тронула его губы. Он провел своей длиной по ее влажной сердцевине, и Натали покачала бедрами, наслаждаясь восхитительным трением.
— Я могла умереть вчера, — произнесла она. — Я могла уйти из этого мира, не сказав тебе, что люблю тебя. Я так люблю тебя. Я заболела тобой, Такер Керни.
— Боже, я никогда не хотел форсировать события. Я не хотел торопиться, как мы и договаривались. Я думал подождать, пока все не разрешиться… но после того, что произошло вчера? Мы не должны терять ни секунды. Я люблю тебя, Натали Барсотти. Я люблю твой ум. Я люблю твое сердце. То, что ты приняла этот городок, как свой собственный. То, как ты заботишься о наших людях. Господи, помоги мне. Мне даже нравится твое упрямство. Даже твой ужасный зимний костюм. Я стану твоей парой, если ты согласишься, и я обещаю любить тебя с каждым днем все сильнее и сильнее.
Натали улыбнулась ему, смотря сверху вниз и наклонила голову, чтобы поцеловать его. Это был сладкий, многообещающий поцелуй. Каждое слово, слетевшее с его губ, проникало прямо в ее сердце. Его рука прижалась к ее сердцу, когда он сел, а другой рукой притянул ее ближе к себе.
С ловкостью и грацией, на которые способен только оборотень, Такер сменил позу, прижав Натали к подушкам, ее спина вжалась в матрас под восхитительной тяжестью его тела. Ее ноги были широко раздвинуты, чтобы дать ему пространство, необходимое для того, чтобы поймать ее в клетку в их постели. Его обнаженная кожа касалась ее, словно горячие прикосновение.
Дыхание Такера было глубоким и тяжелым, когда он изучал ее лицо. Его глаза слились с ее глазами, объединив их в мыслях и эмоциях. Они задержались там на мгновение, понимая, что скоро все изменится. Все сильно изменится, но на самом деле, это был единственный способ, которым можно было бы продолжить их жизнь. На самом деле, все привело их именно к этому моменту. Это даже началось не с них. Это началось давным-давно с двух неизвестных волков-оборотней, которые спасли молодую женщину.
Наконец, после стольких лет ожидания, волк и женщина свяжутся вместе. Это была судьба. Это было предназначение.
Такер наклонился вперед, чтобы захватить ее рот в поцелуе, когда он надавил на нее. Его руки скользнули вверх по ее бедрам и коснулись груди, пока он не смог сомкнуть вокруг них руки. Натали ахнула, когда он провел большими пальцами по ее чувствительным соскам, и выгнула спину, требуя от него большего. Она почувствовала, когда он улыбнулся сквозь поцелуй, когда его язык глубже проник в ее рот. Его бедра прижались к ней, позволяя его эрекции тереться о гладкую кожу ее живота. Это было много, но недостаточно.
— Я прямо сейчас хочу тебя, — раздраженно промурлыкала Натали.
— Скоро, любимая. Скоро.
Такер поцеловал уголок ее рта, прежде чем скользнуть по подбородку, вниз по шее, щекоча самым великолепным образом. Он провел языком по груди, потратив на это секунды, минуты, часы… посасывая и покусывая ее нежные бутоны. Она откинулась назад, чтобы принять все, что он мог дать, отдаваясь его заботе. Его руки рисовали узоры на ее раздвинутых бедрах, не приближаясь достаточно близко к ее пульсирующей сердцевине, чтобы дать ей такое трение, в котором она так отчаянно нуждалась.
— Такер, — взмолилась она.
— Это то, чего ты хочешь? — спросил он, погружая в нее палец. Ощущения от его внезапного толчка прокатились по ней головокружительными волнами. Натали приподняла бедра, чтобы усилить ощущения. Усмехнувшись, он добавил второй палец. — Такая тугая, такая влажная для меня.
— Все для тебя. — Прохладный шепот его дыхания каскадом прошелся по ее груди, прежде чем его губы снова начали целовать ее кожу, вызывая мурашки по коже.
Натали знала, какой его конечный пункт назначения. Она так сильно хотела, чтобы он был рядом, что ее кожа горела, но она также хотела каждую унцию внимания, которым он осыпал ее разгоряченную плоть. Если ему нужно поклоняться ей поцелуями, она позволит ему, потому что, черт возьми, разве это не замечательно — быть так сильно любимой этим мужчиной.
Этот мужчина, который был создан из чести и ответственности. Натали знала и понимала в глубине души, что спаривание для Такера было нелегким делом. Он был в ужасе от мысли потерять ее, но смирился с тем, что не сможет жить без нее. Она стоила, чтобы рискнуть. Они стоили, чтобы рискнуть.
Такер раздвинул ее складки большими пальцами и легко подул на ее ноющий бугорок. Ее клитор набух и взывал к его вниманию.
— Ты здесь такая красивая. — Он лизал ее от задницы до клитора, медленно и непрерывно. Натали вздрогнула от этого прикосновения. — Черт возьми, Натали. — Его слова отозвались в ней безумным жаром, от которого у нее закружилась голова. Он снова лизнул вниз и вверх, на этот раз обводя ее клитор медленными движениями.
— Черт!
Ее бедра оторвались от кровати, отчаянно желая почувствовать больше. Натали хотела всего этого. Ее оргазм уже нарастал в самом центре ее существа. Ее ноги дрожали от предвкушения. Его язык знал ее. Нежное, влажное ощущение его скольжений и прикосновений, смешанных с его скользящими зубами и рычанием от удовольствия, кружило ей голову, пока все, что существовало, не превратилось в нервные окончания.
— Такер! — закричала она, ее пальцы запутались в его волосах. — Пожалуйста, — взмолилась она.
Он усмехнулся, прижимаясь к ней, и это ощущение эхом прокатилось по ее позвоночнику, врезавшись в ее разум с удовольствием. Такер увеличил темп, пока у Натали не напряглись ноги, прижимая его голову к киске. Она плыла по волнам наслаждения, выкрикивая его имя, говоря ему, что любит его, давая всевозможные обещания, которые, как она знала, будет держать до тех пор, пока не переведет дух.
— Ты такая чертовски красивая, когда кончаешь, Натали. Я мог бы смотреть, как ты разлетаешься на части весь день напролет.
— Я могу сойти с ума от удовольствия, — подразнила она, ее конечности стали бескостными на кровати.
— Мне нужно почувствовать, как ты сейчас сжимаешь мой член, когда ты снова кончишь.
— Да, пожалуйста. — Натали была требовательной. Ее самые чувствительные части трепетали от недавнего освобождения, но ей нужно было больше. Она возьмет этого мужчину. Она будет отмечена, как его, потому что знала правду об этом. Она уже по-своему отметила его. В ту секунду, когда он сказал, что любит ее, Натали поняла, что навсегда запечатлелась в его сердце.
Такер сжал свой член в кулак, направляя головку к ее ожидающему входу. Его глаза встретились с ее, когда он медленно вошел
