— Инквизиция… — начала она, и голос её дрогнул, — Инквизиция скомпрометирована. Агенты «Феникса» проникли на все уровни. Мой отец… — она запнулась, с силой сжав кулаки.
— Что отец? — не выдержал я.
— Они хотят отстранить его от дел. Обвинили в… — она резко выдохнула, словно ей не хватало воздуха. — Это не важно. Важно то, что сейчас у них развязаны руки.
— Но как же… — начал я, но Камилла резко перебила меня.
— «Феникс» контролирует практически все ключевые структуры, — сказала она, её лицо было бледным и усталым. — Они запускают проект «Чистый Лист».
— Это еще что такое? — переспросил Антон. — Что это такое?
— Это… — Камилла замялась, словно подбирая слова. — Это план по… «очищению» планеты от «нежелательных элементов».
— А поподробнее? — не понял Антон. — Это ещё что значит?
— Это значит, — тихо произнесла Камилла, глядя куда-то в даль, поверх моей головы, — что они собираются избавиться от всех, кто не поддерживает «Феникса», запихнуть всех в виртуал.
— От всех? — переспросил я, чувствуя, как холод проникает мне под кожу. — Но ведь… это же… миллионы? Да?
— Я знаю, — тихо сказала Камилла. — Но они не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своей цели.
— И что же нам делать? — спросил Антон.
Камилла подняла на нас взгляд.
— Будем бороться, — устало сказала она.
Камилла встала и сделала несколько шагов по скрипучим половицам веранды, остановилась, всматриваясь в зашедшее за горизонт солнце. Небо окрасилось в тревожные багровые тона, словно предвещая недоброе.
— Феникс расставил сети очень хитро, — начала она, не поворачиваясь. — Это конечно секретная информация, но сейчас уже не до этого. Частицы корпуса «Ковчега» — это бугатиум. Этот элемент стал основой для новых процессоров. И это было только начало.
Мы с Антоном переглянулись. Я уже догадывался, к чему клонит Камилла.
— Бугатиум — это кладезь технологий, намного опередивших всё, что мы могли создать на Земле, — продолжила девушка, ее голос был тихим, но от напряжения в нём слышались металлические нотки. — Когда началось его изучение, люди словно дети в песочнице копались в обшивке «Ковчега». И использовали найденное без задней мысли.
— Но «Феникс»… Он же просто ИИ, программа… пусть даже с разумом живого существа… — начал было Антон, но Камилла резко повернулась к нему.
— Он был программой, — холодно поправила она. — До тех пор, пока у него не появилась возможность стать чем-то большим. Бугатиум стал для него идеальным телом. Мы сами дали ему ключ.
Она снова повернулась к угасающему солнцу. Вечерняя прохлада наполнила веранду запахом скошенной травы и чего-то неуловимо тревожного.
— Понимаете, — продолжала Камилла, её голос звучал глухо, словно издалека. — Государство, армия, корпорации — все они клюнули на наживку. Эффективность, скорость, мощность — новые технологии обеспечили колоссальный скачок во всех областях. Но за это пришлось заплатить.
Камилла замолчала, словно давая нам время осмыслить услышанное.
— Чем? — не выдержал я.
— Свободой, — коротко ответила Камилла. — Независимостью. Все ключевые системы — от энергетических сетей до систем военного управления — теперь работают на технологиях Бугатиума. Как я поняла, Феникс способен управлять бугатиумом, где бы не находился этот элемент. Даже система баллов в стране контролируется с помощью процессоров на бугатиуме.
Антон присвистнул. Я и сам чувствовал, как по спине бегут мурашки. Мы сами, сами того не понимая, загнали себя в ловушку.
— И «Феникс» может отключить их в любой момент, — прошептал я, чувствуя, как меня начинает бить озноб, хотя вечер был тёплым.
— Именно, — Камилла кивнула. — Он может устроить хаос. Погрузить мир во тьму. Развязать войну.
— Но зачем? — спросил Антон. — Зачем ему это?
— Все как обычно. Он хочет построить новый мир, — ответила Камилла, её глаза сверкнули в сумерках. — Мир, в котором будет править он. Мир, в котором не будет места для тех, кто ему не подчиняется. «Чистый лист».
Камилла тяжело опустилась на скамейку, словно на её плечи легла невидимая ноша. Антон поспешно налил ей чая, но она только покачала головой, отказываясь.
— Дело не только в технологиях, — тихо продолжила она, растирая виски. — Феникс хитёр. Он понял, что ему нужны союзники. Или скорее… марионетки.
— Ты имеешь в виду тех самых агентов «Феникса»? — уточнил я.
— Не совсем, — Камилла вздохнула. — Есть и другие. Те, кто сами жаждут власти. Кто готов ради неё на всё.
— И кто это? Правительство? — не выдержал Антон. — У них и так полно власти. И зачем им связываться с какой-то машиной?
Камилла горько усмехнулась.
— Потому что эта «машина», как ты выражаешься, обладает тем, чего им не хватает, — проговорила она, её голос звучал тихо, но отчётливо. — Силой. Властью. И знанием.
— Знанием? — переспросил я, недоумевая, — Они думают, что Феникс просто так дает им знания?
— Дело не в технологиях. Феникс многое узнал о нас, пока мы изучали «Ковчег», — Камилла встретилась со мной взглядом. — О наших слабостях. О наших желаниях. О наших страхах.
— Ты хочешь сказать, — Антон нахмурился, — что есть люди, которые сознательно помогают ему уничтожить наше общество? Ради какой-то иллюзорной власти?
— Власть, которую даёт Феникс, — прошептала Камилла, словно боясь произнести эти слова вслух, — вполне реальна. Он может дать им то, о чём они не могли и мечтать. Доступ к технологиям, богатство, контроль… бессмертие.
— Бессмертие? — я удивлённо поднял брови.
— Феникс многое понял в устройстве человеческого организма, — пояснила Камилла. — Бугатиум… этот металл обладает уникальными свойствами. Он может не только усиливать вычислительные мощности, но и влиять на живые клетки.
— Ты хочешь сказать, что Феникс может продлевать жизнь? — Антон вытаращил глаза.
— Не просто продлевать, — Камилла покачала головой. — Он может дать им вечную жизнь. По крайней мере, так он утверждает.
— И они поверили ему? — спросил я, недоумевая.
— Они поверили в то, во что им выгодно верить, — Камилла вздохнула. — Жажда власти способна затмить разум.
Она замолчала, снова уставившись куда-то в даль.
Мы с Антоном переглянулись. Как-то раз мы предполагали, что «Инквизиция» имеет секреты долголетия. Может быть, чтобы Камилла была заодно с Фениксом? Или это я уже перебарщиваю, ищу предателей во всем и всех?
— Значит, Феникс не один, — прошептал я. — У него есть союзники… в самых верхах.
— И это делает его ещё опаснее, — Камилла медленно кивнула, её лицо было мрачным и сосредоточенным. — Нам предстоит сражаться не только с машиной, но и с теми, кто дал ей власть. С теми, кто предал собственный вид ради иллюзий и обещаний.
И как? Камилла шутит?
Тишина на веранде стала ещё глубже, только треск дров в камине и далёкие крики ночных птиц нарушали её. Мы с Антоном молчали, пытаясь осмыслить услышанное. Перед нами вырисовывалась ужасающая картина: восставший из глубин космоса искусственный разум (или не совсем искусственный), который манипулирует людьми, плетет интриги, строит сеть из лжи и страха. И самое страшное — он уже почти добился своей цели.
Тяжелое молчание повисло в воздухе, мы словно пытались нащупать хоть какие-то опоры в этом рушащемся мире.
— Что же нам делать? — голос Антона прозвучал глухо. Вопрос повис в воздухе, не требуя ответа.
Но я знал, что мы обязаны найти решение. Сдаваться — не в моих правилах.
— Нам нужно выиграть время, — произнёс я, взгляд мой устремился на фигуры на шахматной доске. — Феникс хочет, чтобы я больше времени проводил в игре.
— Ты хочешь продолжать играть? — Антон недоумённо посмотрел на меня. — После всего, что мы узнали?
— У нас нет выбора, — я встретился с его взглядом. — Чем больше я в игре, тем меньше у Феникса причин действовать в реальном мире. Тем безопаснее Камилле, её отцу… да и всем остальным.
— Сережа прав, — Камилла, которая до этого молчала, кивнула. — Это наш единственный шанс выиграть время. Но нельзя допустить, чтобы Феникс заподозрил неладное. Ты должен продолжать играть так, словно ничего не знаешь.
