не выпускать свою девочку из дома без необходимости. Беременность — это необходимость.
— Поехали.
Я накинул на неё теплую шубу, которую она на отрез отказывалась носить.
— Не могу я, Руслан. Она слишком дорогая. Лучше я надену свою куртку.
— Соня, — выдохнул я, — либо ты в ней едешь, либо мы остаемся дома, и больница сама приезжает к нам.
Зная себя, я это мог сделать без проблем. Перевезти медицинское оборудование и из бильярда соорудить комнату для родов. Ерунда.
— Тебя иногда можно переубедить?
— Можно, но только, если это не касается тебя.
Соня обреченно вздохнула и позволила мне её одеть. Сев в автомобиль, мы направились в город. За нами двигалась еще машины с охранной, которые явно были недовольный моей заданной скоростью. Я вёл машину намного медленнее, чем обычно. Обгонявшие долбаёбы раздражали, но мой циферблат все равно не поднимался выше пятидесяти. Я с легкостью смог усмирить свои нервные клетки, что начали лопаться, при каждой пролетавшей мимо тачкой. Стоило взглянуть на свою жену, то нога сама нажимала на тормоз. Казалось, что на мне лежит огромная ответственность. У меня бесценный груз, от которого зависит, не только моя жизнь, но и жизнь моего ребенка.
Дорога была долгой, но зато максимальной безопасной.
Припарковав машину прямо возле дверей больницы, я выскочил из автомобиля и помог вылезти Сонечке. Каждый её шаг, каждый взгляд, каждое движение я контролировал. Мало того, я кидал мимолетные взгляды на прохожих, в каждом из которых видел опасность.
Оказавшись в здание, к нам сразу же подбежала молодая девушка в белом халате.
— Здравствуйте, Руслан Владимирович.
Я даже не взглянул на неё, помогая раздеться жене.
— Ваш доктор готов принять вас.
— Доктор? — повысил я голос, разъярённым взглядом посмотрев на медсестру. — Мужик?
Девушка распахнула глаза, испуганно таращившись на меня. Дура.
Еще секунда и я бы сорвался, но легкая рука легла мне на грудь, грея через одежду. Я опустил глаза на Соню, что вопросительно смотрела на меня. Она — моё личное успокоительное.
Я сделал вдох и произнес уже более спокойно.
— Кто врач?
— Валерия Викторовна, — запнувшись ответила девушка.
Клянусь, если бы с её уст слетело мужское имя, то в этом городе бы никто больше не захотел называть им своего ребенка, потому учесть его владельца оказалась бы ужасной.
Избавившись от верхней одежды, мы направились за медсестрой.
— Ты её напугал, — став на носочки, Соня прошептала мне на ухо.
А мог с легкостью убить. К счастью, директор этой больницы понимающий мужик и догадался, что мне нужен лучший гинеколог, который не имеет член между ног. Странно было, если бы до него недоперло, имея у себя дуло на виске. Хотя, люди бывают разные.
— Сюда, — указала она рукой на дверь.
Я вошёл первый, затем осмотрев обстановку, пропустил Соню. Два охранника остались за дверью, желая жить.
— Здравствуйте.
Гинекологом оказалась женщина средних лет. Она сидела за своим столом с каре и в очках. Поздоровавшись с моей женой, она прошлась по мне взглядом, приспустив очки.
— Муж? — спросила врач.
— Да, — ответила вместо меня Соня.
Я стоял рядом с женой, так как второго стула не была. Женщина начала задавать множество вопросов.
— В этом месяце были месячные?
— Да.
Помню. Тогда Сонечка отказывалась заниматься любовью, но я сумел её уговорить на хороший секс в душе.
— Как всегда?
— Нет. Немного странные. Не такие обильные, как обычно.
— Значит, есть шанс, что вы беременны.
— Но разве это возможно? — удивленно произнесла Соня, а затем смущенно добавила. — Менструация же не прекратилась.
— Не всегда она заканчивается при беременности, — не сдержался я от комментария.
— А вы, я посмотрю, знаток в женской физиологии, — приспустив очки, посмотрела на меня женщина исподлобья.
Я не хотел вдаваться в подробности, упоминая бывшую. Эта сука обвела меня вокруг пальца. Развела, как лоха. Она так хотела сохранить брак, который был по расчету, что решила подложить мне чужого отпрыска. И заплатила за свою тупость не только своей жизнью, но и жизнью близких.
— Пройдемте, — привстала врач, указывая на кушетку, — посмотрим, кто же из вас прав.
Соня легла, приподняв кофту. Обмазав каким-то гелем животик моей жены Валерия Викторовна начала водить по нему каким-то прибором. Я стоял рядом, всматриваясь в телевизор, что висел перед койкой, давая нам с женой возможность самолично увидеть ребенка. Вот только, я замечал лишь странные узоры.
— Что там? — не вытерпел я.
— О, какой он скорострел у вас, Соня.
Я бросил взгляд на женщину, но моя девочка схватила меня за руку, успокаивая. Вот только врач не собиралась никак затыкать свой шутливый рот.
— Неудивительно, что сразу двоих сделал.
Я резко обернулся на экран, не веря её словам.
— Кого двое?
— Телепузиков. Кого же еще? Не видите их?
— Вижу, — произнесла тихо Соня.
Я бешенным взглядом бегал по телевизору, ища что-то похожее на силуэт ребенка, но мои глаза меня подводили.
— Вот, смотри.
Женщина начала мышкой вырисовывать маленькие овальные узоры.
— Один, — я увидел черную точку, — второй.
Я сглотнул слюну, борясь со странным чувством внутри. Сердце так бешено колотилось, что казалось его слышат все. Я был рад. Чертовски рад. Так, что готов пустить слезу, но я не посмею этого сделать. Соня должна быть уверена, что я сильный и способен защитить её и наших детей. И да, я готов продать весь мир за них. Я готов на всё.
— Руслан? — услышал я взволнованный голос Сонечки. — Ты себя плохо чувствуешь?
Я не понял, как оказался на коленях. Ноги стали ватными, и я их совсем перестал чувствовать. Упав рядом с кушеткой, я схватил ладонь своей жены и начал покрывать её поцелуями.
— Спасибо, спасибо.
Никогда не думал, что моя жалкая жизнь приобретёт яркие краски, что я начну жить, а не выживать, что я наконец-то стану отцом.
Глава 28
Сжав руль, я направил машину в больницу, где лежала Надя, и всеми силами сдерживал себя, чтобы не развернуться домой. Я до приятной дрожи в теле хотел насладиться своей беременной женой. Временами задумываясь, забывая про дорогу, я смотрел на свою прекрасную малышку, что сидела справа. Меня нужно лишить прав за слепую езду. Мы бы точно попали в аварию, если бы Соня не заметила, что я сосредоточен на ней, а не на дороге.
— Руслан? — вопросительно подняла она брови.
— Что такое?
— Смотри туда, — указала она своим пальчиком в лобовое стекло, — а не на меня. Ты же знаешь, что я и так боюсь дорог.
— Да, я помню. Ты мне так и не рассказала, что за
