тигр убил уже пять человек, – поведал Вахинак. – Не зверь, а моровая язва. Его неукротимая ярость столкнется с твоей решимостью, государь, и ты докажешь свою власть над природой! – Вахинак поклонился.
– Этот тигр возникает из ниоткуда, – предостерег главный охотник. – Прыгает сзади и, вонзив огромные когти в спину человека, впивается в шею клыками, чтобы убить, а потом утаскивает жертву в горы и съедает.
– Очень умное существо, – восхитился венцевозлагатель.
– Рассказывают, этот зверь величиной с небольшую лошадь, – поведал Арат.
– Боюсь, поиски лежбища будут бесплодны, – произнес Баграм. – Государь, предлагаю для начала выслать разведчиков.
– Вах! – изобразил ироничное удивление Вахинак. – Ты, Баграм, струсил. Наверняка обратишься в бегство не то что от вида зверя – от запаха его экскрементов. – Слова вызвали смех царедворцев. – Наш царь – искусный охотник, он не отступит! Единственный способ встретить джульбарса – войти в ущелье. Конечно, опасность есть, но, государь, бояться нечего, при тебе тысяча лучших вооруженных всадников.
Главный охотник веско пробасил:
– Государь, зверя уже травят: загонщики с псами гонят его на стрелков.
Тигран, любивший охотничьи байки, одобрительно сказал:
– Охота на крупного зверя – прекрасный способ хладнокровно оценить достоинства и недостатки мужчины. Подать сигнал к началу охоты!
Охотничий рог протрубил, и кавалькада вооруженных луками, копьями и дротиками стрелков ринулась к ущелью. Повара приступили к подготовке великолепного пира по окончании охоты.
Царя нагнал первый объездчик и, запыхавшись, указывая в противоположную строну – на юг, доложил:
– Там следы тигра!
Подскакал второй объездчик:
– В той стороне экскременты тигра! – Он указал на восток.
Тигран, пришпорив коня, на скаку остановился и с озадаченным видом крикнул:
– Вахинак, не пойму, куда же скакать?
– О, мой государь, разведчики что-то напутали! Лежбище джульбарса обнаружено на северо-западе, в ущелье. Хищника уже гонят под твой выстрел. Поскачем туда!
– Прекрасно! За мной! – Галопом сорвавшись с места, царь увлек за собой приближенных и отряд всадников охраны.
Тигран IV предвкушал схватку с самым опасным хищником планеты. Разъяренный джульбарс набросится на него, а охотник, спрыгнув с коня, поднявшегося от страха на дыбы, смело выстрелит. Единственный меткий выстрел из лука, и зверь сражен, схватка завершена. Об ужасе жертвы и триумфе победителя поведают народу сказители в героическом эпосе, а его, царя царей, восточного деспота, будут почитать все монархи, добычу же провезут по городам и деревням Армении.
Азарт охоты и предвкушение поединка с хитрым зверем пьянил, разжигая честолюбие, и царь верхом на коне, оруженосцы с запасными лошадьми, слуги с натасканными на тигров собаками стремительно ворвались в ущелье.
Вахинак стал отставать и, придерживая лошадь, с фальшивой улыбкой, сказал сквозь зубы Арату:
– Царевич, не скачи туда.
Взбудораженный охотой Арат возразил:
– Не хочу пропустить самое интересное…
– Я сказал: «Притормози!» – зловеще прошипел Вахинак.
Недоумевающий царевич с испугу шарахнулся со своей лошадью в сторону, налетел на камень и свалился на землю, как мешок, больно ударившись головой. Конный отряд с царем, Баграмом и воинами охраны, под флагом династии Арташесидов – красное полотнище с восьмилучевой звездой и двумя орлами – вихрем мчался вперед. Внезапно всадник, возглавлявший колонну, всплеснул руками и упал, сраженный стрелой. На склонах ущелья из-за валунов появились люди в бешметах и черных бурках, с башлыками на головах, открыв массированный огонь из луков.
– Засада!! – закричал Баграм.
Подскакав к царю, сшиб его с коня, и оба, упав на землю, поползли в укрытие, втиснувшись в расщелину в скале. Стрела задела Баграма, но свой долг – защитить государя – он исполнил.
– Откуда они взялись?! – Тигран хлопал глазами. – В самом сердце моего царства!
– Государь! – Баграм, осмотрев рану на плече и решив, что она неопасна, проговорил: – Предательство! Скорее всего, дозорные и костровые станции уничтожены заранее, и враг, незамеченный никем, просочился по ущельям сюда.
– А как же джульбарс? – Расставаться с мечтой Тигран не желал.
– Государь, ты не понял! Никакого джульбарса нет. Тебя заманили в ловушку.
Царь поник головой, смиренно приняв удар судьбы.
Бой продолжался. Армянские воины, осыпая врага стрелами, бились против горцев-аланов, занявших выгодные позиции, и стрелы, летящие навстречу друг другу, поражали как тех, так и других. Кочевники аланы происходили от скифов и сарматов, считались мужественными и крепкими ратниками, и Лоллию нанять их для покушения на царя стоило дорого: обоз золота, серебра, железа и лучшего клинкового оружия. Аланы пользовались особым расположением римского императора, потому что могли тихо и беспрепятственно совершать пиратские набеги на Крым, Закавказье, Малую Азию и Мидию, и всегда действовали скрытно и результативно.
Баграм, наблюдая из укрытия, заметил вожака аланов – худощавого человека с суровым видом в черной папахе, который умело управлял боем, подавая отрывисто и зычно команды. Баграм пополз к лежащему недалеко убитому воину и, забрав лук, колчан и стрелы, укрылся среди камней. Осторожно выглянув, изготовился для стрельбы: сконцентрировался, прицелился, затаил дыхание, захватил тетиву, натянул лук и выпустил стрелу. На огромной скорости летящая стрела вонзилась в сердце вожака. Он рухнул на камни, и тут же в рядах его воинов началась неразбериха. Посеяв раздор у горцев, Баграм вернулся в расселину:
– Государь, ты как, держишься?
– Моя опора – храбрость воинов, моя надежда – дерзость смелых.
Обстрел со стороны аланов прекратился. Армяне получили передышку, но продолжали зорко следить за врагом. Из стана врага раздался голос по-армянски, эхом разнесшийся среди скал:
– Царь Тигран, я сын вождя Джадар, предлагаю переговоры! Я иду без оружия.
Со склона горы спускался молодой, высокий ростом, красивый и статный человек, со сдержанно-грозным взглядом, в бешмете, папахе, без оружия. Он бесстрашно встал на валун напротив укрытия царя и ждал. Появился Тигран, и, приблизившись, спросил:
– Джадар, что все это значит?
– О, царь царей, за твою голову римляне заплатили дорого. Мы, странствующее племя, привыкли зарабатывать таким делом. Прости. Я всегда был против войны с армянами, но мой отец, вождь племени, которого только что убили, был жаден до золота, согласился на покушение, я же хочу договориться с тобой, а римлянам вернуть задаток.
– Что ты хочешь, Джадар?
– Двести арцахских лошадей будет достаточно.
– Хорошо, договорились.
Вся сущность Вахинака выражала недовольство: такой поворот событий его не устраивал. С выражением злобы на лице он, никем незамеченный, поднялся из укрытия, вскинул лук и послал свою стрелу в цель. Просвистев в воздухе, смертоносная стрела впилась в спину царя. Тигран упал ничком, и в ту же секунду рой армянских стрел поразил Джадара. Бой возобновился с более настойчивым упорством и продолжался, пока нападавшие незаметно не ускользнули в горы. Все стихло. Баграм подполз к телу Тиграна и со слезами на глазах произнес:
– Прости, государь, не уберег.
Глава 24
Смерть популярного Тиграна IV вызвала в Армении широкий резонанс, поползли слухи, однако Вахинак заставил глав родовой знати смириться, пообещав, что новый царь разрешит обращать в рабство крестьян-должников. Арата провозгласили царем под династическим именем Артавазд III.
Со скипетром в руке, гуляя по безлюдному тронному залу, новоявленный царь, кутаясь в леопардовую мантию, останавливался перед каждой статуей
