кому оставляю страну. После смерти сам король уже не в состоянии повлиять на свою страну, но он может еще многое успеть, прежде чем Небеса его призовут. Надеюсь, вы понимаете, о чем я?
— Никак не могу, Ваше Величество. Прошу простить меня за дерзость, но, возможно, Ваше Величество допустило ошибку, — Омфлей Гористарский склонился снова и еще ниже. — Даже в самых страшных своих снах я не осмелюсь нарушить условия избрания нового короля ни делом, ни помыслом.
— Если вы смеете обманывать меня, то тогда побойтесь хотя бы Небес, с которыми все равно вам суждено встретиться! — Повысил голос король, но горло не выдержало такого напряжения. Иинан тут же зашелся приступом кашля, все же вынужденный опереться на медицинского киборга. Гористару пришлось молчать и ждать, пока король сможет собраться с силами, чтобы снова заговорить. — Граф! Я не хуже вас знаю, что каждый из трех претендентов сейчас готовится силой отстаивать свое будущее право на престол, однако именно вы первым начали перевооружение и наращивание своей армии, вынудив и остальных втянуться в эту гонку. Пока еще этот процесс можно остановить, и, как король, именно этого я от вас и требую. Вы должны отказаться от поддержки претензий графа Розмийского на престол и остановить наращивание сил армии феода. Остальные оппоненты последуют вашему примеру, и тогда мы сможем вернуться к мирным выборам короля.
— Ваше Величество, позволите быть честным? — Граф остановился, сложив руки за спиной. — Возможно, то, что я осмелюсь сказать сейчас, вам придется не по нраву, но более закрываться шторами своей веры от действительности мы не имеем права.
— Тогда говорите, граф, — Иинан тоже остановился.
— Ваше Величество, происходящее сейчас есть лишь результат Ваших решений. Всего, что Вы создали и за что положили свою жизнь и здоровье. Всего того, ради чего жертвовали не только Вы, но и весь Рейнсвальд. Мы вместе создали стабильный мир, в котором каждый мог жить, не волнуясь за будущее. Каждый мог посвятить себя чему-то более высокому, но мы лишь продолжали сражаться, защищая этот мир. Ваше Величество, вспомните сами, сколько войн мы провели с того самого дня, как в последний раз рейнсвальдцы стреляли друг в друга? Я тоже не могу сосчитать их все. Мы защищаем то, чего достигли. Однако страшась потерять этот мир, только и делали, что готовились к новой войне. И Вы не хуже меня знаете, что должно случиться…
— Поэтому, граф, вы столь усердно настаивали на нашей встрече? Вы хотели именно об этом мне сообщить? — В голосе короля мелькнуло недовольство, но граф сделал вид, что ничего не услышал.
— Никак нет, Ваше Величество, — граф Гористарский отрицательно покачал головой. — Я пришел просить Вас о помощи, чтобы предотвратить эту войну. Сейчас Вы единственный, кто способен на подобное. Уверяю, многие дворяне меня поддержат. И Вы тоже…
— Так что же вы хотите, граф? — Иинан снова распрямился и медленно пошел вперед. Его собеседник следовал за ним, почтительно держась около левого плеча. — Омфлей, возможно, скажи мне подобное другой человек, я бы задумался, а есть ли другой путь, кроме силового давления. И ничего здравого мне не пришло бы на ум… Однако появляетесь вы и говорите, что у нас есть шанс избежать кровопролития. Вы, человек, который ответственен, по меньшей мере, за развязывание двух локальных конфликтов, грозивших перерасти в полноценную войну между феодами. Не говоря уже о других ваших прегрешениях, явных и скрытых. Вы хотите мира?
— Я действительно желаю мира, Ваше Величество. Не стану с Вами спорить и пытаться доказывать свою честность. Каждый феодал Рейнсвальда виноват во многом, но поймите и меня. Порой приходится выбирать между законом и благополучием своего феода. Я уверен, что Вы знаете о подобном гораздо лучше меня, имея перед глазами куда больше примеров. — Граф снова поклонился под тяжелым взглядом своего короля. — И все же, поймите меня. Я так же, как и Вы, желаю королевству процветания. На войне обогащаются наемники и полководцы. Я не тот и не другой. Я больше коммерсант, пусть даже и не чистый на руку. Мне нужен мир, чтобы и дальше идти своим путем. Тот мир, которого уже добился Рейнсвальд, меня вполне устраивает. Мне не нужно тяжелых потрясений и новых гражданских войн. Слишком много расходов они несут, а возможная выгода слишком мала, чтобы рисковать подобным образом.
— Допустим, вы уговорили меня. — Король слушал внимательно, не останавливая и не прерывая, пока не поднял руку, посчитав, что услышал достаточно. — Граф Омфлей, так какие действия вы хотите совершить, дабы, как говорите, сохранить мир, уже сложившийся в Рейнсвальде? Пока я вижу, как вы всеми силами стараетесь его расшатать, сводя на нет мои усилия.
— Ваше Величество. Если мы действительно хотим избежать войны, то вариантов у нас не так уж и много, — вздохнул граф Гористарский. — Вы должны провести выборы нового короля прижизненно. Признать избранника законным королем и передать ему командование над силами Королевской армии. Только так мы сможем остановить вооруженный конфликт. Никто не посмеет поднимать оружие, если будет знать, что свое слово может сказать Стража Кенингхорма.
— Я думал об этом, — король отрицательно покачал головой. — Только это противоречит всем признанным традициям королевства. Избрать короля при жизни прежнего… Такого еще не случалось в нашей истории, и я не уверен, что подобный прецедент будет принят остальными дворянами.
— Вы считаете, будто претенденты на престол смогут принять какой-либо вариант, кроме того, что будет устраивать лично их? — Прямо спросил граф, остановившись. — Три претендента, уже заявившие свои права на престол, готовятся к тому, чтобы защитить свои претензии силой. Как вы думаете, что сможет остановить их, кроме Королевской армии? Вы дали им мир, и они поверили в собственные силы. Ни я, ни Розмия, ни Тристан, ни любой другой из крупных благородных домов не сложат оружие просто так.
— Однако королевский трон…
— Лишь цель. Королевский престол объединяет нас, но мы защищаем свои границы собственными силами. Когда крылатый лев складывает крылья, остальные звери уже не видят его тени… — Граф поступил опрометчиво, прервав короля, но все же смог донести свою мысль. Иинан замер на середине слова, теперь больше размышляя над услышанным. Омфлей Гористарский озвучивал мысли, копошившиеся в душе короля, слишком мрачные и пугающие, чтобы произнести их вслух самостоятельно.
Правитель Рейнсвальда понимал, что только сила способна усмирить расправивших плечи дворян, но именно этого он и хотел избежать. Королевству нужен мир, а не диктатура. Нужна свобода, чтобы расти дальше, но феодалы этого не понимали. Они верили лишь в силу своего клинка и преданность отданным клятвам. И
