к грифону руку. Бритвенной остроты клюв клацнул в локте от его пальцев.
— Непохоже, что он питает ко мне такие теплые чувства, — заметил маг.
— Это от обиды, мой господин, — заверил торговец.
Креол пристально всмотрелся в его ауру. Лжи не было. Но это, конечно, ничего не значит — Креол уже убедился, что торгаши Та-Кемет настолько привыкли врать, что сами верят в свое вранье. Они искренне возмущаются, когда указываешь, что их слова расходятся с истиной.
Лечится это только битьем. В Шумере тоже встречаются лавочники, не знающие законов и установлений, не испытывающие почтения к тому, кто платит им деньги, и пытающиеся подсунуть скверный товар. Но обычно им внушают праведность и смирение палками и иными верными средствами. Причем для этого даже не нужен суд, поскольку все знают, что если бьют торгаша, то бьют за дело.
Но этого так запросто не изобьешь — он все-таки тоже маг, хоть и несомненно уступающий Креолу, умеющий только приручать грифонов. Тут полно таких заурядных магов, ничтожеств, которых выучили паре фокусов, и они на этом основании пыжатся, считают себя ровней мастеру Гильдии Шумера.
Приближался полдень. Именно в полдень Гор-Тутмос, великий жрец и Верховный маг Та-Кемет, заканчивает ежеутреннее жертвоприношение, вкушает священную трапезу и принимает визитеров от имени фараона.
Самого фараона Креол не видел еще ни разу, он слишком сакральная фигура. Даже когда по праздникам владыка предстает перед своим народом, то показывается издали, на большой высоте, прикрывая лицо маской. Все руководство, все службы в Та-Кемет осуществляют жрецы и маги… тут между ними еще меньше разницы, чем в Шумере. Дома Искусством занимаются только служители Мардука, здесь же каждый жрец — немножко маг, и каждый маг — немножко жрец.
Между жречеством и знатью тут тоже никакой разницы. Просто одни жрецы занимаются непосредственно служением богам, другие же больше внимания уделяют государственным делам и военному ремеслу, но они все жрецы, в Та-Кемет без этого невозможно. Квартал знати тут по сути жреческий, а не как в Вавилоне — дворцовый отдельно, храмовый отдельно.
И живут эти маги-жрецы-аристократы просто роскошно. У всех окруженные садами роскошные виллы, множество комнат с колоннами, рабы, пруды для омовений. И центром всего — грандиозный дворец фараона, рядом с которым притулился другой, более скромный — так называемый дворец магов.
Как и подобает жрецам, знать Та-Кемет бреет головы. И мужчины, и женщины. Однако безволосые женщины не считаются здесь красивыми, поэтому они носят парики — зачастую из собственных же волос.
Что дальше — они начнут сбривать брови и рисовать на их месте новые углем?
Воистину глупы обычаи варварских стран, но еще глупее попытки варваров одновременно блюсти их и не блюсти. Например, в Та-Кемет женщине запрещено ходить обнаженной, и они не ходят — однако даже в рыбацких сетях ячеи меньше, чем в их одеждах.
Впрочем, против этого Креол ничего не имел.
Дворец магов окружала высокая каменная ограда. Похоже, не так уж они тут уверены в своих силах. Башню Гильдии в Вавилоне никакая стена не окружает, ибо сами маги служат ей стенами. Любой может зайти — но на свой страх и риск, если у него дурные намерения.
Перед входом стояли две статуи сфинксов с бараньими головами и два привратника. Они уже хорошо знали Креола, что третий месяц ходил в этот дворец, как в свой собственный. Отсидев положенное в помещении для приема гостей, маг наконец предстал перед великим Гор-Тутмосом.
— Долгих лет тебе жизни, уважаемый абгаль, — ровным голосом сказал Креол. — Потому что я надеюсь до твоей смерти все-таки заполучить то, за чем пришел.
Верховный маг ответил ему кислой улыбкой. В Та-Кемет приняты куда более длинные и сложные приветствия, и в самый первый раз Креол послушно отбарабанил положенный ритуал… но это было три месяца назад. Ему давно надоело повторять слова о верховном жреце духа Пта, главе ремесленников Храма Белой Стены, да будут боги милостивы к нему, и прочая, прочая, прочая…
Теперь пусть будет благодарен, что Креол не плюет ему в лицо.
Гор-Тутмос восседал на каменном возвышении, облаченный в цветную юбку-передник и шкуру пантеры на плечах. Был он лыс и сухощав, носил длинную бороду-косицу и опирался на посох с кошачьей головой. Кроме него самого в приемном покое присутствовал его первый заместитель и ученик — Тхомертху. Немного моложе самого Креола, он носил маленькую бородку-кубик и был еще плешивее своего учителя, зато макушка его сияла горделиво и помпезно.
Он что, ее еще и маслом мажет? Да, скорее всего. Та-кеметцы это очень любят. Мало им жары и пыли, липнущей к телу — они еще и натираются маслами.
Не простыми, конечно, а благоуханными. От Тхомертху исходит сладковатый аромат мирры, ладана, лилий и ириса с нотками кардамона и корицы… Креол ужаснулся, сообразив, что за три месяца в Та-Кемет научился различать тонкости этих ароматов.
Раньше-то все приятные запахи делились для него на два вида — жареное мясо и не жареное мясо. А теперь… нет, надо скорее отсюда убираться, а то он и сам сбреет бороду и начнет носить ее на подвязках.
— Приветствую тебя, о Креол, сын Креола, — на прекрасном шумерском произнес Гор-Тутмос. — Воистину я счастлив видеть тебя у себя на пороге, ибо вступая в дом, гость подобен богу и словно же бога следует его встречать. В твоем лице я вижу перед собой сразу Ра, Осириса и Гора, и в трепете почтения возлагаю к ногам твоим свое сердце.
Креол только раздул гневно ноздри. Он каждый день слышал от старика что-то подобное, но в этих велеречивых славословиях не было ни грана истины, ни песчинки искренности. Гор-Тутмос восхвалял Креола так же, как, верно, восхвалял своих богов — с въевшейся в язык и уста ложью.
Нет, на всех этих звероголовых кумиров Та-Кемет Креолу было плевать. Они не более чем жалкие пародии на богов Ура, Йоланга и Вавилона, на бессмертных ануннаков, сотворивших вселенную. Но его возмущал до глубины души жрец, который жрец только потому, что быть жрецом выгодно.
Креол предпочел бы побеседовать лично с фараоном. В конце концов, он не побирушка, просящий подаяние. Он мастер Искусства, посланник императора и жрец Мардука. Фараон мог бы уж уделить ему пару минут.
Но в Та-Кемет это невозможно. Все через Гор-Тутмоса, все через великого жреца. Креол слышал, что при нем сменилось уже три фараона, но от этого не менялось ровным счетом ничего. Все в Та-Кемет знают, что абсолютно
