Если не скажешь правду, это будет последний день твоей жизни. Как пройти в подземелье, где прячут Палладиум?!
– Я не ведаю, – пожал плечами мудрец. – Наши знания относительны: познав мудрость – выясняется, что заблуждался.
Арат сумасшедшим взглядом вперился в алхимика:
– Что ты вообще здесь делаешь, старик?
Вместо ответа Аветис взял колбочку с прозрачной жидкостью, добавил в нее соль, серу, ртуть, опилки железа и каплю особой красной субстанции – кровь уробороса и, заткнув пробкой, взболтал. На глазах удивленных визитеров выпал желтый осадок.
– Что это? – Арат ткнул пальцем в колбу.
– Золото, государь, – улыбнулся старик беззубым ртом.
– Невероятно! Я стану безмерно богат?! – От удивления у царя расширились глаза, губы приоткрылись, дыхание перехватило.
В чувство его привел Вахинак:
– Государь, мы здесь ради Палладиума.
– Вахинак, – старик почтительно обратился к управляющему, – если выпьешь эликсир из колбы, омолодишься.
– Ну уж нет! – Вахинак вспомнил про эликсир всезнания. – Говори, как проникнуть в тайное хранилище!
Мудрец встал и, прихрамывая, пригласил гостей следовать за собой:
– Вот машина, которая отправляет в путешествие духовного познания. Узнав себя, узнаешь истину. На пути подстерегают опасности, но, если дойти до конца, постигнешь законы бытия, поймешь, что есть вечность, научишься слушать вселенную…
– Хорошо! Мы отправляемся! – безапелляционно заявил монарх.
Аветис посетовал:
– Лишь один из вас может воспользоваться порталом; если больше одного – результат непредсказуем.
Вахинак попятился назад:
– Государь, твоя миссия – двигаться к цели; оставаться на месте – путь в никуда!
Арат испуганно перевел взгляд с царедворца на стражников, потом, набравшись храбрости, провозгласил:
– Да! Император Август одобрил бы мое самопожертвование. Любой план бесполезен, если не выполнять самому. – С воинственным видом вытащил кинжал из ножен и тут же вложил обратно:
– Я отправляюсь!
Старик указал на железное круглое возвышение:
– Становись сюда!
Арат с опаской поднялся на возвышение. Алхимик взял со стола чашу с бледно-желтой жидкостью:
– Выпей божественный напиток Хаома! Он заостряет ум, необычайно бодрит, телу дарует силу.
Царь подозрительно заглянул в чашу, но взял и залпом выпил содержимое. По телу разлилась свежесть, голова стала ясной, пробудился звериный инстинкт, в глазах появился алчный блеск, кривая ухмылка расползлась по лицу. Старик крикнул: «Боги с тобой!» и дернул какой-то рычаг.
Возвышение стремительно завертелось и вместе с Аратом исчезло, штопором уйдя вниз.
…В красной комнате, подсвеченной огнем канделябров, царь увидел черноволосую уродливую женщину в длинных черных одеяниях. Протягивая руки с корявыми пальцами, особа заскользила по камням пола. Приблизившись, возвестила:
– Я волшебница. Не обольщайся насчет благополучного исхода: в моей власти превратить тебя в змею при неправильном выборе. Иди к двери!
Он подошел. Красная дверь закрыта, но на стене табличка с письменами на армянском, арамейском и греческом, под ней три рычага. «Какова твоя высшая цель жизни?» – гласил вопрос. Под рычагами – таблички с ответами: совершенство, верность своему долгу, соблюдение чести.
Конечно, он хочет быть совершенным! Вся его сущность заключалась в достижении наибольших заслуг и небывалых успехов, поэтому, не впадая в раздумье, решительно дернул рычаг с надписью «совершенство». Тут же из-под ног ушел пол: образовался провал, в который он полетел с криком «А-ааа!» и мыслью: «Зуб, спаси!»
Свалившись на подушки, разбросанные в большом количестве на полу, поднялся и, потирая ушибленное место, огляделся. Комната со стенами из зеленого сланца кишела змеями. Красногрудый полоз, зашипев, стал опутывать его ногу. Перепуганный Арат, сорвав со стены горящий факел, отогнал змею. Безвредный полоз обиженно уполз. В полной прострации Арат с факелом в руке стал метаться по комнате, тревожа змей, не зная, что предпринять. Утратив способность соображать, не сразу заметил зеленую дверь, а когда все же в темноте различил ее, проблеск надежды сменился глубоким разочарованием: дверь закрыта, а чтобы открыть, требовалось отгадать загадку. Надпись гласила:
Седой великан, подпирая небо,
Кутается в облака.
Любит бесстрашных, а кто не крепок —
Участь его горька.
Какие подвох и тайна крылись в этой загадке, он уже постичь не мог. Смирившись с печальной участью обреченного на смерть, бросил факел, уселся среди змей и горько заплакал. Беспокоило лишь одно: никогда больше не придется отведать любимую долму, которую готовил личный повар, заворачивая в свежие виноградные листья баранину, айву, баклажаны и перец. Прижав драконий зуб к сердцу, стал смиренно возносить молитву:
– О, бог Арамазд, величайший среди богов, создатель неба и земли! Ты милосерден, несешь добро, был всегда великодушен ко мне. Молю, спаси! Выполню все, что повелишь!!
Прогремел гром. Арат вздрогнул, отпрянул в испуге, его глаза округлились. Дверь со скрипом открылась, и на пороге в клубах дыма появился Арамазд. В образе бога был Грант. В белой тунике, золотой накидке, со взъерошенной шевелюрой и курчавой бородой, с копьем в одной руке и молнией в другой (стеклянную колбу набили жуками-светляками), вседержитель удостоил царя вниманием:
– Я очень разгневан, Арат! Истина в том, что ты не готов к правлению царством. Я как вершитель судеб повелеваю: отрекись от трона и уезжай из столицы! Если нет – моя молния поразит тебя.
Вновь раздался гром. Перепуганный монарх, уже простившийся с жизнью, был готов на все:
– Отрекаюсь, отрекаюсь! Умоляю, не губи! Хочу спастись, надежда только на тебя. Уеду далеко, далеко, и всю оставшуюся жизнь буду страдать, молиться и приносить тебе жертвы.
– Да будет так! – прогремел «бог» и исчез в клубах дыма.
Арат, вглядываясь в темноту, затаил дыхание в ожидании чуда. В проеме двери появилась мать. Со страдальческим выражением лица Эрмина подошла к непутевому сыну:
– Сынок, вставай, пойдем, обопрись на меня. – Она помогла встать полуобезумевшему отпрыску и, нежно обняв, повела прочь из опасного места. – Мы уедем в крепость Амберт и будем жить тихо и мирно. Зачем тебе все эти дрязги?
– Да, мама, не хочу никаких тревог. Быть царем – мучительная пытка. – Тоскливым взором окинув комнату, проговорил: – Седой великан подпирает небо и кутается в облака… Кто это?
– А, это! Гора… Гора Арарат, мой хороший.
– Участь моя горька, – шепотом пробормотал сын.
Мать ласково погладила голову сына, приговаривая:
– Твою любимую долму с виноградными листьями и айвой буду готовить, как в прежние времена.
– Мы будем жить мирно и тихо… – Внутри него разверзлась пустота.
С потухшим взглядом он вошел в сводчатый зал. Проходя мимо Эрато, Гатерия и Баграма, безучастно посмотрел на сестру и, сняв с головы золотую диадему, протянул символ власти царице, проводившей незадачливого правителя с жалостью. Вместе с матерью они вошли в тайный туннель, ведущий в лес, где ждали верные люди и резвые лошади. Группа всадников понеслась безлюдными дорогами и тропами в отдаленную крепость, в которой никто не помешает Арату предаваться размышлениям и созерцанию. Правление Артавазда III завершилось.
Глава 25
Римская армия во главе с молодым полководцем Гаем двинулась из Сирии к границам Парфии и Армении. Император Август никоим образом не желал терять контроль над этими странами, и новый поход на Восток, спланированный Тиберием, начался. Цель кампании – усмирить Армению, не допустить скатывание царства в сферу влияния Парфии, ослабить амбиции
