Рен молчала. Она даже не взглянула на Гарта, зная, что он согласится со всем, что бы она ни решила. Да ведь и не для того проделала она весь этот путь, чтобы потом устраниться, спрятаться. Посылая ее сюда, Алланон имел в виду что-то еще, не зря же ей дали эльфиниты. В суровое и жестокое время ее послали не просто вестницей и вовсе не для того, чтобы она узнала о своем происхождении. Хочется ей того или нет, но она вступила на путь, который стал началом новой для нее жизни.
— Мы с Гартом пойдем, — решилась она.
Ей казалось, что бабушка сразу подойдет к ней, обнимет. Но королева, сидя все так же прямо в своем кресле, только улыбнулась, и все же то, что Рен прочла в ее глазах, было куда больше самого крепкого объятия.
— Так мы действительно решились на это? — вдруг спросил Этон Шарт.
В комнате наступила тишина — Элленрох Элессдил поднялась с кресла. Королева стояла перед своими подданными. В тонких чертах ее лица, в осанке, в блеске глаз — во всем была гордая уверенность. Соломенные локоны падали на плечи, линии тела под длинным, почти до полу, платьем были плавными и нежными, а лицо, выхваченное из мрака лучом света, — прекрасным и мягким.
— Да, Этон, — тихо ответила она. — И я просила тебя прийти сюда, чтобы услышать твое окончательное решение. Если ты не согласен, я не буду настаивать. Но думаю, что в любом случае сумею убедить тебя, и не потому что так самонадеянна или уверена в своем красноречии, меня поддерживает другое — любовь к моему народу, беспокойство за его будущее. Если мы исчезнем, вина падет на меня. У нас есть возможность спастись. Эовен видела это в своих видениях. Приход Рен стал знаком, что пришло время действовать. Наше настоящее и наше будущее под угрозой, какой бы выбор мы ни сделали. Но лучше я рискну и что-то предприму для спасения, чем предамся бездействию. Эльфы спасутся, друзья. Я убеждена в этом. И эльфы будут существовать всегда. — Королева лучезарно улыбалась. — Вы согласны со мной?
Первым встал Орин Страйт, за ним Трисс, Гавилан и Этон Шарт, и, наконец, после небольшого колебания и все еще не до конца переубежденный поднялся Барсиммон Оридио. Последней встала Рен, настолько потрясенная увиденным, что на мгновение забыла, что и она является участницей всего происходящего.
Королева благодарно посмотрела на них.
— Я не могу пожелать лучших друзей. Я люблю вас всех. — Она поставила жезл Рукха перед собой. — Не будем откладывать. Даю вам один день на то, чтобы вы сообщили о принятом решении нашему народу, собрались с силами и приготовились к тому, что нас ждет. Теперь отправляйтесь спать, а завтра утром собирайтесь здесь же.
Повернувшись, она вышла из зала. Присутствующие молча проводили глазами свою королеву.
Рен стояла за дверьми зала Большого Совета, рассеянно глядя на темно-синие пятна покрытого яркими звездами неба, и думала, что вряд ли теперь помнит свою жизнь до того момента, когда отправилась на поиски эльфов. Когда Гавилан наконец подошел к ней, то рядом уже не было никого, кроме Гарта, который стоял, опершись о дерево, в некотором отдалении от нее и смотрел на город. Рен поискала глазами Эовен, надеясь поговорить с ней, но провидица исчезла. И Рен повернулась навстречу Гавилану, решив, что задаст ему те вопросы, на которые у нее пока что не было ответов.
Гавилан улыбался.
— Малышка Рен, — приветствовал он ее чуть иронично и грустно. — Ты видишь наше будущее так же, как Эовен Сериз?
Она покачала головой:
— Не уверена, что хочу увидеть его прямо сейчас.
— Гм… Возможно, ты и права. Оно не обещает быть таким же красивым и спокойным, как эта ночь, не так ли? — Он сложил руки на груди и посмотрел ей в глаза. — Можешь ли ты рассказать, что мы увидим за этими стенами? Ты ведь знаешь, я никогда там не бывал. Рен поджала губы.
— Вы увидите демонов, а еще огонь, золу и скалы, и ничего больше, пока не доберетесь до утесов, затем пойдут болото и заросли, а под конец — один вулканический пепел. Гавилан, тебе не следовало соглашаться идти.
Он рассмеялся.
— Но ты-то пойдешь? Нет, Рен, я хочу умереть как подобает, зная, что случилось, а не вылупиться из Лодена. Если это вообще когда-либо получится. Лично я сомневаюсь. Да никто на самом деле не знает, что произойдет, даже королева. Возможно, она призовет Лоден, но из этого ничего не получится. Ты ведь тоже не веришь, не так ли?
— Волшебная сила всегда помогала Элленрох или почти всегда. Он устало опустил руки.
— Расскажи мне о магии, Гавилан, — попросила Рен порывисто. — Почему она может не подействовать? Мне этого никто не объясняет.
Гавилан, засунув руки в карманы плаща, казалось, внутренне сжался от ее вопроса.
— Знаешь ли, Рен, что будет с эльфами, если тетя Элл призовет волшебную силу Лодена? Никто из нынешних эльфов никогда не видел Западной Земли. И лишь немногие помнят, как все было, когда Морровинд был свободен от демонов. Они знают только современный Арборлон. Представь, каково же будет их самочувствие, если их унесут с острова и вернут в Западную Землю. Это только испугает их.
— А если нет? — осмелилась предположить Рен.
Он как будто не услышал ее.
— Мы потеряем все, что нам знакомо, когда это произойдет. Волшебная сила поддерживала нас на протяжении всей жизни. Она делала для нас все: очищала воздух, защищала от плохой погоды, удобряла поля, давала корм животным, питала растительность, снабжала водой. Она была для нас всем. И вдруг мы это потеряем?
Теперь она поняла, в чем дело. Гавилан был напуган. Он не имел никакого представления о жизни без Киля, о мире без демонов, в котором природа дает все то, в чем эльфы полагались на магическую силу.
— Гавилан, все будет в порядке, — сказала она ободряюще. — Все, чем ты сейчас пользуешься, было здесь изначально. Волшебная сила обеспечивает тебя тем, что ты будешь брать у природы. Элленрох права. Эльфы не выживут, если останутся на Морровинде. Рано или поздно Киль падет. Возможно, что и Четыре Земли также не смогут выжить без эльфов, что судьба народов связана каким-то образом с вашей, как предположила Элленрох, и Алланон знал это, когда посылал меня найти вас.
Гавилан внимательно смотрел на нее. Страх исчез, но его взгляд был напряженным и беспокойным.
— Я разбираюсь в магической силе, Рен. Тетя Элл полагает, будто она опасна и непредсказуема. Но я думаю, что смогу найти способ управлять ею.
— Скажи, почему королева боится ее? — прямо потребовала Рен. — Что заставляет ее считать магическую силу опасной?
Гавилан заколебался, на минуту показалось, что он готов ответить на ее вопрос, но затем лишь покачал головой:
— Нет, Рен. Я не могу сказать тебе этого. Я поклялся. Хотя ты принадлежишь к эльфам, но, поверь мне, будет лучше, если ты никогда не узнаешь об этом. Магическая сила совсем не такая, какой кажется. Она слишком…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
