разгаре, здесь оказалось довольно людно. Дворник без особого усердия сонно махал метлой, сгребая мусор. Две толстые пожилые тётки с лицами профессиональных сплетниц о чём-то судачили на лавочке у соседнего подъезда. Молодая мамаша, слегка покачивая коляску, завешанную марлей, медленно прогуливалась в тени огромного тополя, уткнувшись в книгу. Пара мужиков основательно расположилась в беседке посреди двора выставив на стол пару трёхлитровых банок с пенным напитком и целую вязанку мелких вяленых рыбёшек. Из общей картины слегка выбивался коренастый мужичёк с газетой под мышкой, который медленно прохаживался около соседнего дома.
Юля усмехнулась. Двор обложили вполне грамотно, построив своеобразный «конверт». Первым спалился мужик с газетой, который маячил, словно бельмо на глазу, да и парни, сделавшие за всё время только по маленькому глотку пива, не дотягивали до легенды. Не пьют так люди… Значит, и мамаша с коляской при делах. Интересно, что там у неё? Автомат? Мамаша почувствовала, что на неё смотрят, обернулась, бросила на Юлю быстрый пытливый взгляд и снова уставилась в книгу. Юля доела, утёрлась маленьким платочком, отряхнула крошки и, подхватив корзинку, медленно побрела прочь.
Не факт, конечно, что пасут именно нужного ей человека, но лучше, как говорится, от греха подальше… Благо был ещё вариант с каким-то идейным придурком, о котором упоминал Поляк. Встретиться тогда так и не довелось, но адресок она на всякий случай запомнила. Конечно, он мог там и не жить, но наведаться в любом случае стоит. Это гораздо проще, чем искать его по разным злачным местам.
Юля не знала, где находится нужная ей улица, поэтому высаживавший пассажиров извозчик оказался весьма кстати. Она забралась в коляску и назвала адрес. Реакция её удивила:
– Пошла вон, курва, – бросил извозчик не оборачиваясь.
Юля немного подумала, потом примерилась и двинула ему по почке. Мужик охнул и согнулся, держась за бок.
– Я тебя вместо лошади сейчас запрягу и вокруг города проеду, – пообещала девушка. – Вези, куда сказано.
Мужик тряхнул поводьями и, проехав метров двести, остановился.
– Накаталась? – немолодой уже мужик снова потёр спину и, обернувшись, одарил неприязненным взглядом. Юля вылезла, достала мелкую купюру, смяла и бросила ему на колени:
– Следи за языком, а то отрежут, – посоветовала она на прощание и огляделась по сторонам, пытаясь сориентироваться.
В полутёмной парадной с заколоченными окнами, пахло сыростью и мочой. Мельчайшая взвесь искрилась и танцевала в тонких полосках света, пробивающегося в щели между досок. Лестница, захламлённая каким-то мусором, ящиками и старой мебелью, просто задыхалась от этой пыли. Влажную уборку здесь делать не любили. Юля остановилась перед видавшей виды обшарпанной дверью, бережно хранящей следы многочисленных взломов и даже поджога, поискала глазами звонок и, улыбнувшись своей наивности, постучала в неё кулаком. Дверь затряслась, заскрипела, но выстояла. С минуту все было тихо, но потом послышались лёгкие осторожные шаги, и молодой мужской голос спросил:
– Кто?
– Девочек заказывали? – брякнула Юля первое, что только пришло в голову. Разыгрывать из себя почтальоншу или соседку показалось ей скучным и неинтересным.
– Девочек? А что и на дом привозят? – удивился голос, но дверь отпирать не стал. – Хотелось бы, но увы…
– Ежи, ты шуток вообще не понимаешь? – спросила она наугад. И только тогда старенький «английский» замок щёлкнул. Дверь немного приоткрылась, голый по пояс молодой парень взглянул подозрительно, но, когда понял, что кроме неё никого больше нет, распахнул дверь настежь. Юля пошла напролом с уверенностью бульдозера, и ему не оставалось ничего другого, как убраться с дороги. Она окинула взглядом небольшую прихожую и, не разуваясь, прошла вглубь квартиры.
– Э… Ты куда? – только и смог выдавить из себя парень.
– На экскурсию, – бросила она через плечо и, войдя в единственную комнату, поставила на стол свою корзину. Огляделась. Обстановка была небогатая: Широченный, неверное, ещё прошлого века шкаф, металлическая кровать со смятыми простынями, стол с остатками вчерашней пьянки и пара затёртых облезлых стульев.
– Небогато, – вынесла она вердикт и повернулась к вошедшему следом парню.
– Ты кто такая? Чё надо?
– Фартовой кличут, – она уселась на стул, брезгливо поморщилась, глядя на беспорядок, потом отодвинула от себя тарелку, стакан, а на освободившееся место выложила пачку папирос и зажигалку покойного штабс-ротмистра. – Да ты присаживайся.
– Тебе что надо? – повторил он упрямо, но затем подошёл и, отодвинув стул, уселся напротив.
– Дело есть. Серьёзные люди о тебе очень хорошо отзывались, а мне как раз нужен толковый человек на гастроль, – она закурила и уставилась на него выжидательно.
– Что за люди? – лениво поинтересовался он, но было заметно, что эта похвала пришлась ему по вкусу.
– Поляк.
– Да ладно… – скривился он недоверчиво, но Юля безразлично пожала плечами и совершенно спокойно добавила:
– И Тадэуш подтвердил.
– Где же это ты с ними разговаривала?
– Адреса не скажу, меня туда его парни привезли. Людмил и Матэуш, кажется. А дом где-то в восточной части города. Добротный такой, двухэтажный, железом крыт.
Ежи согласно кивнул, но потом подозрительно вскинулся:
– А чего же это Поляк тебе никого из своих не дал? У него там целая армия.
– Мне нужен человек с очень хорошим знанием немецкого, – сказала Юля на языке Шиллера и Гёте. – А таких у него, к сожалению, не нашлось. Поэтому мне хотелось бы услышать ответ. Потому как сейчас именно та ситуация когда один раз услышать, гораздо лучше, чем сто раз увидеть.
– Я наполовину немец, фройляйн, и всё своё детство провёл в Восточной Пруссии. Поэтому можете не беспокоиться. Единственное, сперва хотелось бы обсудить мою долю, – с улыбкой выдал он на чистейшем немецком.
– Это хорошо, – удовлетворённо кивнула Юля. – Учитывая это, твоя доля будет тридцать процентов.
– А почему не пополам? – ухмыльнулся Ежи. – Или ещё кто-то в деле?
– Потому, что даже большим ртом надо откусывать понемногу, иначе подавишься, – Юля обаятельно улыбнулась и встала. – Необходимо сделать немецкие документы. Поляк подсказал нужного человека. Приведи себя в порядок – нужно будет сфотографироваться.
Должно быть, парень не совсем правильно истолковал её улыбку. Он быстро поднялся со стула, улыбнулся и подошёл к ней вплотную.
– Предлагаю закрепить наш договор, – Ежи приобнял её за талию и мягко направил в сторону кровати. – Пошли покувыркаемся.
– Может, не надо? – поинтересовалась она без особой надежды.
– Надо-надо…
Она, хмыкнула, тяжело вздохнула, а затем впечатала его в пол броском через бедро, навалилась сверху, проведя удержание поперёк, поймала его запястье и быстро «заплела» узел плеча, также известный как «кимура». Ежи взвыл, и она тут же отпустила его, поднялась и спокойно сказала:
– Ну, покувыркались и хватит. Имей в виду, если надумаешь повторить, то останешься со сломанной рукой и двадцатью процентами.
