— Я желаю вам счастья, — беспомощно заикаясь, проговорила Дженни, забыв о шкатулке и о своем страхе перед братом.
Сара с грустной усмешкой приняла ее поздравления. Дженни желает ей счастья? В этот момент до счастья было дальше, чем до звезд.
На бракосочетании леди Сары Коул и Лукаса Кристофера Сент-Джон Морроу, шестого маркиза Вейна, присутствовало меньше двадцати человек. Сару вполне устраивало то, что свидетелями церемонии были только самые близкие родственники. На поминках Бринсли она постоянно ловила на себе косые взгляды, слышала пересуды за спиной. Можно лишь догадываться, что ей пришлось бы пережить, если бы этих светских сплетников и сплетниц позвали на свадьбу. К тому времени как об их браке станет известно в широких кругах, они с Вейном уже уедут из Лондона в его родовое поместье.
Как оказалось, вся семья Вейна проживала в Лион-Хаусе, в поместье в окрестностях Ричмонда. И если они с Вейном проведут так называемый медовый месяц в Лион-Хаусе, значит, Саре придется жить под одной крышей с матерью Вейна, его братьями и племянниками. По этому поводу Сара испытывала двойственные чувства. С одной стороны, этот брак, как и сопутствующие ему обстоятельства, не могли не вызывать подозрения у домочадцев Вейна, так что на теплый прием с их стороны и дружелюбное отношение она едва ли могла рассчитывать. С другой стороны, Сара готова была вытерпеть что угодно, лишь бы как можно дольше оставаться с Вейном наедине.
Церемония началась. Когда отец повел Сару к алтарю, ее охватила паника. Вейн казался громадным и необычайно мужественным. Он повернул голову в се сторону, и его пристальный взгляд заставил ее до абсурда остро ощутить реакции своего тела, участившийся пульс, учащенное дыхание, громкий стук сердца.
Граф соединил их с Вейном руки и легонько пожал их. Сара была благодарна отцу за поддержку, за ту решимость, что он передал ей своим пожатием. Их с Вейном руки почти не касались. И, несмотря на это, Сара чувствовала тепло его тела, тепло его взгляда. Вскоре они станут одним целым. Семьей. Мужем и женой.
Когда викарий начал свою высокопарную речь, у Сары возникло ощущение, что все это происходит во сне. Ей вдруг стало очень холодно, словно она попала туда, где были лишь снега и льды. Она замерзшими губами повторяла клятвы, и они гулким эхом отдавались в ее сердце, как будто оно было пустым и холодным — пещерой на заснеженной вершине. Сара пыталась вдумываться в слова, которые произносила, но они доносились до нее словно издалека, будто все это происходило не с ней, а с другой женщиной.
«Телом своим я почитаю тебя…»
Потом все вдруг закончилось. Она очнулась, когда Вейн поднес ее руку к губам. Глаза их встретились, и горячий ток пробежал по телу Сары, пробуждая способность ощущать. Когда он привлек Сару к себе, чтобы поцеловать в щеку, ей показалось, что она гнется под напором его откровенного, бьющего через край мужского вожделения. Губы его едва коснулись ее кожи, а колени уже подгибались, и лед внутри растаял. Желание, которого Сара не желала испытывать, захлестнуло ее.
И вновь она вдыхала этот неповторимый, только ему присущий запах. Сара закрыла глаза, борясь с поднимающейся волной страсти и страха.
Потом их обступили его братья. Они были сама галантность, они наперебой поздравляли молодых, пользуясь возможностью поцеловать невесту. Что бы они ни думали об этом браке, они хорошо скрывали свои мысли. Вне сомнений, вскоре ей предстоит узнать их истинное отношение к этому событию и к ней самой.
Мать Вейна, сплошное радушие, выплыла им навстречу.
— Моя дорогая! Подойдите, позвольте мне вас поцеловать. Я так рада, что рядом со мной наконец будет дочь. Теперь у меня появилась союзница. Как же трудно одной сражаться против всех этих мужчин! Вы ведь мне поможете держать их в руках?
Сара ответила что-то уныло-банальное, позволив вдовствующей графине обнять ее. Сара не хотела привязываться к этим людям.
Изысканный свадебный завтрак не пробудил у нее аппетита. Теперь, когда свадебная церемония закончилась, впереди грозовой тучей маячила брачная ночь.
Вейн сказал, что не станет ее принуждать, и Сара ему верила. Но при этом оставалась реальная угроза того, что он сделает все от него зависящее, чтобы ее соблазнить. Реальная угроза того, что она, дабы избавить себя от дальнейших мучений, сама бросится к нему на шею. Сара слишком хорошо знала свои слабые места, и от этого становилось еще страшнее.
Но она знала, что ей предстоит, когда ставила свои условия и соглашалась выйти за Вейна замуж. Она должна с самого начала установить свои правила. Если ей удастся проявить твердость этой ночью, то у нее останется шанс прожить в этом браке всю оставшуюся жизнь, сохранив в неприкосновенности сердце и гордость. Возможно, со временем Вейн станет искать плотских радостей на стороне, и каждый из них заживет своей жизнью, сохраняя при этом добрые отношения.
Многие супруги так и живут. Но откуда эта резкая боль при мысли о подобной возможности, откуда горькое сожаление при мысли об одиночестве длиною в жизнь?
Сара поморщилась. Какой она была наивной, надеясь на то, что Вейн безропотно согласится принять поставленные ею условия. Этой ночью, во всяком случае, он попытается ее переубедить. Но со временем, возможно, охотно пойдет на раздельное проживание. Он даже почувствует облегчение. Со временем он найдет себе другую женщину. Других женщин.
Он такой же, как все мужчины.
Глава 14
Вейну не терпелось поскорее остаться с Сарой наедине. Живущий в нем джентльмен призывал Вейна не торопить события, считаясь с тем, что Саре необходимо время, чтобы оправиться от внезапной смерти Коула. Но живущий в нем зверь требовал без промедления заявить на нее свои права.
Если бы Сара догадывалась о том, как близок этот зверь к тому, чтобы подчинить себе джентльмена, она бы, возможно, не согласилась покинуть празднование уже через час после его начала. Но в ее зеленых глазах не было и следа тревоги или страха, когда Вейн повел ее к поджидавшему экипажу. Эти загадочные зеленые глаза окинули Вейна долгим взглядом из-под густых черных ресниц. Другой мужчина на его месте увидел бы в этом взгляде чувственный призыв, но Вейн помнил, что она с предельной ясностью дала ему понять, что не желает с ним близости.
Но разве не почувствовал он, как участилось ее дыхание, когда он поцеловал ее в щеку? Разве не ощутил он легкого непроизвольного пожатия ее пальцев, когда целовал руку? Он часто ловил на себе ее взгляд. Он чувствовал каждое ее движение.
Вейн забрался в карету и сел рядом с Сарой. Дверь за ними захлопнулась, и через мгновение они отъехали.
