сверток из контейнера.
Наконец ему это удалось, и откинув в сторону ненужный контейнер, он аккуратно положил бумажную трубочку на смоченную водой доску.
— Мишань, подсоби!
— Ок! — Миха быстро достал из подсумка швейцарский нож- мультитул, вытащил из него пластиковую зубочистку и пинцет и прижал ими краешек восьмидесятилетней бумажной ленты. Вадим, убедившись, что все идет по плану, взял в каждую руку по иголке от одноразовых шприцов, принесенных Пашкой, зубами снял с них защитные колпачки и аккуратно вставил иглы в центр бумажной трубочки по бокам.
— Лех, лей давай.
Леха без лишних слов схватил лежащую рядом фляжку и стал тонкой струйкой лить воду на доску, в то время как Вадим пытался раскрутить бумажную полоску, удерживаемую за краешек Михой, при помощи вставленных в центр и выполняющих роль осей иголок. Потихоньку- потихоньку, но старая свернутая в трубочку бумажка стала подаваться, и вот уже стали появляться буквы, пока не представляющие особой ценности, так как были отпечатаны типографским способом, но все же дающие надежду на хороший сохран документа и возможность лицезреть оригинальный автограф хозяина медальона.
— Ну что там? — Возможный выигрыш в споре так волновал Пашку, что он, приплясывая рт нетерпения на месте, не знал уже за что и схватиться. То пытался затянуться неприкуренной сигаретой, к его вящему стыду к тому же засунутой в рот противоположной стороной, то, не проконтролировав налитое и резко выдохнув, как перед дозой медицинского спирта — опрокинул себе в рот стакан Колы, после чего, не вкусив желаемого эффекта- принюхался к остаткам содержимого белого пластикового стаканчика и смачно выругался. Но, буквально через мгновение, забыв о сиюминутных мелких невзгодах и предвкушая громадный выигрышный алкогольный куш, и ЗВАНИЕ ПОБЕДИТЕЛЯ В СПОРЕ, хотя бы на короткое время и в пределах одной компании, снова, забывшись, полез своим любопытным носом к импровизированной «камералке» — да не проклянут автора настоящие археологи за использование когда то услышанных из их уст профессиональных жаргонизмов. Вадим, не отвлекаясь от процесса, да в принципе и при всем желании не имевшего такой возможности, лишь вздохнул излобно покосился на Пашку. Леха, перехватив его взгляд и правильно истолковав — решил взять инициативу в свои руки.
— Паш!
— Аюшки?
— Отсоси у заюшки!
— Чего ты тут исполняешь? Типа, трезвый пьяному не товарищ?
— Пахан! Мозг не выноси! Все и так на нервах! Сейчас бумажку расшифруем, мимо тебя она никак не пройдет! Отмоем- позовем!
— Ты чего, меня гонишь что ли? А не прихуела ли твоя личность?
— Не прихуела! — Рявкнул Вадим. — Паша. Пиздуй в лагерь, бойцам кашу сваргань с тушняком, или дошик запарь!
— Так кашу или дошик? Ты определись, Вадюха, а то хрен твои желания расшифровке предаются!
— А нех их пытаться расшифровать! Делай, что старшие говорят! А то сейчас народными средствами отрезвлю и закодирую!
— Я понял! Ты меня наебать хочешь и бухло не проставлять!
— Пахан! — Тут уж не вытерпел и психанул Миха. — Бля, в натуре — извини за мой французский — сходи, пожалуйста, с воинами-гостями нашими тусанись, или на крайняк до портала пробздись — проверь, как он там!
— А чего ты меня гонишь? — Сжал кулаки Пашка. — Обмануть хотите?
— Паша! — Взревел Вадим, — Вот только блядь, ради тебя, нахер, специально вкладыш из медальона смертного перерисуем! Вот только, бля, ради тебя!! Вот, сука, нам заняться больше, блядь, нечем, как тебя наебать! Сходи, сучара, по хорошему прошу! К парням в лагерь, а вкладыш мы тебе покажем! Не переживай и мозги не еби нам!
— А че ты…
— Паша! — Миха демонстративно передернул затвор трофейного пистолета. — Послушай, что старшие говорят!
— А хули ты меня пукалкой своей резиновой- пугать меня надумал? Мне похую!
— Паш! — Выдернул из-за спины Сайгу и демонстративно загнал в ствол патрон Леха — Не доводи до греха!
— Вы чего, оборзели?
— Потанцуем? — Подмигнул Лехе Миха и выстрелил в землю перед Пашкиными ногами. Тот подпрыгнул от неожиданности, но, взяв себя в руки, попытался броситься на стрелка и отнять оружие. Но Леха, предугадав этот финт, сместив ствол пониже, высадил двойной заряд, благодаря полуавтоматическим свойствам родственника «Калаша», заставив Пашку невероятным пируэтом отпрыгнуть на метр назад.
На шум подтянулись красноармейцы, недоумевающе косясь на стрелков и на матерящегося Пашку.
— Парни! Все под контролем! Все живы- здоровы, жертв и разрушений нет!
— Ага! — поддакнул Миха. — Произошла самопроизвольная детонация капсюлей охотничьих патронов! Паш, сгоняй — ка лучше до портала — проверь, как он там поживает! И посмотри, что там делает Серега? А то что то давно его живым не наблюдаем!
— Пахан, так надо! — продолжая держать в руках ружье, ненавязчиво смотрящее стволом в сторону собеседника, продолжил диалог Леха. — Наебывать тебя никто не собирается — время и место не те, но ты все таки послушайся Вадика — пробздись по округе!
— Добро! Будь по вашему! — злобно ощерился Пашка на вооруженных комрадов. — Я, конечно, тихий и беспомощный — под прицелом двух дебилов…
— Павлик, ну в натуре же задолбал! Никто тебя дитятку несчастную не обижает! Просто попросили реально_ не мельтеши и под руку не лезь! Результат по-любасу всем сообщим!
— А чего вы, как дебилы — стрельбу устроили? Сказать не судьба было?
— А ты понял бы слова?
— А вот как спросили-бы!
— Сам то понял сейчас, чего сказал?
— Паша! — не выдержав творящейся суеты, рявкнул Вадим. — Ноги в руки- и к порталу! Проверить! Результат сообщить по рации! По возвращении — принести охапку дров! Как понял?
— А че ты…
— Выполнять, бля! Бегом, нах!!
Пашка, постепенно начиная догонять, что дело если еще не пахнет керосином, то дизтопливом уже отчетливо начинает пованивать, отбросив понты и решив оставить священное правдорубство до более лучших времен, потихоньку, бочком- бочком, согласно ранее согласованному с самим собой плану отступления потихоньку ретировался по направлению к порталу, не забывая вполголоса материться и костерить почем зря своих товарищей. Те, впрочем, привыкшие к подобным выкрутасам, не обращая не малейшего внимания на отступающего комрада, сгрудились вокруг Вадима, с почти суеверным почтением наблюдая за священнодействиями последнего.
— Как, говорите, имя бойца этого было? — вдруг ни с того ни с сего осипшим голосом спросил Вадим.
— Рядовой Сергей, фамилия Попков вроде. А что? У Пашки праздник нарисовался среди недели? — спросил Леха.
— Мишань — читай. Там вроде буквы разборчивы. — Попросил Вадим и потянулся в карман за сигаретами.
— Давай. — Миха склонился над размокшей бумажкой, и сощурив один глаз для лучшей фокусировки, вгляделся в выцветшие от времени буквы. — Фамилия нечитабельна, так… Имя — Анд… й, вроде Андрей…Плохо видно, буквы расплылись от сырости… Блин, походу проспорил ты, Вадюха..
— Дальше читай!
