и сотрудничал не только с выдающимися деятелями австрийской социал-демократии, но и был своим человеком в русской эмигрантской колонии в Вене. Она была довольно многочисленной, так как австрийское правительство до Первой мировой войны использовало свою эмигрантскую политику как инструмент в противостоянии политике российского царизма и покровительствовало русским эмигрантам. Так вот Троцкий был неизменным участником русских вечеров, разных мероприятий, собраний, митингов, часто выступал на них и пользовался большим уважением у русских социал-демократов. Виктор Адлер в одном из писем назвал Троцкого центральной фигурой и вождем русских эмигрантов в Вене.
Троцкий был поражен «кофейным социализмом» австрийских социал-демократов, которым венский стиль заменил революционность. Аристократизм и мелкобуржуазность, тяга к интеллектуализму и обрывочные познания Маркса, джентльменство и сальные шутки о женщинах спокойно сочетались в характере социал-демократов Вены. Противоречивость и многогранность австрийской столицы не могла не сказаться на венских политиках, в том числе социал-демократах. Они не позиционировали себя радикально по отношению к имперской власти, уживаясь с существующими устоями. В старой императорской иерархической, суетной и тщеславной Вене марксисты-академики сладостно именовали друг друга Herr Doctor. Это, на взгляд Троцкого, демонстрировало степень «разложения» венских социал-демократов. В Вене, в сравнении с Берлином, не было настоящей политики и политической борьбы, все выглядело буднично и по-домашнему. Кофе вытеснил политику, эстетика подавила революционность. Однажды Отто Бауэр заявил Троцкому, что в Вене и в Австро-Венгрии нет внешней политики, так как общество в венских кафе не проявляет к ней ровным счетом никакого интереса.
ИГОРЬ ВЛАДИМИРОВИЧ КРЮЧКОВ, российский историк
Глава двадцатая
Конец «Красной Вены»
После окончания Первой мировой войны союзники потребовали от императора Карла I предоставления права на самоопределение для всех стран, входивших в его империю. В результате в октябре 1918 года был аннулирован союз Австрии и Венгрии, а 10 сентября 1919 года был подписан Сен-Жерменский мирный договор, который окончательно упразднил Австро-Венгерскую империю. Согласно этому договору, Австрия потеряла Южный Тироль и Истрию, отошедшие к Италии, а также большие территории в пользу трех новых государств: Чехословакии, Польши и Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев (КСХС). Последнее, в частности, получило от Австрии Далмацию, части Западной Крайны, Каринтии и Штирии. Кроме того, Австрии было запрещено когда-либо объединяться с Германией (88-я статья Сен-Жерменского договора). Численность австрийской армии была ограничена 30 000 солдат, к тому же Австрии не разрешалось иметь тяжелое вооружение и авиацию, а ее морской и Дунайский флот были переданы союзникам.
Доктор Карл Реннер во время подписания Сен-Жерменского договора. 1918
Таким образом, Австрия стала маленькой горной страной, треть населения которой проживала в Вене.
Потери в территории и населении были шокирующими. Молодая республика – ей не было и года – теперь имела лишь 84 000 кв. км вместо 700 000 кв. км, которые были при империи, и 6 млн жителей вместо почти 55 млн до 1914 года. Вена с ее полуторамиллионным населением стала гипертрофированной столицей небольшой страны, уменьшенной до девятой части своей былой площади. Клемансо, яростно ломая побежденную монархию и готовя новый европейский передел, сказал: «Австрия? Это то, что осталось». Город, который много веков блистал на фоне других дунайских стран, потерял свою функцию международной метрополии.
ЖАН ДЕ КАР, французский историк
* * *
В самом деле, с распадом монархии положение Вены сильно изменилось: она прекратила быть сердцем огромной империи с населением в пятьдесят с лишним миллионов человек и превратилась в обычную столицу обычной маленькой страны.
С 1919 года Веной управлял муниципалитет, состоявший из социалистов (он просуществовал до 1934 года). Хотя социалисты и составляли меньшинство в стране в целом, они доминировали в политической жизни Вены. По определению Жана де Кара, «Вена стала государством в государстве, испытательным полигоном рабочей демократии».
Открытие электрического легкорельсового транспорта. 1925
Карл Зейц, председатель Социал-демократической партии Австрии в 1919–1934 годах, назвал Вену «кусочком социализма в сердце буржуазного государства». Этот человек, родившийся 4 сентября 1869 года в
