Выбор заключался в том, что Вера поклевала омлет, съела чайную ложку творогу, надкусила тост с икрой и намазала апельсиновым джемом тонкий ломтик ветчины. Маша же не выдержала и объелась, хотя обычно не завтракала — может, потому, что завтрак, как правило, некогда было готовить.
— Тебе надо найти работу, — заявила Вера, когда они с чашками кофе выползли из дома и устроились на горячих каменных ступенях.
— Что ты имеешь в виду? — удивилась Маша.
— Тебе придется учиться — ты ведь не думаешь, что ты вот просто так, на ровном месте, стала настоящей ведьмой? — ухмыльнулась Вера. — А пока ты учишься, надо же на что-то жить.
— И куда мне пойти работать?
— Есть специальные фирмы, которые организуют наши для таких, как ты. Ну вот у Тины такая фирма…
— Думаю, я уже уволена! — рассмеялась Маша. — Может, конечно, меня возьмут мыть сортиры…
— Или как у Зои, — подсказала Вера.
— Точно! — Маша хлопнула себя по коленке. — Она ведь мне предлагала!
— Валяй, звони, пока она не передумала, — посоветовала Вера.
Зоя была нежна и внимательна — в результате Вера через три часа высадила Машу у милого особнячка на Тверском бульваре, рядом с которым были припаркованы небольшие городские машинки вроде «Ниссана Микра», «Пежо 206», «Мини Купер» и несколько мопедов. В здании было три этажа — на первом швеи, на втором — закройщики и бухгалтерия, на третьем — дизайнеры и реклама.
— Слушай, а если у меня нет способностей к моде? — поинтересовалась Маша у Зои.
— Но у тебя есть способности к пиару, — Зоя развела руками.
— А… — Маша запнулась. — Смотри вот… Я ведьма, так?
Зоя кивнула.
— А ты… Ты ангел?
— Не совсем, — усмехнулась Зоя. — Не все так тупо. Просто… как бы сказать… Например, Тина представляет одну сторону, я — другую.
— А я? Я какую сторону представляю?
— Ты — никакую. Ты пока никто. Так что не забивай голову, — Зоя быстро смяла разговор. — В общем, у нас скоро показ, так что давай-ка побыстрее начинай работать.
— Черт! — вспомнила кое-что Маша.
Зоя нахмурилась.
— Извини! — Маша смутилась. — Слушай, а ты же обращалась к Тине по поводу показа…
— Забудь! — поморщилась Зоя. — Это был только повод. Делай свою работу. Пойдем, познакомлю тебя с коллегами.
Маша осталась разговором недовольна, но почувствовала, что от Зои большего не добьешься, и потопала за ней в отдел рекламы. Едва она зашла в комнату, как чуть не расхохоталась. Это был… просто какой-то женский рай. На столах стояли букеты сухих цветов, там же располагались фарфоровые статуэточки, декоративные вазочки, мягкие игрушки, рамки для фотографий в стразах и в сердечках… Окна закрывали вертикальные жалюзи нежно-розового цвета, на полу лежал ворсистый бежевый ковер, а стены украшали плакаты с кошечками в корзинках… И девушки были под стать: в женственных шифоновых блузах, в юбках с воланами — все пастельных тонов, на изящных шпильках. Почти у всех девушек вились локоны, пальцы украшали длинные ногти — преимущественно с французским маникюром, а на столах валялись и телефоны со стразами от Сваровски.
Маша, в джинсах и черной майке без рукавов с серебряной надписью «Я — череп — гламур», как-то не совсем вписывалась в их компанию и уже заранее чувствовала, что не найдет с ними общий язык, но ей была нужна работа — поэтому она вымученно улыбнулась и бодро произнесла:
— Я — Маша!
Девушки заворковали, хором заверили, что им «очень приятно», показали Маше пустой стол, а самая любезная подарила ей плюшевого кролика и пообещала помочь с делами. Маша осторожно, чтобы никто не заметил, попробовала их прощупать. Вот эта, что подсунула кролика, была довольно самоуверенной ведьмой, которая поставила себе задачу стать лучше всех. «Зубрила!» — фыркнула про себя Маша. Вторая, девушка в мелких кудряшках, была куда способнее, но хотела лишь одного — уехать в Прагу, открыть магазин природной косметики и приворожить мужчину, который будет о ней заботиться. Излучения у них были блеклые, невыразительные, какие-то куцые — Маша разочаровалась и занялась делами. Она-то думала, что все ведьмы — яркие, праздничные, а эти курицы больше напоминали амбициозных секретарш, чем нечто сверхъестественное.
В два часа они пошли обедать. Кафе оказалось милым, но там нельзя было курить. На первый раз Маша решила не выпендриваться и промолчала — в конце концов, это ведь только перерыв на обед, а не дружеские посиделки…
— Я наконец-то посмотрела фильм «Колдунья»! — воскликнула одна. — С Кидман! Это так мило! Она такая милая! Просто прелесть!
Маша закашлялась. Фильм «Колдунья» она с трудом осилила до половины — слащавая нудятина!
— А я купила полную коллекцию Селин Дион! — похвасталась другая. — Наконец-то! Я так счастлива!
Девицы завизжали — наверное, от восторга, а Маша сползла со стула, почувствовав дурноту. Селин Дион! Бог мой!
— Посмотрите, посмотрите, что он мне подарил! — третья всем под нос совала мобильный телефон.
Маша перегнулась через соседку и увидела на снимке жуткую штуку — салатницу в форме сердечка.
— А кто тебе ее подарил? — полюбопытствовала она.
— Мой жених! — прыснула девица и вытянула палец, на котором красовалось кольцо с брилиантом грушевидной формы.
Кольцо Машу не впечатлило — во-первых, ей не нравились «капельки», а во-вторых, ее невозможно было удивить кольцом, в котором, кроме камня и оправы, не было ничего выдающегося. Ну, бриллиант… Ну, довольно крупный… Ну, наверное, он дорого стоил… Но Маша бы никогда себе ничего подобного не купила — ей нравились странные, тяжелые серебряные украшения. Желательно из Индии, Бразилии или Мексики, ручной работы, с крупными камнями — гранатами, топазами, александритами… Такие, которые могли рассказать что-нибудь о личности хозяина, а не только сообщить, сколько у него денег.
— Здорово… — без вдохновения похвалила она.
«Надо попроситься к Тине уборщицей, — с печалью подумала она. — Здесь я погибну…» Барышни были уж такие милые, такие очаровательные, такие положительные и женственные, что Машу потянуло на какое-нибудь хулиганство — заказать, например, текилы и пуститься в пляс… Но вместо этого она быстро доела суп, поднялась со стула и предложила:
— Кто со мной курить?
Девушки уставились на нее в немом ужасе: можно было подумать, что она предложила по-быстрому отдаться кому-нибудь за сотню баксов и потратить их на героин. Маша развела руками и вышла на улицу, где устроилась рядом с мусорным ведром. Позвонила Вера.
— Ну, как ты? — жизнерадостно спросила она.
