Пара мгновений – и они остались одни.
- Понимаю вашу реакцию, у меня едва не сорвались те же слова, - Анна первой нарушила повисшую тишину. – К сожалению, я не знала имени партнёра Игната Борисовича, в противном случае меня бы здесь не было. Впрочем, уйти никогда не поздно…
- Постой! – Михаил отмер и бросился наперерез. – Я тоже не знал имени нового переводчика. В противном случае не устраивал бы проверку, а сразу подписал с тобой договор.
- Почему?
И он на пару мгновений замешкался, подбирая ответ.
«Потому что ты прекрасно владеешь языками, я помню это по институту, то есть по прошлой жизни?»
Или нет, не так!
«Потому что я рад тебя видеть и буду счастлив работать бок-о-бок?»
Тоже мимо.
«Потому что это ты…»
В точку, но как она воспримет такое откровение?!
- Нам нужен специалист твоего уровня и класса, - чуть хрипло, словно внезапно подхватил ангину, выдавил Дивин из себя. – Ты нам подходишь, я ничего больше проверять не буду.
- Рада за вас. Но проблема в том, что теперь уже я не уверена, что вы, - последнее слово она выделила голосом, - мне подходите.
- Тебе не нужна работа? – спросил, а сам лихорадочно считал, сколько времени прошло с её родов.
И по всему выходило – слишком мало.
«Где малыш и почему Аня вышла на работу, о чём думает её отнюдь не бедный супруг? А она ещё и уехала в другой город… Господи, неужели с ребёнком что-то случилось?!»
- Нужна. Но если работа подразумевает постоянные с вами встречи, то лучше я поищу другое место.
- Погоди, не спеши рубить, сначала выслушай, - от одной мысли, что она сейчас уйдёт и он её больше никогда не увидит, Михаила опалило жаром. – Нам нужен высококлассный переводчик, который в совершенстве владеет тремя европейскими языками, и ты прекрасно подходишь. Я же всё помню и видел твою работу!
- Я тоже… помню, - вставила она. – Именно поэтому не представляю, как смогу качественно выполнять свои обязанности, если вы будете постоянно мелькать перед глазами.
- Аня… понимаю, в прошлом нас связывает… Многое. Но давай рассуждать логически – тебе нужна работа, иначе тебя бы тут не было, мне – высококвалифицированный сотрудник. И у нас обоих нет времени на поиски: мне – нового переводчика, тебе – другого работодателя. Поэтому предлагаю не смешивать прошлое и настоящее, то есть заниматься текущими делами, не притягивая былые обиды.
Аня задумалась – Дивин прав, ей нужна стабильность. Она не может отказаться от такого предложения и отправиться на поиски куда-то ещё. Денег не так уж и много, остаток разлетится – глазом моргнуть не успеешь.
Ко всему прочему, где-то позади в спину ей дышит донельзя разозлённый Горин.
- Не хочу вспоминать, что было, - медленно, осторожно подбирая слова, произнесла она. – Не хочу ни извинений, ни обвинений, ни объяснений. Скажу один раз – я одна воспитываю ребёнка, работа мне очень нужна, и я обязуюсь выполнять её добросовестно и ответственно. Но у меня будет одно важное для меня условие – все возникающие вопросы вы будете решать через моего непосредственного начальника – господина Маслова. Ни мне, ни вам не нужны эмоциональные качели. Мы чужие друг другу люди, нас ничего не связывает. Если вы дадите слово, что это так и останется, что только на «вы» и по имени отчеству, без любых попыток панибратства или чего-то подобного, я останусь. В противном случае мне лучше уволиться и покинуть Санкт-Петербург.
Он слушал её голос, впитывал глазами мимику, эмоции и медленно изнутри покрывался льдом.
«Господи, девочка, что с тобой произошло? Опять… Где твой муж, почему ты растишь ребёнка одна и настолько нуждаешься в заработке, что готова наступить себе на горло?!»
- Я обещаю, Анна, - покопался в памяти, - Сергеевна, что не сделаю ничего, что вам было бы неприятно. Чисто рабочие отношения и ничего больше!
- Хорошо, - прошелестела Аня, и ему показалось, что она едва держится на ногах.
«Идиот!» - выругал он себя мысленно и простёр руку, приглашая женщину присесть.
- Продолжим в более комфортных условиях. Присаживайтесь, я сейчас распоряжусь насчёт кофе, и мы рассмотрим один весьма любопытный документ. Предоставлю вам оригинал и перевод, который к нему приложили. Мне важно ваше профессиональное мнение.
С последними словами взгляд Анны чуть смягчился, стал менее настороженным, что ли?
Видимо, переход разговора в рабочее русло несколько её успокоил.
Она кивнула и, выпрямив спину, высоко подняв голову, прошла мимо – прямо к столу. Вернее, к стульям за ним.
«Вот так! Так правильно! - пронеслось в голове. – Главное, не испугать. Одна растит ребёнка… Сколько ему – месяца три – четыре? Маслов говорил – наняла няню, но я думал, речь о малыше постарше. И всё-таки, почему этот Говнин… тьфу, Горин… Оговорка по Фрейду? Почему он допустил, чтобы его жена была вынуждена оставить крошечного сына на чужую женщину и идти работать?»
- Екатерина, принесите нам с переводчиком кофе!
- Сию минуту, Михаил Васильевич.
Помощница появилась буквально через минуту, словно напиток у неё уже был готов. И не только он – вместо легкомысленного подноса с парой чашек, сливочником и сахарницей, Екатерина вкатила в кабинет тележку, заставленную разнообразными закусками. Нет, кофе тоже присутствовал, но к нему прилагался полноценный перекус.
«Выпишу премию, - подумал Дивин. – Умница! Аня наверняка утром не успела, а ещё перенервничала… Поесть не помешает».
- Михаил Васильевич, Игнат Борисович спустился в кафе, с ним Роман Николаевич и Валерия Павловна, - доложила помощница.
И Дивин в очередной раз порадовался, что лично подбирал команду – на лету ловят! Отлично, что Маслов под присмотром и при деле – можно больше времени потратить на Аню.
- Хорошо. Катя, найдите, пожалуйста, Сомова и передайте, чтобы через час он зашёл ко мне.
И, дождавшись, когда помощница выйдет и плотно прикроет дверь, открыл замок одного из ящиков, выдвинул его и достал оттуда папку.
- Анна Сергеевна, сначала мы позавтракаем, а потом займёмся делами.
- Я не…, - она попыталась отказаться.
- Понимаете, дома я не успел. Вернее, собирался поесть на рабочем месте. Видите, - показал на уставленную тарелками тележку, - всё приготовлено заранее. Пожалуйста, присоединяйтесь, иначе вы поставите меня в неловкое положение. Если не поем, то моя производительность существенно снизится, а раздражительность, соответственно, повысится. Есть же одному, глядя, как вы напротив глотаете слюнки или выставить вас в приёмную и вынудить ждать, пока я утолю голод – такое себе. Пожалуйста, пожалейте мою репутацию и мужскую гордость – разделите со мной завтрак! Только завтрак – ничего более! Обещаю, я в вашу сторону даже смотреть не стану…
И улыбнулся, а внутри всё обмерло – поведётся или хлопнет дверью?
- Спасибо, я приму ваше предложение, - ответила Аня и улыбнулась в ответ.
Его сердце сделало кульбит и понеслось вскачь.
Почему-то теперь он не сомневался – всё у них будет хорошо!
«Только работа, только на «вы», - промелькнуло в голове. – Всё, как ты захочешь! А начбез и его команда помогут узнать, что же у тебя произошло…»
***
Прошло два дня, и Анна была вынуждена признать – всё не так плохо, как она боялась.
Во-первых, Дивин держал данное слово. Во-вторых, Мишенька прекрасно себя чувствовал.
Можно выдохнуть.
Осторожно.
И постучать по дереву.
В тот понедельник, за вкусным завтраком, который пришёлся как нельзя кстати, Михаил говорил только о работе.
Сначала он дал прочитать договор на немецком, потом его перевод на итальянский и испанский.
И уже вместе они целый час исправляли огрехи и перефразировали некоторые части, чтобы избежать двойного смысла. Случай интересный, она незаметно для себя увлеклась и забыла, напротив кого сидит и с кем едва не сталкивается головами, вычитывая текст.
- Анна Сергеевна, блестяще! – воскликнул Дивин, когда оба перевода приняли подобающий вид. – Всё просто идеально! Игнат Борисович попал в яблочко, когда принял вас на постоянное место. Если не секрет – как вы пересеклись?
