Пускай набирается вместе со мной.
Когда воды уже было довольно много, а я, изучив все местные шампуньки и пахучки, выдавливал уже вторую банку в джакузи, парнишка очнулся.
— Ваша Светлость⁈ — запричитал он, падая на колени и ползя в мою сторону. — Пощадите, не губите, всё сделаю, что прикажите!
— Акстись, болезный. Не благородных кровей я. Сам щи лаптем хлебаю, — парень опять собрался бухнуться в обморок, но я плеснул на него водой из джакузи. — Отставить обмороки! Ты мне лучше скажи, почему колокол ваш не пашет?
— Так он же не плуг, чтобы пахать! — удивился парень. Я понял: с ним надо попроще.
— Я звоню, а он не работает! — вскинул я одну бровь.
— Работает! Ещё как работает. Эта комната привязана ко мне. Звон колокольчика я слышу в голове и сразу бегу. Один вызов — прибыть. Два — срочно прибыть. Три — беда приключилась. Я бежал так быстро, как мог. Ваша Светлость, не губите! — ударился головой о плитку слуга.
— Отставить сопли! — рявкнул я — и слуга заткнулся в момент. — Звать как?
— Ерёма! — шмыгнул носом он, стоя на коленях.
— Значит так, Ерёма. Принеси мне во что периодется, еды и попить. Жрать хочу — сдохну сейчас.
— Сей момент! — вскочил он, добежал до двери — и тут же вернулся. — Чего изволите, ваша Светлость?
— Жрать я изволю! — не выдержал я: желудок сводило. — Принеси то, что уже готово! До кухни сколько бежать по времени?
— Две минуты! — тут же ответил слуга.
— Чтобы через пять минут у меня была в руках еда, пускай даже крестьянская, — взял я местные правила.
Вскоре я познал прелесть быть их Светлостью. Это прямо-таки прекрасно! Наконец-то моё тельце было довольно. Я жрал ровно столько, чтобы моему телу наконец-то хватило. За последние дни скитаний я изрядно похудел, но висячей кожи не было: беготня, сражения и перекачка силы не давали шансов оставаться жирным. Не взирая на то, что белая стерва явно саботировала свою работу.
Еды было много, даже слишком, но прожорливый Сумкин сожрал нафиг всё, что было. Как раз к концу трапезы ко мне зашёл Аркадий — принёс папку и маленький узелок-кошелёк. Он был чёрного цвета, а на боку красовалась золотая вышитая буква «Б». Полагаю, это герб с инициалами фамилии.
Я ещё нежился в ванной и доедал, так что попросил оставить всё на столе. Сам княжич опять куда-то спешил, но обещал вечером зайти и посидеть, так сказать, за знакомство. Я лишь кивнул и вылез из ванной только через час.
Белый и чистый, как попа младенца, и такой же ароматный, я влез в чистые шмотки и сел за стол и полез в кошелёк. Там оказалось пятьдесят золотых монет и кольцо-печатка. Монеты были крупными — пару сантиметров в диаметре, и каждая прилично так весила. На каждой была отштампована цифра «один», а с обратной стороны — герб России. Чему я был совершенно не удивлён: двуглавый орёл со скипетром и державой.
Это всё было мне мало интересно, а вот кольцо порадовало. Знакомый холодок из «холодильника» был самым желанным в последнее время. Я встал из-за стола, подошёл к своим грязным тряпкам, среди которых лежали мешочки с камешками и перекинул все камни в кольцо.
Занятно, что уже в двух мирах мне попадаются кольца-артефакты — и в обоих случаях механизм работы одинаков. Скажу больше: это кольцо — близнец моего прошлого кольца. Очень странно.
Но и это меня сейчас не волновало так, как на столе лежала папка. Долгожданный список разломов!
— Так-так-так, — проговорил я вслух, открывая папку. — Куда идём мы с Пяточком на этот раз?
Глава 17
Чтиво было откровенно скучное. Да и с каждой минутой углубления в дебри текста, я всё слабее понимал куда идти. Скупые строчки текста вещали следующее:
Московская губерния:
Разлом в центре красной площади:
Размеры: высота — 100; ширина — 1.
Неактивен.
Цвет: радужный.
Разлом на ул. ****:
Размеры: высота — 3; ширина — 2.
Активен.
Цвет: бледно-зеленый.
Существа: гоблины.
Интенсивность: слабая.
И всё в таком духе. Причём губерний было всего пять: Московская, Тверская, Тульская, Рязанская и Калужская. То ли по остальным регионам местной России не было информации, то ли это и есть вся страна. Если второе — совсем грустно. Да и информация была крайне скупа: все улицы помечены прочерками, точных адресов нет.
Точность в целом хромала. Например, под Торжком упоминался лишь один разлом — а я лично видел несколько. Не с фантомами же мы сражались? Получается, с передачей информации тут полный пипеп. Как в такой экосистеме не напиться? Единственное, что мне более-менее доступно, — описание разломов.
Например, в центре Москвы значился явно Великий разлом. Когда он станет активным — будет весело. Причём цвет у него радужный. Не совсем понятно, что это значит: переливается или весь разноцветный? В любом случае я таких ещё не встречал.
Описывались разломы разных цветов. Радовало отсутствие гнилостных разломов — да и зелёных в целом не наблюдалось. Хотя нежить теперь выходит и из розовых разломов. Огорчило регулярное упоминание оранжевых разломов — почти всегда они были активны.
Существа, которые из них выходят, мне знакомы: хищники и армия машин. Они тоже атакуют эту планету. А это значит — скорость и огнестрел. И если страна настолько раздробилась, я даже плохо представляю, как защищаться.
— А что мне, собственно, надо? Куда я собрался? — начал я рассуждать вслух. — Моя конечная цель — Сам Ди. Так понимаю, мне надо в астральный мир. Пьера что сказала? В астрале всё не то, там ещё большое количество лабуды… Но да и фиг с ним. — Я замолчал и задумался.
— Сила! — крикнул я. — Беленькая? Да хоть кто-то⁈ — Абсолютный игнор. — Вот же самовлюблённые стихии! Если я дохну — все собираются, а как о делах поговорить — так ни в какую. Сейчас как прыгну в ближайший разлом, да как размажут меня по стенке — будете знать!
Шантаж не удался — никто не появился. Я даже в белую комнату крикнул. На секунду заглянул в их мирок, но заходить не стал. Тут стало ещё больше строений и всякой всячины. Найти их там — проще всё сжечь вначале.
— Куда же мне двигаться? Мне нужна цель! Понятное дело, пока надо развиваться, но двигаться-то надо куда-то. Астрал… Допустим. А кто помнит, какой там был цвет у разлома?
— Розовенький!
— Точно! — согласился я. — Розовенький, причём, по-моему, бледно-розовенький такой.
— В самую дырочку, мой юный друг! А ещё совсем небольшой.
