руководства и корпоративных интересов». Отмечает, если бы средства выделяли непосредственно ВВС (ПВО, РВСН, ВМФ и т. д.), а те самостоятельно, в рамках официальной военной доктрины, вырабатывали бы требования к будущей технике, выдавали на конкурсной основе заказы разработчикам, сами производили оценку и испытания опытных образцов, а затем самостоятельно принимали решение о принятии (непринятии) их на вооружение, результаты очень значительно отличались бы от тех, что мы имели в действительности. И подытоживает: «Однако в рамках «самой передовой в мире» политической и экономической системы «развитого социализма» по-другому быть просто не могло. Все партийные чиновники, начиная с секретарей многих тысяч райкомов и кончая членами Политбюро ЦК КПСС, всегда считали себя компетентными во всех областях экономики, культуры, науки, техники, военного строительства. Остальных граждан партийные бонзы всегда и везде считали пешками-исполнителями, обязанными без размышлений выполнять любые решения и приказы, какими бы идиотскими они не были». Годы создания военной мощи СССР он называет не иначе как «проклятой реальностью». После такого пассажа как-то становиться не по себе. Я прослужил в армии более тридцати лет, разумеется, выполнял разные приказы начальников, но годы службы не могу назвать «проклятой реальностью», совесть не позволяет, когда речь идет о защите Отечества. Ну да ладно, не об этом идет речь.
Центральный орган Министерства обороны России газета «Красная звезда» (25 февраля 2010 г.) опубликовала интервью с начальником вооружения Вооруженных Сил – заместителем министра обороны РФ Владимиром Поповкиным. Статья называлась «Приоритеты нового времени». В ней, в частности, говорится: «У нас был задел фундаментальный с советского времени. И мы по очень многим направлениям вооружений опережали на годы, а по некоторым, и на десятилетия других».
Диаметрально противоположные точки зрения на создание оборонного потенциала страны, естественно, меня как историка заставляют добраться или хотя бы приблизиться к истине, что я и пытаюсь сделать.
2
Признаюсь, выявить главного «фигуранта», отвечающего за оборонный комплекс, не просто. Конечно, любой из вас, уважаемый читатель, кто жил и творил в эпоху «развитого социализма», не задумываясь, скажет: «Н.С. Хрущев, Первый секретарь ЦК КПСС». И будет недалек от истины, с формальной точки зрения. В действительности, все сложнее. Причина тому – коллегиальность управления, как высший принцип партийного демократического централизма. Отрицать этого не собираюсь. Мне не раз приходилось замечать, как действует народная поговорка: «Когда хорошо – то сам, а когда плохо – то зам». Так и коллегиальность, есть успех – всем награды, провалили дело – крайнего не найдешь, с кого спрос персонально?
Коллективный разум воплощался в различных постановлениях, раздельно и совместно. А кто их готовил, кто подписывал? Партия решила, партия направила…
Даже в солидном труде «Военно-промышленный комплекс СССР» Н.С. Симонов, автор, не назвал фамилию человека, полностью отвечавшего за оборонно-промышленные объекты и изделия. В других источниках тоже мало что почерпнёшь.
Противостояние мировых систем в XX веке породило невиданную секретность деятельности отдельных людей, специалистов, целых отраслей науки, производств и даже городов. Сошлюсь на несколько примеров. В начале 1962 года газета «Правда» в заметке под заголовком «Награды героям атома» сообщила: «За большие заслуги, достигнутые в развитии атомной промышленности, науки и техники, разработке, совершенствовании и испытании новых образцов мощного термоядерного оружия, Президиум Верховного Совета СССР наградил особо отличившихся работников – дважды Героев Социалистического Труда – третьей золотой медалью «Серп и Молот», присвоил звания «Герой Социалистического Труда» – 26 ведущим конструкторам, ученым, инженерам и рабочим, наградил орденами и медалями СССР более 7 тысяч рабочих, конструкторов, ученых, руководящих, инженерно-технических работников и военнослужащих Ракетных войск, Военно-воздушных сил и Военно-морского флота, наградил орденом Ленина ряд научно-исследовательских и проектных институтов и заводов. Присвоил звания «Герой Советского Союза» группе офицеров ракетных войск.[115] Секретность обеспечивалась такая, что работающие на одном предприятии люди не имели представления о том, чем заняты другие. 1953 год. Испытания первой водородной бомбы. Е.А. Негин вспоминал позднее: «Сидим на центральной площадке полигона в сборочном здании, а там, сзади, в здании, находится готовая бомба. Игорь Иванович Калашников почти на ней сидит и вдруг говорит по поводу сообщения по радио Маленкова, что в СССР создана водородная бомба: «Надо же, где-то еще занимаются тем же, чем и мы…» Фишма Н. (старший инженер-конструктор) поглядел на него с улыбкой: «Обернись, Игорь Иванович, вот о ней Маленков и сказал»[116].
Подобную секретность подтверждает анекдотический случай, происшедший в шестидесятые годы. Шведская академия наук обратилась к правительству СССР с просьбой назвать имена ведущих разработчиков для присвоения Нобелевских премий за первый спутник и запуск первого человека в космос. Н.С. Хрущев ответил на это в демагогическом духе, что автор – советский народ, ведомый Коммунистической партией. Страна лишилась шести Нобелевских лауреатов. О главном конструкторе ракет С.П. Королеве мы узнали только после его смерти.
В связи с этим своеобразное заключение о Ф.Р. Козлове сделали А.Н. Шелепин и В.Е. Семичастный, когда побывали в его рабочем кабинете: – на столе ни бумаги, ни карандаша нет – чисто. И заключили: Ф.Р. Козлов вообще-то не работал. Теперь-то понятно, что работу с секретными документами не должны были видеть посторонние лица, независимо от их взаимоотношений, должностей.
Засекречивали и военную продукцию. Как правило, она называлась «изделие №». О степени готовности того или иного «изделия» докладывали, используя «эзоповский» язык.
Секретами, и большими, секретарь ЦК КПСС Ф.Р. Козлов, без всякого сомнения, владел. Я уже писал ранее, что он ведал кадрами, курировал Вооруженные Силы, КГБ, МВД.
В архиве немало документов, подтверждающих его участие в решении вопросов обороны страны. Это их перечень (за 1961–1962 г.) с поручениями Секретаря ЦК КПСС тов. Ф.Р. Козлова, находящийся на исполнении в Отделе оборонной промышленности ЦК КПСС.[117] Об этом известно мало. Не принято рассказывать, кто занимался «секретным» производством.
Причем, если в понятии «секретность» есть какие-то табели о рангах, то Ф.Р. Козлов принадлежал к высшему из них. Его деятельность по руководству военно-промышленным комплексом скрывалась за семью печатями.
3
Из архивных документов узнаешь о громадной работе нашего земляка в «оборонке». За ней встает советская Отчизна с ее достижениями и бедами, но в своей неповторимости и державности. Возникает риторический вопрос, а насколько Ф.Р. Козлов был компетентен в военных вопросах, в организации оборонного производства? Почему ему доверили такой ответственный государственный участок. Вернемся к биографии.
Накануне войны, в 1940 году, 32 – х летнего Ф.Р. Козлова избрали секретарем Ижевского горкома партии. Четыре военных года закалили его характер, придали ему мужество, хладнокровную рассудительность, уверенность в собственных действиях, глубокое чувство ответственности за людей, которыми он руководил и с которых строго, по-партийному спрашивал, когда этого требовали
