второй раз.
Дзирт хотел было податься в сторону, под прикрытие другого валуна, но раненая нога онемела и не подчинялась ему. Значит, яд.
Вовремя подняв саблю и отразив вторую стрелу, Дзирт опустился на колено осмотреть рану. Он чувствовал, как холодный яд распространяется по ноге, но упрямо отломил древко стрелы и все свое внимание устремил на нападающего.
Заняться раненой ногой он еще успеет, нужно только надеяться, что будет не слишком поздно. Теперь главная задача – выбраться из расщелины.
Он повернулся, чтобы отыскать укромное место, откуда он снова мог бы взлететь на уступ, но оказался лицом к лицу с новым драуком.
По его плечу скользнула секира, едва не оставившая свой след. Дзирт отбил повторный удар и сделал выпад второй саблей, но драук остановил ее другой секирой.
Дзирт несколько успокоился, уверенный, что сможет справиться с этим врагом даже при том, что раненая нога ограничивала его подвижность, – но в это время в спину вонзилась новая стрела. Подавшись от тяжелого удара вперед, Дзирт все же сумел отбить очередную атаку стоящего перед ним драука. Потом он упал на колени и бессильно опустился на землю.
Решив, что противник мертв, драук двинулся к нему – тут Дзирт кувырнулся вперед и оказался прямо под выпуклым брюхом твари. Он изо всех сил вонзил в него клинок, а затем откатился обратно из-под потока паучьей жидкости.
Раненый драук пытался уползти, но свалился набок. Его внутренности вытекали на каменный пол. Однако Дзирт уже потерял надежду. Теперь у него онемели и руки, и он больше не пытался бороться, когда на него обрушился первый драук. Он старался только не потерять сознания, мучительно искал выход, держался из последних сил. Его веки отяжелели….
Вдруг чья-то рука схватила его за одежду; его рывком поставили на ноги и прислонили к каменной стене.
Дзирт открыл глаза и увидел лицо сестры.
– Он жив, – сказала она. – Мы должны быстро доставить его назад и позаботиться о его ранах.
Перед ним возникла еще одна фигура.
– Я думала, так будет лучше, – оправдывалась Вирна.
– Мы не можем себе позволить потерять его, – произнес бесстрастный голос.
Дзирт узнал этот голос, голос из прошлого. Борясь с беспамятством, он заставил себя открыть глаза и прошептал:
– Мэлис…. Мама….
Ее яростный пинок быстро привел его в чувство.
– Мать Мэлис! – прорычала она, вплотную приблизив свои злые глаза к лицу сына. – Никогда не забывай этого!
Ее холодность подействовала на Дзирта так же, как незадолго перед тем яд, и вмиг улетучилось облегчение, которое он испытал при виде матери.
– Ты должен знать свое место! – Эта команда преследовала Дзирта все его детские годы. – Слушай, что я скажу тебе, – приказала она, и Дзирт навострил уши. – Вирна привела тебя сюда, чтобы убить. Но она пощадила тебя. Неодобрительно взглянув на дочь, Мэлис продолжала, при каждом слове брызгая слюной на Дзирта:
– Я лучше нее угадываю желания Паучьей Королевы. Если еще когда-нибудь ты непочтительно отзовешься о Ллос, о нашей богине, я собственноручно приведу тебя сюда! Но не для того, чтобы убить, – это было бы слишком просто. – Она повернула голову Дзирта так, чтобы ему видны были жуткие останки убитого им драука. – Ты вернешься сюда, – пообещала ему Мэлис, – чтобы сделаться драуком!
Часть 4
Гвенвивар
Чьи те глаза, которые все видят,
Всю боль, что у меня в душе сокрыта?
Чьи те глаза, что видят без изъяна
Все происки родни моей лукавой,
Грозящей мне разнузданно и дерзко
Стрелой, ударом, острием меча?
Твои…. твои глаза, моя пантера.
Как быстр твой бег, как мускулист прыжок твой
На мягких лапах с вжатыми когтями —
Оружьем, что они приберегают
Для нужд своих, но что не запятналось
Ни кровью пролитой, ни гибельным обманом!
Лицом к лицу – ты зеркало мое, в воде пруда – ты света отраженье.
О, если б мог увидеть этот образ
На собственном своем лице я
И сохранить твое святое сердце
В своей груди, покуда непорочной!
Так береги же честь и гордый ум свой,
О Гвенвивар, могучая пантера,
И будь всегда, всегда со мною рядом,
Мой дорогой, бесценный, милый друг!
Дзирт До'Урден
Глава 17
Возвращение домой
Дзирт был выпущен официально в срок и с высшими в своем классе наградами.
Возможно, Мать Мэлис шепнула кому-то нужному на ушко, пытаясь загладить невоспитанность сына; Дзирт, впрочем, подозревал, что никто из присутствовавших на Церемонии Выпуска даже и не вспомнил, что Дзирт самовольно ее покинул.
Под пристальными взглядами простых воинов он прошел через богато украшенные ворота Дома До'Урден и поднялся на пол пещеры под балконом.
«Итак, я дома, – отметил он про себя, – что бы это ни означало». После того, что произошло в логове драука, Дзирт не был уверен, что сможет когда-либо по-прежнему считать Дом До'Урден своим домом. Его ждала здесь Мать Мэлис, и он не посмел опоздать.
Увидев, как он поднимается над перилами балкона, Бриза сказала:
– Хорошо, что ты дома.
Вслед за старшей сестрой Дзирт несмело переступил порог, стараясь охватить взглядом окружающую обстановку. Дома, сказала Бриза, но Дзирту Дом До'Урден казался сейчас таким же незнакомым, как Академия в первые дни ученичества.
Десять лет – не такой уж большой срок по сравнению с теми сотнями лет, которые может прожить темный эльф. Но в сознании Дзирта его отделяло от дома нечто большее, чем десять лет.
В большом коридоре, ведущем в приемную собора, к ним присоединилась Майя.
– Приветствую тебя, принц Дзирт! – сказала она, и Дзирт не смог понять, иронизирует она или нет. – Мы наслышаны о почестях, которых ты удостоился в Мили-Магтире. Дом До'Урден гордится твоими доблестями! – Несмотря на эти слова, Майя не сдержала насмешливого хихиканья, когда закончила:
– Очень рада, что ты не сделался добычей драука!
Однако пылающий взгляд Дзирта быстро стер с ее лица улыбку. Майя и Бриза обменялись понимающими взглядами. Они слышали о наказании, которому Вирна подвергла их младшего брата, и о жестоком нагоняе, полученном им от Матери Мэлис. Каждая из предосторожности держала руку на рукоятке змееголового хлыста, не зная, насколько опасен их молодой глупый брат.
Не ради Матери Мэлис или сестер Дзирт внимательно следил за каждым своим шагом. Его отношения с матерью определились, и он знал, как надо себя вести, чтобы ублажить
