— Эй, — тихо позвал Игорь. — Я тоже слушал песню.
Силуэт вздрогнул, исчез, но через секунду в распахнутом окне появилось сразу несколько.
— Заходи!
— Что ты стоишь один?
— Заходи, заходи!
Игорь перепрыгнул через изгородь и оказался в квадрате света, падающего из окна.
— А-а, — раздался удивленный возглас. — Это он! Заходи же. Какой ты! Это тот, я вам про него рассказывала!
Кто-то рассмеялся, но Игорь ничуть не обиделся. Значит, он несколько часов бродил по лесу, чтобы выйти к тому же месту, откуда так поспешно и глупо бежал.
— У вас есть авиетки? Мне нужно лететь.
— Зачем тебе лететь? Мы тебя и так переправим. Заходи. Сегодня на Селге все празднуют день Счастья.
— Мне нужно лететь, — упрямо повторил Игорь.
— Может быть, ему есть с кем праздновать и без нас, — сказал кто-то. — Правильно я говорю?
— Правильно. Меня уже, наверное, ждут. Так у вас есть лишняя авиетка?
— Есть. Они теперь все лишние. Сибилла, это твой знакомый. Проводи его.
Компания еще некоторое время выглядывала из окон, затем по одному все исчезли в глубине дома.
— Зашел бы, — неуверенно предложил еще раз последний из них. — Мы бы тебя телепортировали.
— Нет. Я полечу.
— Как хочешь… — И он тоже отошел от окна.
Сибилла вынырнула из темноты и схватила Игоря за руку.
— Какой ты! Мог бы и остаться!
— Я слышал от тебя десяток фраз и девять из них были: «Какой ты!» А какой я?
— Смешной. Ты ведь откуда-то прилетел?
— Да. С Земли. Я капитан грузового корабля.
— Наверное, поэтому ты и странный…
— Наверное, — согласился Игорь.
— А с кем ты будешь на празднике?
— С Найей, — ответил Игорь. — Она работает в институте Счастья.
Девушка неопределенно покачала головой.
— А что это за праздник? — спросил Игорь.
— Ты не знаешь? Какой ты… Теперь все будут счастливы. — В ее словах, так же как и в песне, чувствовалась грусть. — Разве твоя девушка тебе не говорила? Ведь это происходило там, в институте…
Найя не была девушкой капитана. И он не знал, что этот огромный зал принадлежал институту, где работала Найя.
— А я и без того счастлива, — сказала Сибилла. Сказала Игорю или самой себе, он не понял.
— Знаю.
— Как ты можешь знать?
— Я слушал песню… Дан?
— Да. Он.
Они дошли до небольшого ангарчика. Сибилла вывела одноместную авиетку.
— Значит, это происходило в институте Счастья? — спросил Игорь.
— Ну да. Из его дверей выходили только счастливые.
— А Айре было плохо. Она плакала.
— Плачут и от счастья…
— Нет. Я знаю. Ей было плохо.
— Это тебя тронуло? Тогда найди ее. Может, она ждет этого?
— Я с ней даже незнаком.
Сибилла промолчала. Игорь открыл дверцу авиетки и сел на сиденье перед пультом.
— Ну я пойду? — Белое платье девушки смутным пятном выделялось в темноте ночи. Лицо и руки были почти незаметны. — Я пойду?
— Конечно. Иди. Спасибо тебе, Сибилла! — Игорь захлопнул дверцу. Осветилась панель управления. Игорь набрал на пульте маршрут. Ого! До поселка коттеджей было полторы тысячи километров. Это около часа полета.
Авиетка взлетела вертикально вверх и, сделав круг над освещенным домом, рванулась вслед скатившемуся за горизонт солнцу.
Дверь коттеджа Гела оказалась открытой, но сам дом был пуст. В стене-экране виднелся все тот же зал, но только теперь он был превращен в банкетный. Слышалась приятная и негромкая музыка. Нарядно одетые и счастливые люди сидели за столиками или танцевали, разговаривали, разбившись на группы. Игорь распахнул окно коттеджа и тут заметил на столе лист бумаги. Записка предназначалась ему.
«Игорь, — писала Найя. — Куда ты пропал? Неужели ты обиделся на нас? Мы тебя ждем. Система телепортировки включена. Смелее шагай в экран. Ждем».
Игорь сложил лист, сунул его в карман и уже довольно спокойно шагнул в экран. Передвигаясь вдоль столиков, он увидел своих друзей. И они его заметили.
— Игорь! Игорь!
— Твое место ожидает тебя уже два часа!
Игорь подошел к столику и сразу попал в объятия Гела. О! Тот мог превратить Игоря в лепешку.
— Оставить в живых! — взмолился капитан.
— Оставить в живых! — приказала Найя.
Игоря усадили в кресло.
— Где ты был? — спросила Найя. — Я беспокоилась за тебя. Где?
— В зале вашего института и еще в разных местах.
— Ну и как? — задал вопрос Гел.
— В общем, неплохо. Только я ничего не понял. Что же это за праздник Счастья?
— Сейчас объясню, — сказал Гел. — Ты заметил, сколько здесь похожих друг на друга людей?
— Действительно, — ответил Игорь. — Я заметил это еще днем.
— Так вот. Это близнецы. Они во всем похожи друг на друга. В привычках, в мировоззрении, в интеллектуальном развитии, не говоря уже о внешнем сходстве. Во всех своих слабостях и достоинствах. Во всем, кроме одного…
Игорь кивнул и спокойно принялся за еду. Ведь он не ел сегодня целый день.
— Слушай. Все они родились сегодня.
Игорь снова машинально кивнул. Но тут до него дошел смысл сказанного, и непроглоченный кусок стал поперек горла.
Все рассмеялись, а Гел стукнул Игоря кулаком по спине.
— Значит… значит, вы научились делать копии?
— Это не копии, потому что их нельзя отличить от оригинала, — сказала Найя.
— Интересно… Но в чем же смысл?
— Представь себе, — продолжил Гел. (Гел никогда не отличался особым красноречием. Что с ним сегодня?..) — Представь себе, что тебя любит, например, Найя.
— Меня? — Игорь снова поперхнулся и покраснел. А Найя с явной досадой отвернулась. Капитан начинал чувствовать себя неуютно. Что ж… Ему нравилась Найя. Да и кому она не нравится? Но зачем об этом говорить вслух? Ведь любит-то ее сам Гел! Это Игорь знал наверняка. Подшутить решил он, что ли?
— Я говорю: предположим, — сказал Гел.
— Ну хорошо. Предположим.
— А ты ее нет. Так ведь?
Игорь посмотрел Гелу в глаза. Лицо того было непроницаемо. Не поймешь, шутит он или говорит всерьез. Найя мельком взглянула на Игоря, и что-то грустное почудилось ему в этом взгляде.
— Предположим, — с неохотой согласился Игорь. Есть ему вдруг расхотелось.
— Она любит тебя так, что это на всю жизнь. А ты — нет. Что ей делать?
— Не знаю. А что делают другие? Наверное, это проходит или человек просто забывает… Привыкает… Находится кто-нибудь другой.
— А если нет?
— Не знаю, — Игорь растерянно замолчал. То, что сказал Гел, было настолько известным и обычным, встречающимся миллионы и миллиарды раз, что, казалось, тут и говорить не о чем.
— А что если создать твоего близнеца? Абсолютно тождественного. С одним единственным изменением. Этот новый человек будет любить Найю. Ведь первого-то нельзя заставить, потому что каждый человек свободен в своих чувствах.
— Так это и есть всеобщее счастье?
— Да, — ответил Гел.
Что-то в его словах Игорю не понравилось.
— Я понимаю. Это слишком неожиданно для тебя, — сказал Гел.
— Все хорошо. Но только почему вы не слишком веселы?
— Мы же устали, Игорь, — сказала Найя. У нее действительно был очень усталый вид. — Ведь у нас сегодня был сумасшедший день!
— Да, да! Естественно. Я просто влез к вам со своими земными мерками… Я, наверное, не прав. Я еще слишком плохо знаю Селгу. Это неожиданно для меня. Одним махом вы решили такую сложную проблему.
— Не мы, — усмехнулся Гел. — Эта идея родилась неизвестно где и как. А рассматривал ее Высший Научный Совет. Подавляющее большинство высказалось «за»… А мы лишь рядовые исполнители.
— Значит, некоторые все же были против?
— Конечно, были.
— Ну а каковы результаты сегодняшнего дня? Все счастливы?
— Все, — ответила Найя. — Но исключения возможны.
— Ты только посмотри вокруг, — сказал Гел. — Покажи мне здесь хоть одного, кто не был бы счастлив!
Игорь впервые как следует огляделся… Глаза людей были красноречивее всяких утверждений. Да, эти люди были счастливы. Счастливы и не скрывали этого.
