— София, скажи что-нибудь. Мне нужно понять.
— Тут нечего понимать, — сказала она, упрямо глядя мне в глаза, но она не так хорошо скрывала свои эмоции, как я.
Я видел смятение и боль в ее голубых глазах.
— Если ты не хотела секса, то почему попросила меня трахнуть тебя? К чему эта провокация?
— Я хотела, чтобы ты закрепил наш брак. Хотела секса. Ты определенно не хотел. Конец истории, — сказала она почти сердито.
Я не был уверен, что удовольствие было правильным словом, чтобы описать то, что я чувствовал бы, если бы действительно трахал Софию. Мой гнев был слишком силен, пожирая изнутри.
— Мной двигал гнев. Так не должно быть. Ты тоже должна наслаждаться этим.
Она упрямо смотрела на мою грудь. Я коснулся ее подбородка, приподнимая ее лицо, но она отстранилась.
— Не понимаю, чего ты от меня хочешь.
— Ты никогда не хотел жениться на мне, — тихо сказала она дрожащим голосом.
Она плотно сжала губы. Я нахмурился.
— Я решил жениться на тебе.
— В тактических целях.
— В нашем мире браки по расчету обычное дело, ты же знаешь. Почти все женятся по политическим мотивам.
— Но ты хотел мою сестру не только из тактических соображений.
Разочарование бурлило в моей груди. Я устал слышать это имя, устал от всего, с чем оно было связано, но подавил свой гнев. Этого было достаточно. Я никогда больше не потеряю контроль над Софией.
— Я не хочу говорить о ней снова, София. Теперь мы женаты, так что, чего бы я ни хотел, это не имеет значения. Ты моя жена.
Она кивнула, но я не был уверен, что она действительно поняла. Она выглядела смирившейся, но не согласной.
— Сегодня был долгий день. Как насчет того, чтобы немного отдохнуть? Мы поговорим об этом завтра.
— Хорошо, — сказала она таким тоном, словно ей было все равно.
Я наклонился вперед и легонько поцеловал ее в губы. Она посмотрела мне в глаза, сдвинув брови, а затем отвернулась. Я погасил свет. Я решил не обнимать ее, учитывая ее предыдущую реакцию на мои прикосновения.
Я долго не мог заснуть, и София тоже, но в конце концов она, должно быть, решила, что я задремал, потому что начала плакать. Сначала я не понял, что слышу рыдания, потому что она, должно быть, заглушила их подушкой, но вскоре это стало безошибочным.
Я хотел было притянуть ее к себе, но она думала, что я сплю. Она почувствует себя пойманной, если я покажу, что не сплю. Так что, я слушал рыдания моей жены, зная, что я источник ее страданий.
Все эти годы я старался держаться от Софии на расстоянии. Сначала это было потому, что я боролся со всем, что произошло, а потом потому, что это казалось правильным, учитывая ее возраст, особенно когда у моей невесты появились изгибы, и я перестал видеть ее ребенком.
Она была молода и заслуживала соответствующего обращения. Я свел наши контакты к минимуму во избежания искушения, особенно потому, что Софию так явно тянуло ко мне. Я был плохим человеком, но София заслуживала только того, чтобы увидеть мою лучшую сторону. Не голодную, тёмную, сердитую сторону. Не ту, которая хотела заявить на нее права, даже когда она все еще была вне пределов досягаемости. Я думал, что поступаю правильно, защищая ее, но она неверно истолковала мои действия, восприняла их как отказ.
И после того случая на вечеринке... Блядь. Это единственная причина, почему я не набросился на ее в ту же секунду, когда мы остались одни в нашей спальне, как я хотел сделать почти два года, даже если не гордился этим. Я сдерживал свое чертово желание защитить ее, но она думала, что я отвергал ее.
В конце концов рыдания Софии утихли, а дыхание выровнялось. Я наклонил голову в ее сторону, хотя мог различить только силуэт ее тела в тусклом лунном свете.
Моя мама любила моего отца всем сердцем, все еще любила и скучала по нему каждый день. Это связь, на которую я всегда надеялся. Их брак тоже был по договорённости, но со временем они нашли путь к любви.
Я хотел этот шанс. Возможно, я сильно напортачил, но зная Софию, она даст мне возможность все исправить. Мне оставалось только надеяться, что это возможно.
Глава 16
