Выход нашелся неожиданно: в нашу контору срочно потребовался переводчик на место неожиданно попавшей на сохранение девушки. Кадры рыли носом тонны навоза в виде выпускников курсов и специализированных вузов, но пока уровень подготовки оставлял желать лучшего. Особую трудность представляло то, что нужно было знать и английский и немецкий на очень хорошем уровне, причем господин Карл каждый раз кривился, слыша сильный акцент или нелепые ошибки претендентов на должность.
- Не понимаю, - говорил он, расхаживая по приемной и обращаясь преимущественно ко мне. – Просто не понимаю. Почему нельзя хорошо выучить простой и доступный английский язык? Почему нельзя выучить логичный и четко структурированный немецкий язык? Ведь во время войны, я знаю, ваши люди после школы шли переводчиками и даже успешно выдавали себя за немцев. Куда все делось? Ваше образование катится в пропасть.
Я молчал. Во-первых, сказать было нечего, все было именно так, наша страна благополучно просрала одну из самых лучших систем образования в мире, а во-вторых, меня вроде как и не спрашивали.
Дома я достал тетрадь с очередным заданием Гюнтера и принялся грызть карандаш, соображая как правильно расставить отделяемые приставки в упражнении. Хлопнула дверь, и за спиной остановился Андрис, только что вернувшийся из магазина.
- Чем занимаешься? – поинтересовался он, разглядывая мою писанину.
- Учу немецкий, - признался я довольно уныло, - такая тема гадкая.
- Да, с этими приставками не один карандаш сгрызешь, - усмехнулся он. – Но у тебя ошибка здесь и здесь, - он указал пальцем где именно.
- Ты его знаешь?! – чуть не подскочил я на стуле.
- Еще бы не знать, - он пожал плечами, - у меня мать немка. Считай второй родной.
Шарики в голове завертелись с бешеной скоростью: елки зеленые, это что же получается, он мне может помочь в изучении и немецкого?! И дальше следом в мозгу вспыхнула мысль – а раз он знает два языка, то…
- А ты не хочешь пойти в нашу фирму переводчиком? Как раз вакансия есть.
Оказалось, не хочет. Пришлось уговаривать, что это временно, что как только найдется устраивающая его по всем параметрам должность психолога, то всенепременно он туда сразу же перейдет. Как маленький прямо. Даже удивительно. Хотя следует признать, что ломался мой бравый подполковник недолго, скорее всего подумал, что уже почти полтора месяца без работы, и в ближайшем будущем никакой шикарной перспективы не предвидится.
Карл, как основной деловой партнер нашей конторы, имел право голоса при выборе тех менеджеров и переводчиков, которые работали непосредственно с его компанией, весьма крупной, надо сказать, и занимающейся производством высокотехнологичного оборудования для энергетики. А еще у него был целый НИИ, который занимался энергоэффективностью зданий и сооружений, технологиями Intelligent Building (интеллектуального здания), поэтому наш гендиректор так и плясал перед ним, позволяя некоторые вольности и чудачества.
Господин Шахтенмайер одобрил кандидатуру, правда, без особого восторга, к моему безмерному удивлению, но тем не менее Андрис получил работу и приступил к выполнению своих новых обязанностей.
Бравый комбат постепенно привыкал к гражданской жизни, обстановка дома пришла в норму, Василий вернулся в родные пенаты. И все вроде стало хорошо, как вдруг к нам на огонек забежала Светка. В последнее время она стала жутко занята – записалась в школу дикторов. В этом мы с ее полностью поддерживали: голос у нее был шикарный.
- Мальчики, у меня для вас новость.
- Та-ак, - протянул я, просто физически ощущая запах нефтепродуктов в воздухе.
- Не надо волноваться, но Надежда Ивановна собралась квартиру продавать, - выдала информацию девушка.
- Как продавать? – стало обидно: мы так хорошо прижились в этой квартире. – А мы куда?
- Я хотела узнать, а вы ее покупать не будете? Ипотека, например, и все такое?
Я закрыл глаза.
-Сколько она хочет? – поинтересовался комбат.
Светик назвала сумму, она хоть по сравнению со стоимостью других квартир и была гораздо меньше, но все равно маленькой ее никак не назовешь.
- У меня есть деньги, думаю, сможем выкупить, - неожиданно сказал Андрис. – Не забывайте, я военный с редкой специальностью, зарплата хорошая была. Тратить некуда, на всем готовом же. Опять же мне квартиру в Чите дали, я ее продал, - пояснил он, видя наши недоуменные взгляды. -Давайте выкупим и будем жить на своей жилплощади, ремонт сделаем, мебель купим в конце концов.
- Тогда я скажу ей, что вы согласны, - просияла Светка и умчалась, даже не допив чай.
Так мы обзавелись квартирой. Она, может быть, и была не самой лучшей, но нас устраивала полностью и тем, что находилась в хорошем зеленом районе с развитой инфраструктурой, и тем, что до метро было минут семь хода. Тем более хорошая кирпичная пятиэтажка с квартирами улучшенной планировки и отдельными комнатами давала фору многим блочным новостройкам на краю географии.
К сожалению, идея помощи в немецком со стороны Андриса претерпела полный крах.
- Я тебя почти не понимаю, - жаловался я, причем не то чтобы мне не хватало словарного запаса или знаний грамматики, просто произношение моего собственного немца сильно отличалось от того, к чему меня приучили другие: что Карл, что Гюнтер говорили мягче, звонче и в целом намного мелодичней. Когда я слышал речь Андриса, то понимал, почему немецкий называли грубым и лающим: согласные он произносил тверже и глуше, слова выговаривал жестче, паузы между словами делал более отрывистые, а значения некоторых слов я не мог угадать на слух, просто потому, что он произносил их совсем не так как, я привык слышать в тех же телепередачах или на работе по телефону.
Пару раз чуть серьезно не поссорились и единогласно решили, что надо закончить эту пытку, и я продолжил заниматься с Гюнтером. Однажды, когда мы закончили немного раньше, я все же рискнул спросить по поводу произношения и получил в ответ маленькую лекцию о немецких диалектах. Оказалось, что Карл саксонец и для него восточнонижненемецкий диалект Андриса звучит слишком грубо и резко, опять же, произношение слов иногда отличается.
- Но Карл же, кажется, из Бремена, - память подсказывала мне, что Бремен не находится в Саксонии.
- Переехал, - улыбнулся Гюнтер, - немцы часто переезжают из-за работы.
- А вы? – решил уточнить я.
- И я, - утвердительно кивнул он. – И я тоже саксонец, из Дрездена, поэтому вам и легко с нами разговаривать и поэтому вы с трудом понимаете прусский диалект. Простите, мне пора, до свидания, - Гюнтер расплатился с официантом, надел пальто и пошел на выход из кафе, а я остался допивать кофе и размышлять о только что услышанном.
Неуклонно приближался Новый год. Москву начали украшать чуть не с ноября месяца, но отсутствие снега портило ощущение от приближающегося праздника. Василий сказал, что сваливает к друзьям, и мы было уже настроились на тихий семейный праздник, как прилетела тайфуном Светка и заявила, что мы идем с ней встречать Новый год к каким-то друзьям и что отказы не принимаются. Обещала интересную программу, настоящего Деда Мороза и Снегурочку и велела запастись костюмами.
