больше времени проводить в казино и выпрыгивать из самолётов, чтобы съезжать на лыжах по горам.
— Вот именно, верно? Я ещё не выпил ни капли мартини. И Астон Мартин мне тоже не давали водить.
Скарлетт подмигнула ему.
— Рядом с тобой действительно роковая женщина.
— Кому ты рассказываешь, — отозвался Деверо.
Улыбка сползла с лица Скарлетт. На одно долгое мгновение они оба уставились друг на друга.
— Дэв, — сказала она. — Послушай, я…
— Мистер Вебб? — раздался металлический голос Сары Гринсмит. — Вы здесь?
Чёрт возьми. Казалось, они со Скарлетт обречены терпеть вечные помехи. Он встал и вернулся к ноутбуку.
— Я здесь.
Гринсмит пристально посмотрела на них. Она не выглядела довольной.
— Хорошо, мистер Вебб. Я забронировала для вас билеты на ближайший свободный рейс из Рима.
Деверо напрягся. Это совсем не то, чего он ожидал.
— Мисс Кук, — продолжила она, — придётся самой организовать себе билет, — взгляд Гринсмит стал суровым. — Но мы были бы признательны, если бы она участвовала в допросе, когда вы вернётесь в Лондон.
— Это ещё не конец, — сказал Деверо. — Мы не знаем, кто убил Солентино. Мы не знаем, что будет с его террористическими планами.
— Вы также не знаете, каковы были эти планы, мистер Вебб. Вам было поручено проникнуть в банду Солентино. С его смертью, а также со смертью других известных членов его ячейки, ваша роль закончилась. Другие подразделения МИ-5 подхватят эстафету. Эти убийства обострили ситуацию, и речь идёт уже не просто о сборе информации. Мы свяжемся с итальянскими силами безопасности, а затем решим, что делать дальше, — она сделала паузу. — Но всё равно спасибо вам за ваши усилия. Со своим первым заданием вы справились отлично.
Деверо стиснул зубы.
— Я думал, это моё второе задание, — многозначительно произнёс он. — Я разобрался с ситуацией, связанной с шантажом Александра Каррутерса, помните?
Гринсмит не растерялась.
— Я имела в виду первое международное задание. Сотрудник посольства доставит вас в аэропорт, и кто-нибудь другой заберёт ваши вещи из гостиничного номера и проследит за тем, чтобы они были отправлены на ваш домашний адрес в Лондоне. Тем временем я пришлю за вами машину в Хитроу, и после этого мы встретимся. Понятно?
Он всё прекрасно понял.
— Вы меня отсекаете.
Гринсмит вздохнула.
— Происходит вовсе не это, — выражение её лица, однако, говорило об обратном.
— Я хорошо понимаю ситуацию здесь, в Риме, — солгал Деверо. В любом случае, у него было такое же хорошее понимание, как и у любого другого. — Я встречался с Солентино. Я знаю, как работал этот человек. Я лучше подхожу для того, чтобы расследовать, кто его убил и что будет дальше.
— У нас есть другие агенты, а вы очень неопытны, мистер Вебб.
— Я уже здесь, на месте. Глупо возвращаться в Лондон, когда процесс по реализации планов Солентино уже может быть запущен. Тот, кто его убил, возможно, уже делает свой ход.
— Вы сказали, что это будет после 21 декабря.
— Так было, когда Солентино был главным. Теперь, когда он погиб, сроки, возможно, изменились, — Деверо чувствовал, как растёт его раздражение.
— Мы осознаём это и учтём в наших дальнейших действиях, — сказала ему Гринсмит. — Я ценю, что вы считаете себя волком-одиночкой, но МИ-5 — крупная организация. Сейчас нам нужны другие услуги, и есть другие люди, которые больше подходят для этого. Не говоря уже о том, что ваш новый статус потенциального подозреваемого в убийствах затрудняет вам дальнейшую работу, — она смягчила голос. — Это не оскорбление и не выговор, Деверо. Не воспринимайте это как таковое. До сих пор вы предоставляли нам отличную информацию. Помните, вы упоминали Бартана? Тот, кого Аванопулос предположительно собирался заменить?
— Да.
— Мы проследили за ним до Берлина. Две недели назад он был найден мёртвым. Ему перерезали горло. Подозреваемых нет, и, похоже, немецкая полиция не слишком усердствует в поисках. Бартан был им хорошо известен и имел свои связи с различными мелкими террористическими организациями. Эта информация подтверждает наши опасения по поводу того, что замышлял Солентино. Своими действиями вы предоставили нам подтверждение, необходимое для дальнейших действий. Вы должны быть довольны тем, чего достигли.
Может быть. Но этого недостаточно. Он сосчитал про себя до пяти, затем кивнул.
— Хорошо.
— Скоро увидимся лично, — сказала Гринсмит. — Берегите себя, — затем экран погас.
Деверо стиснул зубы. Теперь он вовлечён. Лично. Было нелегко выполнить приказ и отступить на шаг назад.
— Итак, — сказала Скарлетт, — похоже, моя карьера шпиона закончилась, даже не успев толком начаться. И, — добавила она, — к счастью, моя голова осталась на плечах, — затем она взглянула на него и прошептала вполголоса: — Ты не сказал ей, что твоих вещей больше не будет в отеле.
Деверо бросил на неё быстрый взгляд.
— Нет, — сказал он, — я этого не сказал, — он помедлил. — Но с другой стороны у меня не было возможности.
— Ну-ну.
Он пожал плечами, не обращая внимания на короткую боль, которая пронеслась по его телу в результате этого простого действия.
Скарлетт слегка улыбнулась.
— Я попрошу Саймона собрать мои вещи и отправить их в Лондон. С таким же успехом я могу поехать с тобой в аэропорт прямо сейчас. Я уверена, что смогу занять ещё одно место на этот же рейс, — их взгляды встретились. Деверо сразу понял, что они согласны.
— Конечно, — сказал он. — Без проблем.
Глава 20
Молодому человеку с планшетом было поручено сопроводить их в аэропорт Фьюмичино. Вероятно, это было его последнее задание перед тем, как он отправится домой отсыпаться.
— Всё действительно было бы проще, — пробормотал он, сидя на среднем месте на заднем сиденье посольской машины, — если бы у вас были с собой паспорта. Достаточно того, что нам приходится обходить полицию стороной. Вам придётся отправляться по дипломатическим каналам. Это уже согласовано с римской иммиграционной службой, но на самом деле это не должно было произойти таким образом.
У Деверо сложилось впечатление, что мужчина был больше всего раздражён бумажной работой, которую ему пришлось выполнять в результате их предположительно незаконной поездки, хотя её и санкционировала МИ-5. Не говоря уже об их внезапном исчезновении, когда итальянская полиция разыскивала их обоих для допроса.
— Как тебя зовут? — спросил Деверо. С таким же успехом он мог бы умаслить беднягу.
— Марк.
— Что ж, Марк, — сказал Деверо. — Я ценю всё, что ты делаешь, чтобы помочь нам. Твоя страна призвала тебя, и ты ответил, — краем глаза он заметил, как у Скарлетт дёрнулись губы.
— Деверо прав, — согласилась она. — Ты оказываешь жизненно важную услугу, и мы позаботимся о том, чтобы ты был вознаграждён. Не думаю, что подобные вещи обычно случаются в
