Во многих странах неотъемлемой частью образовательных программ высших учебных заведений являются учебные курсы по философии спорта. В России такие курсы были введены еще в 1982 г. для аспирантов и соискателей ГЦОЛИФК [см.: Столяров, 1984 а, 1987 б; Столяров, Мильштейн, 1984]. В настоящее время ведущими центрами по изучению философии спорта и телесности человека являются Российский государственный университет физической культуры, спорта, молодежи и туризма (г. Москва) и Национальный государственный университет физической культуры, спорта и здоровья им. П.Ф. Лесгафта (г. Санкт-Петербург).
Конечно, до сих пор многие проблемы этой философской дисциплины не разработаны и по-прежнему являются дискуссионными. Как отмечают известные польские философы З. Кравчик и Е. Косевич, «…до сих пор точно не определен объект исследования философии спорта. Не разработаны также основные категории, понятия и исследовательские процедуры этой новой, формирующейся области науки». Они справедливо указывают на то, что «неопределенный характер сущности, статуса и методологии философии спорта отражает трудности установления специфики наук о физической культуре (которые включают в себя и философию спорта) и их места в общей системе наук» [Kosiewicz, Krawczyk, 1997, р. 9].
В принципе можно согласиться и с той общей оценкой состояния разработки философии спорта, которую дал Г. Ленк – в 1971 г. и позднее, в 1984 г.: «Нет детально разработанной философии спорта и направленного на достижение поведения, а существуют лишь зачатки последних» [Lenk, 1971 а, р. 19]; «Уровень развития и статус исследования философии спорта пока не могут быть выражены в виде формулы с единой концепцией теорий, терминов и методов этой дисциплины. До сих пор только проблемы, а начиная с 1972 г. деятельность международного общества (Философское общество исследования спорта), объединяют пока еще небольшую группу исследователей. Философия спорта как независимая часть философии (и как научная теория) едва различима» [Lenk, 1984 а, р. 33].
Во многом указанные оценки сохраняют свое значение и в отношении к современному состоянию разработки обсуждаемой философской дисциплины.
4.2. Структура философии спорта и телесности человека, ее взаимоотношения с другими философскими дисциплинами и «спортивными науками»
Философия спорта и телесности человека включает в себя комплекс взаимосвязанных элементов, которые могут быть выделены по двум основаниям, учитывая:
1) объекты, изучаемые этой дисциплиной;
2) те философские проблемы, которые она ставит и пытается решить.
Структура философии спорта и телесной культуры с точки зрения объектов, изучаемых этой дисциплиной. Определение объекта научного исследования – весьма сложная процедура. Как известно из логики и методологии науки, объектами науки могут быть:
фрагменты (области) реальной действительности, выделенные исследователем для изучения;
идеальные конструкты – объекты, «сконструированные» исследователем на основе идеализации реальных явлений, когда им приписываются некоторые принципиально неосуществимые свойства.
Чтобы выделить объекты своего исследования, отграничить их от других, наука формулирует соответствующие понятия. Это предполагает использование абстракций различного уровня, правомерность которых должна быть обоснована [Зотов, 1973; Ракитов, 1969; Столяров, 1984 а].
Проблема определения объектной области науки не только сложная и очень важная. Ее значимость определяется тем, что вся система знаний науки относится к объектам, выделенным для исследования. Только применительно к этим объектам ее знания могут оцениваться как истинные или ложные. Поэтому, если объектная область науки четко не выделяется, смешивается с другими, это приводит к многочисленным и серьезным ошибкам.
Относительно объектной области обсуждаемой философской дисциплины не существует однозначного мнения. Иногда в качестве таковой выделяют только спорт, но чаще к этому социальному явлению добавляют другие: физическое воспитание, физическую культуру, физическую рекреацию, физические упражнения, телесность, спортивную технику и др.
О разнообразии понимания данной объектной области свидетельствуют уже названия дисциплины.
В зарубежных публикациях ее чаще всего обозначают термином «философия спорта» [Gregg, 1971; Haag, 1995; Hyland, 1990; Kretchmar, 1994; Lenk, 1972, 1983; McBride, 1932; Mylik, 1997; Osterhoudt, 1973; Philosophie des Sports, 1973; Philosophic inquiry… 1988, 1995; Sportphilosophie, 1997; Thomas, 1983; Topical Problems… 1983; Vanderzwaag, 1972; Weiss, 1969].
Для характеристики этой дисциплины в целом или каких-то ее разделов используются и другие термины, например:
«философия атлетики» [Berry, 1972; Lenk, 1979],
«философия физического воспитания» [Cowell, France, 1963; Davis, 1961; Elwood, Мiller, 1967; Harper, Miller, Park, Davis, 1977; McCloy, 1940; Philosophies Fashion… 1963; Wayman, 1938; Webster, 1965],
«философия движений» [Best, 1978],
«философия физических упражнений» [Schulte, 1928],
«философия (аксиология, онтология, эпистемология) тела/телесности» [Косяк, 2002; Кравчик, 2005 а; Krawczyk, 1984 b; Spiker, 1970],
«философия достижений» [Krockow, 1974; Lenk, 1976].
«философия олимпизма» [Lipiec, 1999; Nissiotis, 1979, 1982],
«философия физической культуры» [Filozofia kultury… 1990; Krawczyk, 1974, 1978 c; Philosophy of Physical Culture, 1997].
Применяются и различные сочетания указанных терминов:
«философия физического воспитания и атлетики» [Cobb, Lepley, 1973],
«философия спорта и атлетики» [Mihalich, 1982],
«философия спорта и физической активности» [Philosophy, Theology… 1978],
«философия физического воспитания и спорта» [Osterhoudt, 1978; Zeigler, 1968],
«философия физического воспитания, здоровья и рекреации» [Zeigler, 1977],
«философия физической культуры и спорта» [Kosiewicz, 2000] и т. д.
При этом обычно не указывается тот критерий, по которому производится дифференциация этих философских теорий, не обсуждается вопрос об их взаимоотношении.
В отечественных публикациях, как известно, чаще всего фигурируют термины «философия спорта», «философия физической культуры», «философия физической культуры и спорта».
Проблема уточнения объектной области обсуждаемой философской дисциплины осложняется еще и тем обстоятельством, что она, как и у других дисциплин той сферы научного исследования, которую традиционно чаще всего называют «спортивная наука» или «наука (науки) о спорте», во многом формируется стихийно. Абстракции, используемые при этом, как правило, не формулируются в явном виде. Понятия, которые вводятся в этих науках (в том числе в обсуждаемой философской дисциплине) для выделения их объектной области, отграничения от других объектов анализа, разные исследователи понимают по-разному. А кроме того, вводимые понятия часто не удовлетворяют методологическому требованию эффективности определения, так как не позволяют достаточно четко выделить изучаемый объект, отграничить его от других объектов [Столяров, 1984 г, 1997 г, 2004 в, 2005 д, 2007 д, е, 2009 г, 2010 з].
Такая ситуация имеет место даже применительно к понятию «спорт» – основному понятию «науки (наук) о спорте». Во многих зарубежных публикациях к спорту относятся разнообразные формы физической (двигательной) активности, как предполагающие соперничество, так и не предполагающие его [см., например: Спортивная хартия, 1996, с. 15; Kretchmar, 1994, р. XVIII]. Например, занятия в фитнес-центрах оцениваются как новая модель спорта [Brennpunkte… 1988]. При таком подходе, с одной стороны, спорт не отграничивается от тех форм физической активности, которые обычно относятся к физкультуре (физкультурной двигательной деятельности), а с другой стороны, из него исключаются такие общепризнанные виды спорта, как шахматы, шашки и т. п. В отечественных публикациях спорт, как правило, связывают с соревнованиями. Однако часто не уточняется, какие именно соревнования являются спортивными. Предметом острых дискуссий является вопрос о том, можно ли спортивными считать любые соревнования или только определенные, в чем специфика спортивных соревнований и т. д.
Еще более существенные разногласия существуют относительно других понятий, используемых «науками о спорте». Яркой иллюстрацией служит понятие «физическая культура». Чаще всего под физической культурой понимают особые формы двигательной активности, но при этом не уточняется, какие именно, не указываются особенности этих форм. Проведенный автором [Столяров, 1984 г, 1985 б, 1998 м, 2002 д, 2009 г и др.] анализ монографий, статей, диссертаций, в которых используется понятие физической культуры, показывает, что в них не различаются два разных ее понимания: понимание физической культуры как двигательной деятельности, используемой для целенаправленного воздействия на физическое развитие человека, и ее понимание как двигательной деятельности, применяемой для решения более широкого круга социально значимых задач (для отдыха, развлечения, общения и т. д.). Эти два понимания физической культуры существенно отличаются друг от друга: в них используются различные абстракции и на основе этого выделяются два различных объекта исследования. По-разному характеризуются, смешиваются, недостаточно четко отличаются друг от друга особенности и этих двух форм двигательной деятельности.
