Вся местная жизнь, учитывая активность, была именно «животными», да и получала энергию не только от пожирания друг друга, но и «пасясь» в атмосфере и «заряжаясь» от звезды и ЭМ-поля.
Ну и грозы — реальный звиздец, без шуток! Каждый корабль был окружён связкой «громоотводов», этаких одноразовых притягивателей разрядов. Одноразовых, потому что металл к чертям испаряет. А напряжённость поля в корабле при таком разряде выходила запредельная, несмотря на экранирование. И вообще, судя по данным сети, основное количество жертв на охоте приходилось именно на грозы: раздельщики добычи «ловили разряд», не молнии, а остаточного излучения. Они, конечно, были «на ниточках», и тела втягивали в корабль, но не менее чем в половине случаев именно «тела» — выжигало нервную систему, останавливалось сердце.
В общем такой, опасноватый и нервный промысел, хотя выходило, что смерти статистически не так часты. При этом, как отрыл Андрюха, на Ниблуме были востребованы очень специфические модификации. Повышающие, как понятно, резистентность нервной системы и тела в целом к внешнему воздействию ЭМ-поля. И собственные «мощности» обоих городов были явно недостаточны. Что-то делали, но этого чего-то было маловато. Причина — понятна, для подобных модификаций нужна сложнейшая кибернитезация микророботами или… не слишком сложная биоимплантами, которая обошлась бы в скоплении в разы дороже очень недешёвой микророботной.
— На чём заработать — есть, — довольно Констатировала Ирка.
— Опя-а-ать работать…— страдал Андрюха. — Хотя в медсаркофагах… и довольно интересная модификация, — оживившись, уткнулся он в планшет.
— А мы чем займёмся? — поинтересовался Майкл.
— Посидим в кабаках, отдохнём. Поохотимся на местную живность — как по мне, так чертовски интересно. Да и опыт в данных условиях будет не лишний.
— И девчонки, — с энтузиазмом подхватил Клемент, в общем-то, единственный без «пары» из Отряда, кому эта «пара» была нужна — тот же Кубик от воздержания не страдал, по причине отсутствия страдательных органов.
В общем-то, и Клемент «не страдал» — искрел вполне решал вопрос полового досуга. Некоторые из устоявшихся пар отряда даже пользовались симуляцией для «оживления досуга», что могло быть довольно интересно, но Ирка, например, на предложения экспериментов устроила вредительский (до саркафага) марафон секса. Да ещё и исцарапала всего до «травм лёгкой степени», Колючка такая.
Но понятно, что сколь бы реальной ни была симуляция искрела, потребность в «живом и настоящем» была.
— Только если будут конфликты — поаккуратнее, — занудно, но не лишне напомнил я.
И десяток дней мы выполняли наши планы. На следующее утро после посещения Ниблума, невыспавшийся, но с довольной (и чертовски раздражающей) мордой Андрюха разбудил нас с Иркой, делясь радостью, что «получилась охеренная модификация». Лучше бы несколько часов на диване повалялся и не будил, блин!
В общем, эскулап занялся приёмом клиентов на модификацию, которых после «первой ласточки» и проверок местными этой ласточки оказалось дофигища. Ну а мы с ребятами на движках тяжёлых доспехов занялись охотой. Местные подлетали, пытались ругаться нехорошими словами с кораблей-дирижаблей, но были посланы нахрен и, что самое забавное, пошли. Дело в том, что «промысловыми» были далеко не все из тварей, а в окрестностях Ниблума, где мы и нарезали круги, ничего стоящего не было. Так что объяснение «тренировка» местные со скрипом, но приняли. И на охоте — не докапывались, а в Эклере даже подходили общаться. К Клементу даже телами, подцепил парень девчонку из экипажа одного из кораблей местных. Мордобой… Ну так, в умеренной форме был, но без озверелости и особых последствий. Довольно неплохо выходило, да и тренировка оказалась и вправду очень неплохой: мы «лечились» от навыков двухмерного боя, которые в полёте только мешали и потенциально вели к гибели. Ну и местные твари оказались далеко не беспомощными, так что не раз и не два приходилось вытаскивать «оглушённого» электромагнитным импульсом бойца или отбиваться от лютых клешней-щупалец.
И вот, на третью неделю нашего пребывания на Ниблуме, к нашему столику в Эклере подшкандыбал дядька в возрасте. В капитанской форме местных охотников. Вообще, на Ниблуме и Нибуле оказалось нечто вроде «сословного» социума. Очень чёткое, вплоть до различной одежды и цвета штанов, разделение на «фермеров», добытчиков и всякое такое. Что, кстати, может объяснять тёплые отношения между городами — потребности в «конфликте» решались не «вовне», а внутри. Хотя особых конфликтов мы и не наблюдали, но мы так, пролётом.
Так вот, подскакал к нам этот дядька, причём подскакал в прямом смысле слова: из-за ЭМ напряжённости у местных выработалась не всегда помогающая, но в ряде ситуаций полезная и спасительная привычка: минимизировать точки соприкосновения с окружающим. То есть стоять на двух ногах местным было вроде как некомфортно, так что походка с задранными коленями… ну забавная. И стояли, постоянно покачиваясь, много мелких деталей, довольно забавных, если со стороны. Подскакал, плюхнулся на стул, «значительно» посмотрел на меня, кивнул и озвучил:
— Я Лемюэль, конфромет Хибу, — назвался он.
Конфрометами у местных обзывали капитанов-бригадиров охотничьих судов. А Хиба — видимо, имя дирижабля и, заодно, самого объединения.
— Ты — тыкнул он в меня пальцем, — капитан Николай Керг. В визитке твоей компани́ указаны «наёмные услуги силового толка».
— Указаны, — не стал я спорить с фактом.
Просто на заказ как наёмники — на Ниблуме мы не рассчитывали с первых часов пребывания на этой интересной планете. Но, видимо, ошибались, судя по этому Люмиэлю. Дядька посидел, видимо — ждал вопросов. Которые мы, как понятно, не задавали, да и пялиться на него не стали — зыркали время от времени и занимались своими делами. Основа психологии, которую Ирка донесла до Отряда со всей колючестью: не проявлять внешне заинтересованность в найме и всяком таком. Очень способствует как самому найму, так и его пристойной оплате.
— У совета конфрометов есть работа для тебя, — озвучил дядька через минуту тишины.
На что я просто кивнул с полуулыбкой.
— … — озвучил что-то непонятное, но явно неприличное Люмиэль. — Надо было Амели присылать, у неё язык без костей! — сообщил он потолку бара. — Так, есть заказ. Нужно убить тварь, матёрую. Или не тварь.
— Детали?
На это временами матерящийся дядька выдал такой расклад: с кораблями пропадает связь, ну и сами корабли с концами. Это — случается, как бы норма жизни на Ниблуме. Но посление пару месяцев — шесть кораблей. Что ОЧЕНЬ нетипично: метеорология налажена, никаких лютых бурь не было. Обычные твари — нереально. Могут повредить внешний обвес корабля-дирижабля, убить «раздельщиков», но никак не уничтожить корабль. Точнее
