Хок пожал плечами:
— Я знаю о ее прошлом не больше вашего. Голубые глаза яростно полыхнули в сторону Хока.
— Но это правда, что она подопечная сэра Барнаби Салби?
— Да. — Хок напряженно кивнул.
— Боже правый!.. — простонал Уитни.
Хок испытующе посмотрел на графа. Почему эта информация так взволновала его? Насколько он знал, за все двадцать лет ничто и никто ни разу не взволновал капризного Джастина Лонга, графа Уитни. Хок чувствовал, что даже враждебность графа к нему, вызванная как будто их соперничеством за сердце графини Морфилд, скорее наигранное, чем истинное недоброе чувство.
— По вашему ответу я понял, что вы знакомы с Салби?
— По крайней мере, я достаточно знаю леди Салби. Я бы ей даже свою собаку не доверил, не то, что юную барышню нежного возраста, такую как Джейн! — заверил его граф.
Хок поджал губы, припомнив, что в одном из разговоров Джейн и сама выразилась примерно так же о своих опекунах.
Джейн...
Хок вспомнил, как беспомощно метался по дому, узнав, что Джейн ушла, и, если бы не своевременное вмешательство графа Уитни, он мог бы опоздать. Она добралась бы до Лондона и навсегда растворилась в людской толпе...
— Я должен поблагодарить вас за... за благополучное возвращение Джейн в Малберри-Холл, — выдавил он из себя.
— Очень больно было? — насмешливо посмотрел на него граф.
Хок приподнял брови:
— Уж побольнее, чем мой удар по вашей челюсти, можете не сомневаться!
— Не сомневаюсь, — поморщился Уитни, трогая скулу.
Джейн понятия не имела, о чем так оживленно беседуют эти два джентльмена по пути из холла в гостиную. Все ее внимание было обращено на Арабеллу, которая засыпала ее вопросами об обвинениях, выдвинутых против Джейн ее настоящими опекунами.
— Но это наверняка простое совпадение, Джейн? — нахмурилась Арабелла. — Я достаточно хорошо узнала тебя за последние дни и ни на секунду не могу поверить в то, что ты взяла драгоценности леди Салби!
Абсолютная вера Арабеллы в невиновность Джейн еще раз подчеркнула недоверие Хока!
В гостиной Джейн постаралась оказаться от него как можно дальше. Она встала у камина, а Хок у окна.
Никто не проронил ни слова, пока Дженкинс не принес чай, и Джейн воспользовалась этим временным затишьем, чтобы избавиться от плаща и шляпки. Она тряхнула головой, и волосы пламенным потоком разлились по ее плечам.
— Какое вы имеете отношение к Салби, Джейн? — прорезал тишину резкий голос графа Уитни.
Она вздрогнула, глаза ее расширились от удивления.
— Мне кажется, я уже говорила, что они были знакомыми моей матери, сэр.
— Вашей матери, которая умерла при родах? Джейн невесело улыбнулась:
— У меня всего одна мать, сэр.
И два отца, могла бы добавить она, но промолчала. У герцога и без того сложилось о ней дурное мнение, нечего добавлять к нему еще и повесть о незаконном рождении. Она повернулась к нему, такому тихому и молчаливому:
— Если, как вы утверждаете, сэр, вы не намерены немедленно отдать меня под арест...
— Не намерен! — взорвался герцог. Джейн спокойно кивнула:
— Тогда каковы ваши ближайшие планы на мой счет, ваша светлость?
— Мне нужно поговорить с вами наедине, Джейн, — сказал он.
— Поговорить? — приподняла она бровь. — Но о чем, ваша светлость?
Хок судорожно вздохнул:
— Давайте начнем с холодности, с которой вы продолжаете обращаться ко мне, Джейн!
По вспыхнувшим щечкам Джейн было понятно, что она поняла его намек на причину, по которой он пытается отказаться от формального обращения.
Девушка неопределенно повела плечами:
— Мне кажется, так будет лучше, ваша светлость.
— Лучше для кого?
— И для вас, и для меня! — предостерегающе сверкнула она глазами.
Если бы не Уитни и Арабелла, Хок не стал бы терять времени и показал ей, насколько он не согласен с ее мнением! Вчера вечером они с Джейн делили близость, которая обычно приберегается для брачного ложа, и ее нынешнее ледяное отношение к нему просто невыносимо!
— Эта формальность между нами неприятна мне, Джейн, — заверил он ее.
— Тогда, может, она нужна мне, ваша светлость! — Джейн вновь испепелила его взглядом.
— Что происходит, Хок?.. — нерешительно вставила Арабелла.
Он еще несколько секунд выдерживал мятежный взгляд Джейн, потом повернулся к сестре:
— У меня не было возможности обсудить этот вопрос с Джейн, Арабелла, а пока я этого не сделаю, я полагаю, будет... неблагоразумно с моей стороны выкладывать новости остальным.
— Какие новости? — напряглась Джейн. — Что вы считаете меня воровкой и лгуньей?.. — Она замолкла на полуслове, когда Хок решительным шагом пересек комнату, схватил ее за плечи и в ярости встряхнул. — Хок!.. — задохнулась она. — Хок, ты делаешь мне больно!
— Как и ты, мне! — скрипнул он зубами. — Черт побери, Джейн, я не считаю тебя ни воровкой, ни лгуньей!
— Но...
— Я не верил в это сегодня утром и не верю теперь!
— Но...
— Советую поймать его на слове, Джейн, — лаконично вставил граф Уитни.
— Да замолчите вы!
— Не вмешивайтесь, Уитни!
Они оба выпалили это одновременно, не сговариваясь, и Джейн теперь жадно вглядывалась в эти золотые, опасно сверкающие глаза, похожие на глаза хищной птицы.
— Я не понимаю... — потрясла она головой. Его рот превратился в тонкую линию на суровом лице.
— Может, ты лучше поймешь меня, если я скажу, что желаю как можно быстрее сделать тебя своей герцогиней?
Джейн почувствовала, как бледнеет, не в силах поверить своим ушам.
Глава 15
Хок, герцог Сторбридж, хочет жениться на ней? Все его поведение с вечера их близости говорило об обратном — он даже видеть ее не мог!
Если так, то почему заносчивый герцог Сторбридж делает сейчас подобные заявления...
Заносчивый, но безупречно благородный герцог Сторбридж!
Может ли быть, что, несмотря на то, что она сирота, несмотря на отсутствие у нее социального статуса, Хок чувствует себя обязанным — вынужденным по законам чести сделать ей предложение?
В первый момент после его заявления счастье накрыло ее с головой, кровь вскипела от предвкушения, что он ответил взаимностью на ее любовь, в груди поселилась надежда. Но эта надежда почти сразу переросла в сердечную боль.
— Я не могу поверить, что вы действительно хотите взять в жены девушку, обвиняемую в воровстве, — невесело усмехнулась она.
— Я не обвинял вас, Джейн! — с каменным лицом заявил он.
— Нет? — печально посмотрела она на него. — Утром мне так не показалось.
