Читаем без скачивания Корпорация «Бессмертие» - Роберт Шекли

Томпсон-Блейн сел прямо и повернул румпель. Скиф лег на другой галс. Нужно возвращаться к причалу, потом домой, обедать, потом…

Удар хлыста пришелся по спине.

— А ну, за работу!

Пиггот-Блейн удвоил усилия, размахивая киркой и опуская ее на пыльное полотно дороги. Охранник стоял неподалеку, зажав под мышкой карабин, в правой руке он держал хлыст, хвост которого волочился по пыли. Пиггот-Блейн изучил каждую пору на глупом, худом лице охранника, каждый изгиб губ маленького напряженного рта, каждый взгляд выцветших глаз. Он знал все это так же хорошо, как собственное лицо.

Ладно, погоди, рыло, молча сказал он охраннику. Твое время скоро кончится. Погоди, только немного погоди.

Охранник прохаживался вдоль ряда работавших под жарким солнцем Миссисипи заключенных. Пиггот-Блейн попытался сплюнуть, но во рту не набралось слюны на плевок. Значит, мы живем в прекрасном современном мире, подумал он. С этими вашими космолетами, автоматическими фермами, с этим вашим прекрасным иным миром? Думаете, это все? Тогда спросите, как они строят дороги в графстве Квиллег, Северное Миссисипи. Они вам не скажут, конечно, так вы лучше сами посмотрите. Потому что вот каков мир на самом деле!

Арни, работавший впереди, прошептал:

— Ты готов, Отис? Ты готов?

— Я-то готов, — прошептал Пиггот-Блейн. Его крепкие пальцы сомкнулись на пластиковой рукоятке кирки. — Я уже не просто готов, Арни.

— Тогда через секунду начинаем. Смотри на Джеффа.

Волосатая грудь Пиггот-Блейна вздымалась в ожидании. Он отбросил с глаз длинные каштановые волосы и взглянул на Джеффа, стоявшего через пять человек впереди него. Пиггот-Блейн ждал, плечи его горели от солнечных ожогов. На щиколотках виднелись зароговевшие шрамы от ножных кандалов, а на боках темнели полосы от ударов хлыста. Внутри у него жила яростная жажда. Но даже ведро воды не могло бы утолить этой жажды. Ничто не могло ее утолить, эту жажду, эту сумасшедшую жажду, которая и привела его сюда в конце концов после того, как он устроил поножовщину в Гейнсвильском единственном салуне и прикончил того старого индейца.

Джефф взмахнул рукой. Скованная цепью линия заключенных одновременно прыгнула вперед. Пиггот-Блейн бросился на охранника с худым лицом, который уронил хлыст и пытался поднять карабин.

— Ах ты, рыло! — завопил Пиггот-Блейн и опустил кирку прямо на голову охранника.

— Взять ключи!

Пиггот-Блейн сорвал связку ключей с пояса мертвого охранника. Он услышал, как выстрелил карабин, как кто-то закричал в агонии. Встревожась, он обернулся…

Рамирец-Блейн вел свой коптер над техасской равниной, направляясь в Эль-Пасо. Это был серьезный молодой человек, и все внимание он уделял направлению, выжимая из старого коптера все, что тот мог дать, чтобы успеть добраться до Эль-Пасо прежде, чем закроется магазин Джонсона.

Он осторожно управлял неуклюжей старой мельницей, и лишь редкая случайная мысль мелькала в его сосредоточенном сознании, быстрая мысль о показаниях компаса, высотометра, о танцах в Гуанджуато на следующей неделе, о ценах на шкуры в Сьюдад Юарес.

Равнина под ним была испещрена желтыми и зелеными точками. Он взглянул на часы, потом на индикатор скорости.

Да, подумал Рамирец-Блейн, он успеет до закрытия магазина. И даже может остаться время на…

Тайлер-Блейн вытер губы рукавом и подобрал кусочком хлеба остатки жирной подливы на тарелке. Он рыгнул, оттолкнул стул от оконного стола и поднялся. С демонстративной небрежностью взял с полки в кладовой горшок и начал заполнять его остатками свинины, добавил овощей и большой кусок маисового хлеба.

— Эд, — сказала жена, — что ты делаешь?

Он посмотрел на нее. Годы сильно состарили ее, она даже выглядела старше своих лет. Он отвел глаза, не ответив.

— Эд! Я спрашиваю тебя, Эд!

Тайлер-Блейн посмотрел на нее с раздражением, чувствуя, как заныла при звуке визгливого голоса старая язва. Самый визгливый голос в Калифорнии, — подумал он, и на ней он женился. Визгливый голос, остренький нос, острые колени и локти, совершенно плоская и бесплодна в придачу. Ноги — только чтобы передвигать тело, а не для удовольствия окружающих. Живот — для наполнения его пищей и ни для чего более. Из всех девушек Калифорнии он выбрал самую ядовитую, этакий болван, как всегда говаривал дядюшка Раф.

— Куда ты тащишь этот горшок с едой? — спросила она.

— Собаку покормить, — сказал Тайлер-Блейн, направляясь к двери.

— У нас нет собаки! Эд, не делай этого, я тебя прошу!

— А я сделаю, — сказал он, довольный, что ущемил ее.

— Пожалуйста, не сегодня. Пусть сам переберется куда-нибудь подальше. Эд, послушай меня. Вдруг в городе узнают?

— Солнце уже село, — сказал Тайлер-Блейн, стоя в дверях со своим горшком.

— Люди могут подсматривать, — сказала она. — Эд, если они узнают, они тебя повесят, ты ведь знаешь!

— Не только меня одного. На веревке и ты будешь смотреться первоклассно, — заметил Тайлер-Блейн, открывая дверь.

— Ты это назло мне делаешь! — крикнула она.

Он затворил за собой дверь. Снаружи были поздние сумерки. Он стоял рядом с пустым курятником, оглядываясь по сторонам. Ближе всех к ним находился дом Фланнагана, примерно ярдов за сто от них. Но те в чужие дела не вмешиваются. Он подождал, проверяя, не забрел ли кто-то из городских детишек к ним во двор. Потом зашагал, осторожно неся горшок с едой.

Подойдя к окраине жидкой рощицы, он поставил горшок на землю.

— Все в порядке, — позвал он тихо. — Можете выходить, дядя Раф.

Из кустов на четвереньках выполз человек. Лицо у него было свинцово-бледное, губы бескровные, глаза неподвижные, черты лица — грубые, словно железо перед закалкой или глиняный кувшин перед обжигом. Порез на шее начал гноиться, а сломанная толпой фанатиков правая нога висела, неподвижная и бесполезная.

— Спасибо, сынок, — сказал Раф, дядя Тайлер-Блейна, ставший зомби.

Зомби быстро опустошил горшок. Когда он кончил есть, Тайлер-Блейн спросил:

— Как ты себя чувствуешь, дядя Раф?

— Ничего не чувствую. Это старое тело уже почти отслужило свое. Еще пару дней, ну, может, неделя, и ты, наконец-то, освободишься.

— Я буду заботиться о вас столько, — сказал Тайлер-Блейн, — сколько будет нужно, дядя Раф. Если бы я мог взять вас в дом!

— Нет, — сказал зомби. — Тогда они узнают. Это опасно… Сынок, как поживает твоя карга?

— Как всегда, такая же уксусная, — вздохнул Тайлер-Блейн.

Зомби издал нечто вроде смеха.

— Я тебя предупреждал, десять лет назад я тебя предупреждал: не женись на ней. Разве не так?