— Ты выглядишь чертовски нервозной, — сообщил он, как только она зашла.
— Такое нервозное время, — Мэллори, разумеется, знала, где находилась кухня, и не тратя даром времени, вытащила вино и стала искать бокалы в буфете. — Иисусе, Алан, у тебя нет даже одного винного бокала?
— Столовые приборы — не мой приоритет. Подай на меня в суд.
— Я докатилась до того, что буду пить вино из стакана для желе. Что еще произойдет сегодня?
Алан проглотил, не запивая, несколько таблеток аспирина, потом стал расставлять картонные коробки на стойку, за которой они обычно ели. Он остановился и пристально посмотрел на нее.
— Я слышал. Невесело было обнаружить то тело.
— Да.
— Ты хочешь об этом поговорить?
— Нет, — она налила вино в стакан и немедленно выпила. — Я намерена выпить, по крайней мере, полбутылки, пойти в душ и смыть сегодняшние ароматы со своего тела, а потом поесть креветок и овощей. После этого, если только ты возражаешь, я планирую перейти с тобой в спальню и трахаться там, как кролики. Может быть, всю ночь. Если только, разумеется, твоя головная боль все еще не мучит тебя. Скажи, что она прошла.
— Я полагаю, что аспирин подействует с минуты на минуту, — ответил Алан. — И твой план мне прекрасно подходит.
Мексиканский ресторан был почти пуст, несмотря на то, что обычно в субботний вечер он заполнялся под завязку. Как уныло сообщил владелец, лично провожая их к уютному столику в уголке, люди стали меньше выходить куда-то по вечерам с тех пор, как начались эти убийства. И после того, что нашли сегодня, большинство его завсегдатаев сидели по домам, за закрытыми дверями.
И хотя Рэйф и Изабелл были в ресторане не одни, но сидели они в своем собственном уединенном уголке. Тихая музыка играла на заднем плане, их обслуживал внимательный, ненавязчивый официант: они практически находились в своем собственном мире.
Практически.
— Ты все еще думаешь, что не Джейми покалечила нашу неизвестную? — спросил Рэйф, когда они доедали основное блюдо. В основном они обсуждали убийства и расследование, у них обоих было достаточно опыта работы в полиции, чтобы не позволить ни клиническим подробностям, ни картинам жестокой смерти, которые они видели так недавно, испортить им аппетит. И они оба сторонились более личных тем.
— Абсолютно. Я полагаю, что он наблюдал, как Джейми положила тело в багажник машины неизвестной. Я не знаю, она ли вела машину до того места, где планировала оставить тело, или он сам, — и когда она вернулась в игровую комнату или к машине по какой-то причине и не нашла тела, вот именно тогда у нее по-настоящему поехала крыша. В любом случае, я думаю, что он положил тело в тот старый гараж. И играл с ним.
— Это отвратительно, — сказал Рэйф.
— Определенно. Наш парень — очень испорченный тип.
— Так что те причины, по которым он выбрал Джейми своей первой жертвой, вероятно, жутко извращенные.
— Ну, вероятно, это произошло из-за того, что Джейми была госпожой, а не из-за того, что она являлась лесбиянкой. Дело в ее способности обладать властью над другими женщинами; этой власти он желал, и не мог получить. Может, чистая ревность послужила детонатором. Или зависть. Может быть, он не мог пережить то, что она могла контролировать женщин в своей жизни.
— А он своих женщин контролировать не мог.
— Может быть. Или возможно, его выводило из себя то, что партнерши добровольно отдавали себя в ее руки, подчинялись ей. И как бы он не старался, он не мог получить подобной реакции от женщин. В самом деле, какая ирония. Он всегда тянется к умным, успешным женщинам, к тем, кто вряд ли позволят собой управлять, и всё же он отчаянно жаждет именно контролировать женщин.
— Так что его мечта недостижима.
— Если только, его вкусы не изменятся, то это верно, — с волнением ответила Изабелл. — Он никогда не добьется того, чего хочет, если только не убьет их. Только, когда они умирают, и потом, когда они — всего лишь безжизненные тела, он может их контролировать, он сильнее их.
— Убив Джейми, он смог получить своего рода удовлетворение, из-за того, что она была доминантной женщиной. Впервые, он смог взять вверх над женщиной, чьей специальностью было контролировать других. Хотя ему пришлось убить ее, чтобы сделать это.
— Он хотел уничтожить ее из-за ее характера?
— Это обычное дело для сексуального садиста.
— Но не в этот раз? Не наш парень?
Изабелл нахмурилась.
— То, что целью оказались груди и гениталии, свидетельствует о сексуальной одержимости. Но этот тип, наш парень, у меня такое чувство… что он… наказывает их за то, что они — женщины. Так что, может быть, он пытается уничтожить женские черты их натуры. Или, может быть, он в ярости от того, что они слишком женственны для него, буквально, слишком женственны, чтобы он смог с этим справиться.
— А разве мотив не в сексуальном порыве?
— Вообще-то нет. Скорее тут присутствует вопрос идентификации. Его идентификации.
— Это интересно, — заметил Рэйф.
Изабелл минуту просто на него смотрела, потом со вздохом откинулась на стуле.
— Видишь, почему моя личная жизнь не складывается? Я всегда говорю об убийцах.
— Это моя вина. Я спросил тебя об этом.
— Да, но ведь тебе это пришло в голову. Что свидетельствует не в пользу моей сексуальной привлекательности.
Рэйф посмотрел на нее.
— Это значит, что мы занимаемся расследованием убийства. И всё.
— Это очень подходящий предлог. Ты не понимаешь, когда женщина напрашивается на комплимент?
— Ты же несерьезно? Изабелл, ты же знаешь, что обворожительна.
— В зеркале я вижу, что все части соединены как надо, но это не значит, что я в твоем вкусе. Многие предпочитают маленьких рыжеволосых женщин или стройных брюнеток. Или женщин без оружия и знающих дюжину различных способов по-настоящему причинить парню боль, если он выведет их из себя?
Он невольно рассмеялся.
— Признаю, что последний аргумент может оттолкнуть любого, но ты же видишь, что я не удираю, не так ли?
— Нет, но мы же с тобой вроде как вместе работаем…
— Мы могли бы и не ужинать вместе. Изабелл, я здесь, потому что этого хочу, закончим на этом. Только знай, что мне не нравятся маленькие рыжие и стройные брюнетки. И я никогда не считал тебя неуверенной в себе.
— А я думала, что слишком налегаю.
Их внимательный официант появился, чтобы убрать тарелки и принять заказ на кофе и десерт, и Рэйф подождал, пока тот уйдет, чтобы ответить ей смешным замечанием.
— Так что сегодня произошло?
Изабелл моргнула.
— Ты знаешь, что сегодня случилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
