я цвета волос! — горестно простонал Олаф фон Дали. — Там из всего целого одни уши, всё остальное напрочь обгорело. Я же сперва едва сам не преставился, представляя, что умер именно Адьир Морриэнтэ. Мчался, сломя голову, в лекционную, чтобы убедиться, что он всё-таки на занятии.
Не выдержав эмоций, Олаф фон Дали вернулся в своё кресло и начал тереть виски кончиками пальцев.
— Господин фон Дали, — подошёл к нему совсем близко Найтэ Аллиэр, — я знаю много способов успокоить человека и, если вы дозволите, я помогу вам.
— С чего это вы и расчувствовались?
— Так либо вы начнёте рассказывать подробности, либо нам всем придётся ломиться в дом лера Морриэнтэ, чтобы узнавать их самостоятельно.
— Демоны побери, немедленно отойдите от меня прочь! — прикрикнул ректор, прежде чем пальцем указал на оставленное тёмным эльфом место. — Садитесь обратно, не нужна мне ваша заупокойная магия. Я сам сейчас всё расскажу.
Олаф фон Дали гневно смотрел, как Найтэ Аллиэр отходит от него и, со скрипом отодвинув стул, садится обратно. Выглядел тёмный эльф так, будто его до глубины души оскорбили, хотя ректор считал, что это отнюдь не так. И всё же не над тем ему думать было надо, а потому он прочистил горло и начал рассказывать:
— Я ещё только подходил к дому, а уже почувствовал неладное. Как-то слишком сильно дымило из трубы. Причём смог был такой тёмный, почти чёрный. Я ведь потому про трубочиста размышлять и стал. Мне вмиг вспомнилось, что этим летом я никакую смету на прочистку труб не подписывал, и уж как представил во что это может вылиться… Все коттеджные дома у меня, значит, с не прочищенными трубами до января стоять будут. Беспредел.
— Господин фон Дали, вы бы ближе к делу, — негромко проворчал Найтэ Аллиэр, и, если бы не кивки прочих деканов, то тёмный эльф точно бы нарвался на выволочку.
— Так вот, я постучал. Трижды. Вот только дверь никто не открыл, хотя мне показалось, что кто-то по дому ходит. И уж не знаю что на меня нашло, обычно я так не поступаю, вообще можно сказать, что впервые в жизни я так поступил. Но я не стал топтаться на пороге и не стал подсматривать в окно, а взял и открыл дверь своим универсальным ключом. И вот тогда как увидел сколько внутри дыма! — Олаф фон Дали даже всплеснул руками. — Уж насколько я хорош в воздушной стихии, а и то с трудом рассеял это безобразие.
— И зачем? — с укором посмотрел на него Ричард Флай.
— Чтобы в коттеджном городке началась паника? Может, мне ещё надо было завопить «Пожар!»? — с презрением фыркнул ректор. — Нет, я решил справиться сам.
— Правильно сделали, — поддержал Питер Гофмайн. — Если дым оказался заперт в доме и внешне пожар было не определить, то кто-то поработал над экранированием. Причём, как я понимаю, сделано всё было очень даже профессионально, раз только дымоход упустили из внимания. Не сферой, получается, накрыли, а по внутренним контурам стен прошлись. Поэтому нет, на такое свидетелей собирать никак не стоило.
— Какое ещё экранирование? Для чего? — нахмурился Саймон Каттильский.
— Для того, юноша, — со снисхождением в голосе начал объяснять Луи Экван — декан факультета Земной Стихии, — чтобы никто своевременно пожар потушить не смог. Это экранирование держится, покуда внутри ограниченного им пространства содержится достаточный уровень кислорода. И, как вы должны понимать, пока он есть, всё внутри горит. А затем уровень кислорода доходит до критической отметки. Блокада тут же исчезает. Как результат, теперь дым может выходить наружу, а снаружи в дом может поступать кислород. Пламя начинает буйствовать с новой силой. Люди, зачастую, только и успевают сказать «ах», как уже заместо дома пепелище.
— Полагаю, внутри выгорело всё? — угрюмо уточнил Найтэ Аллиэр.
— Практически, — кивнул Олаф фон Дали. — Приди я несколько позже, то уже не рассказывал бы про то, что видел труп эльфа. Однако, всё сложилось именно так. Чтобы справиться с дымом и огнём я был вынужден войти в дом. И в гостиной на полу лежал он — обугленный, остроухий. Это уже было жутко. Но ещё хуже, по тому, как проходило возгорание и по тому, как тело находилось, я сразу понял — произошло убийство.
Тут Олаф фон Дали сделал глубокий судорожный вдох и ненадолго прикрыл глаза. Казалось, он вот-вот задрожит от воспоминаний. Однако, на этот раз взгляд открывшего глаза ректора был совсем иным.
— Я достаточно опытен, чтобы заключить со стопроцентной уверенностью — этот эльф был перед смертью связан.
— Тогда знаете, — вдруг угрюмо усмехнулся Найтэ Аллиэр, — я позволю себе предположить, что погиб Азаэль Ниэннэталь.
— Почему именно он? — устремились на тёмного эльфа взгляды всех присутствующих.
— Хм, ну как вам объяснить? По причине того, что обугленный труп некроманту не разговорить, я сделал предположение, что убийца вполне определённое лицо. А если это так, то его жертвой мог стать только Азаэль Ниэннэталь. Он единственный из свиты лера Морриэнтэ практиковал чёрную магию.
— Нет, ну не дай подгорное пламя вы правы, — в ужасе прошептал Ричард Флай.
***
С возрастом люди обычно на скандалы не нарываются, так как ну их эти скандалы, только время и силы на них тратить. Также поступал и Шао Хаотико. Он давно не растрачивал себя на такого рода нервотрёпку, но, понятное дело, разговор между ним и вторым советником императора должен был иметь неприятные последствия. Мастер, меняющий материю бытия, не сомневался — донесена до ушей правителя будет не самая лестная история. В конце концов, не вышел бы ему навстречу второй советник со своим вопросом, если бы действительно не получил право спрашивать. Не могло быть сомнений, у него взаправду имелось высочайшее поручение выяснить все подробности в отсутствие своего императора. А Шао Хаотико взял и в силу своего раздражения воспрепятствовал осуществлению этого указа. Поэтому, даже если юный император сумел бы понять причину несдержанности своего лучшего мага, он всё равно был бы вынужден проявить некое недовольство.
В силу вышесказанного Шао Хаотико смиренно принимал, что в будущем как-либо ему произошедшее аукнется. Не могло оно быть иначе. Никаких скидок за прежние заслуги никому и никогда не делалось из-за проявления неуважения к наивысшему приказу и неважно сколь важными были на то причины. Собственно, поэтому Шао Хаотико нисколько не удивился, что, выказывая так своё неодобрение, властелин империи Золотого Паука заставил его томиться ожиданием несколько дней. Другое дело, что это ожидание вышло для мага крайне тягостным. После речей второго советника Шао Хаотико понял — будущее мира висит на волоске. Нельзя
