–
А где же Оля? Зови её завтракать.
Кивнув, Руслан вышел из кухни и направился за сестрой.
Ольга сидела в своей комнате на кровати, понуро опустив голову. Почувствовав приближение Руслана, она подняла на него виноватый взгляд:
–
Как мама?
–
Я успокоил её. Правда, для этого её пришлось заморочить.
–
Хорошо, что у меня это ещё не получается. А то бы ты и не услышал…
–
Помнится, ты не исключала для себя возможности того, что только что случилось! Более того, ты даже говорила мне, что рада стать одной из тех, кто совсем недавно выпил почти всю твою кровь. Помнишь?
Ольга грустно улыбнулась:
–
Я не знаю, что со мной творится. Большую часть времени я уверена, что хочу стать одной из тех, кто затащил меня в этот кошмар. Но порой я себя за это ненавижу. Особенно сейчас, когда я только что чуть не убила собственную мать. И в то же время я очень боюсь, потому что слишком хорошо помню, что сказал мне тогда, в подземелье, Повелитель упырей.
Руслан чувствовал, что сестра говорила ему правду. И это его безмерно радовало, потому что слова её оставляли надежду на то, что сестру ещё можно было вернуть. Улыбнувшись Ольге, он погладил её по голове и утешительно проговорил:
–
Я тебе верю. И мы с тобой попробуем всё исправить.
–
Что исправить? – Оля посмотрела Русу в глаза с тревогой.
–
Прежде всего то, что ты только что натворила.
–
А что тут исправлять? – в голосе сестры Руслана зазвучало недоумение. – Ты же уже, вроде, всё что нужно подправил!
–
Скажем так, это была временная мера. Чтобы мама не нервничала. Когда придёт папа, мы с тобой расскажем им обо всём, что с нами случилось, а потом я сниму с мамы морок, чтобы она вспомнила всё, что сегодня между ней и тобой случилось, и поняла, что мы не шутим.
–
Зачем?! – недоумение в голосе Ольги стало вопиющим.
–
Очень просто, – голос Руслана отчего-то зазвучал холодно. – В их жизни из-за нас теперь появились такие опасности, что с нашей стороны умолчать о них было бы просто свинством. Я же, помнится, рассказал тебе ещё до того, как тебя укусили, о том, что тебе грозило.
–
А может они были бы рады обратиться в других? Ну, как я!
Возражение Ольги Руслана насторожило. А ещё только что говорила, что порой ненавидит себя за то, что хочет быть одной из упырей. Что это? Снова «большая часть её времени», как она только что сказала?
–
Ты же только что мне рассказывала, что всё-таки хотела бы не становиться такой, как Кэт!
–
Ну, – Ольга замялась, – рассказывала, конечно, и от своих слов не отказываюсь! Но если и в самом деле окажется так, как я только что сказала?
Посмотрев на сестру, Руслан понял, что она юлит.
–
Не окажется, – голос его стал резок и колюч. – И у тебя не оказалось. Всё это морок. Слышишь, упырский морок! И ничего более. И ты не должна ему поддаваться.
–
А я и не поддаюсь, – Ольга отстранила от себя руки брата и улыбнулась. – По крайней мере, стараюсь…
Встав с кровати, она медленно пошла из комнаты прочь. Но у самого выхода остановилась и обернулась.
–
Ну, а потом? – уставившись своими зелёными глазами на Руслана, проговорила она.
–
Что «потом»? – не понял вначале тот.
–
Ты говорил, что мы с тобой будем пробовать всё исправить, и обозначил, что сделаем «прежде всего»…
–
А, ну да, – вспомнил Руслан. – Потом… Потом попробуем вообще всё исправить. Ведь не оставаться же нам и в самом деле навсегда упырями!
Проговорив последнее, Руслан направился за сестрой, которая, пожав плечами в ответ на его слова, уже выходила из комнаты. Он всё же не доверял Ольге, особенно после того, как она напомнила ему о том, что произошло во время их визита в подземелье Повелителя упырей, и потому решил больше её наедине с родителями не оставлять.
· · ·
Все четверо, по настоянию Руслана, собрались вместе уже после обеда, почти сразу, как только папа вернулся с рыбалки.
–
Ну-с, – на старинный манер, как нередко, выражался папа, проговорил он и на этот раз, с улыбкой усаживаясь на диван. – Что вы хотели мне рассказать?
–
Папа, – Руслан с самого начала направил их разговор в серьёзное русло. – То, о чём мы с Олей сейчас вам расскажем, совсем не смешно. Это самое настоящее горе.
При этих словах улыбка с папиного лица слетела моментально. Мама же стала испуганно озираться, смотря то на Руслана с Ольгой, то на мужа.
–
Вы с мамой, – тихо продолжал Руслан, – совершенно не помните два очень важных и очень страшных события, недавно случившихся у нас в семье.
–
О чём ты говоришь? – взволнованный голос мамы начал срываться.
–
Дело в том, что вы не так давно похоронили и меня, и Ольгу.
–
Что ты несёшь?! – папа возмущенно тряхнул головой. – Что за бред?! Если ты за этим нас здесь собрал, то я…
При последних словах, не договорив, он порывисто встал с дивана. И тогда Руслан, пристально посмотрев на отца, в следующий миг заставил его усесться на прежнее место, не отбирая, однако, способности слышать и всё понимать.
–
Не так давно меня нашли мёртвым в сквере на скамейке, – голос Руслана, продолжавшего свой мрачный рассказ, звучал угрюмо. – Были прощание, слёзы, похороны, а потом… Потом я очнулся в могиле…
Мрачным голосом Руслан стал рассказывать родителям о том, как он и Ольга оказались среди упырей, которых, надо сказать, Руслан описал весьма красочно. Слова его кошмарного рассказа и для матери, и для отца, были подобны ударам свалившихся на них с высоты пудовых гирь. С каждым новым таким словом они всё больше приходили к уверенности, что их сын вовсе не шутит, и это всё больше и больше сковывало их сердца и разум ледяными оковами ужаса. Русу даже больше не пришлось применять свой, уже так хорошо у него получавшийся, морок, хоть он поначалу и опасался, что убеждать родителей ему придётся именно так. Через совсем короткое время он даже «отпустил» отца, и тот теперь больше и не думал вскакивать с места, расширившимися от потрясения глазами смотря на рассказывавшего такую жуть сына.
А Руслан всё рассказывал и рассказывал. Вначале про себя, как стал упырём и после этого изо всех сил противился окончательному обращению в таковые, вступив в противостояние с почти целой, хоть и небольшой, общиной упырей. Потом о том, как не смог от того же уберечь сестру…
Говоря о последнем, Руслан выразительно посмотрел на мать, после чего снял морок и с неё. По её лицу в тот же миг стало понятно, что она сразу вспомнила недавно пережитый кошмар! Вспомнив же его и сопоставив с только что услышанным от сына, она задрожала всем телом. Если уже даже папа оказался шокирован рассказом сына не на шутку, о чём буквально кричало выражение на его лице, чего уж было говорить о маме, которой всё это уже и на себе испытать пришлось! А Руслан продолжал свой рассказ, поведав родителям ещё и об их с Ольгой недавнем походе с упырями в подземелье Повелителя последних…
Когда он, наконец, смолк, на лица их с Ольгой родителей без слёз было не взглянуть. Бледные и жалкие, с дрожащими губами и расширившимися от потрясения, мокрыми от слёз глазами, это были лица людей, нещадно раздавленных своими горем и страхом.
–
Вот и всё, что мы с Ольгой должны были вам рассказать, – подвёл Руслан черту под своим жутким рассказом после недолгого молчания. – Теперь всё знаете и вы.
Ни мама же, ни папа Руса и Ольги первые минуты от потрясения не могли вымолвить ни единого слова. Уставившись на сына ничего не понимающим взглядом, они даже не пытались ничего сказать ему в ответ. И тогда Руслан решил помочь им хоть немного прийти в себя, для чего попробовал дать им хотя бы небольшую надежду на то, что всё не так уж и плохо.
–
Ну, не пугайтесь вы так, – выдавив из себя улыбку, проговорил Рус. – Раз есть «дорога» туда, по которой мы с Ольгой там оказались, должна будет где-нибудь отыскаться и дорога обратно.
–
Это ты о чём? – с испугу не сообразила мама, с недоумением посмотрев на Руслана.
–
Да о том, что мы с Олей постараемся от упырей вырваться!
–
Да, – недоверчиво в ответ покачала головой мама, – она сегодня показала, как она этого жаждет.
–
Ну ты что, ма, меня не простила? – Ольгино лицо выглядело жалким. – Я же нечаянно!
–
Да, мам, – вступился за неё Руслан. – Это бывает, я тоже через это прошёл. Хотя ещё и не совсем, в общем-то, прошёл. Жажда крови у Ольги во время приступов такая сильная, что она сама не понимает, что делает.
