Я залезла грузовик даже прежде, чем он успел заглушить мотор.
— Привет, — сказала я, наклоняясь для поцелуя.
Огромная усмешка расползлась по его лицу.
— Привет, — сказал он, прикоснувшись к моей шее рукой, и ответил на поцелуй.
Его губы сначала нежно, а затем решительней прикоснулись к моим. Меня очень соблазняла перспектива сидеть так целое утро, целуясь, но он отстранился, его глаза блестели.
— Привет, — сказал он снова.
— Мы уже сделали это один раз, — засмеялась я
— Думаю, что сделали. Но я вроде как теряюсь, когда ты рядом.
Он сцепил свои пальцы с моими и положил себе на колено. Прежде чем завести мотор, он подмигнул мне.
— Итак, куда же мы отправляемся?
— Тише, — сказал он, — я думаю.
— О чём?
— О том, куда бы тебя отвезти.
— Ты даже и не подумал над тем, куда меня поведёшь, чёрт возьми, ну ты и задница! — отрезала я, выхватывая свою руку из его хватки.
Он улыбнулся, по-видимому, довольный собой.
— Успокойся, фейерверк, я просто по-доброму подшучиваю над тобой.
Он снова потянулся за моей рукой, и весьма неохотно я позволила ему это сделать.
— Я уже что-то придумал, но немного переживаю, что тебепокажется это дерьмовой идей.
— Вполне возможно, — язвительно сказала я.
Его ослепительная улыбка немного упала, и я почувствовала себя законченной стервой.
— Джордан, что бы это ни было, я уверена, всё будет хорошо.
Он помолчал секунду.
— Если бы я мог, то отвел бы тебя в какое-нибудь действительно шикарное заведение. Там бы была постелена белая скатерть, на столе лежали салфетки причудливой формы и стояли свечи вокруг нас. Я бы заказал шампанское и лучшую еду из меню. Мы бы ели, смеялись, разговаривали, я бы танцевал с тобой до рассвета. А затем уложил бы тебя на мягкие простыни и любил бы, пока солнце было бы в зените.
У меня отвисла челюсть.
— Джордан…это…это…
—Но я не могу, — сказал он прямо, — я бывший заключённый, у которого есть комендантский час и нет ни гроша за душой. Я даже не могу отвезти тебя куда-нибудь, чтобы ты могла выпить пива или покинуть пределы города, чтобы меня не арестовали и не запихнули мою задницу обратно в тюрьму.
Мука появилась на его лице.
— Джордан, не надо, — сказал я тихо, но настойчиво, пиная себя за то, что это я пустила всё это по спирали. — Даже просто посиделки на мамином крыльце на заднем дворе с кофе стали ярким пятном в каждом моём дне с тех пор, как я приехала сюда.
Он послал мне скептический взгляд.
— Это правда. И, к тому же, я не отношусь к тому типу девушек, которым не нужны модные рестораны и необычная еда. Мне нравишься ты.
Он покачал головой.
— И я не знаю почему.
Я закатила глаза.
— Потому что у тебя чертовски горячее тело и член, которой затрагивал такие места, до которых ни один член в жизни не мог дотронуться. Дай мне минутку, чтобы пожалеть себя немного.
Неохотная улыбка появилась на его лице, и он спокойно усмехнулся.
— У вас грязный ротик, мисс Делани.
— Да, мистер Кейн. У вас возникли какие-то проблемы с этим?
Он улыбнулся и сжал мои пальцы.
— Нет, мэм. Совсем нет.
Я включила радио, и мы поехали под музыку Linkin Park «Breaking the Habit», которая показалась мне странно уместной.
— Майки всегда нравилась эта песня, — сказал он болезненным голосом, снова потерявшись в прошлом.
— Расскажи мне что-нибудь ещё о нём. Что-то, что не знает никто.
Джордан задумался, а затем внезапно улыбнулся.
— Его первый секс случился, когда ему было тринадцать, на церковном пикнике.
Я громко рассмеялась.
— Шутишь?
— Клянусь, это правда! Мисс Морган,преподаватель в воскресной школе, подумала, что он напился пунша, потому что не мог перестать ухмыляться. Но, когда мы приехали домой, он рассказал мне о том, что произошло. Мать одного из ребят с другой церкви. Ей было около тридцати!
— Ты уверен, что он не наврал тебе?
— Нет, у него была помада на внутренней стороне футболки и засосы по всему телу.
— Круто! Классная история. И никто никогда не узнал об этом?
Он покачал головой, всё ещё улыбаясь.
— Ещё был один момент, когда он был так накурен, что клялся, что мог летать. Я тоже был в таком же состоянии, поэтому попросил его доказать это. Майки забрался на верхушку старого дуба и свалился оттуда, сломав руку. Он был так накурен, что не чувствовал боли до следующего дня. Брат сказал всем, что я забросил фрисби на дерево, и он просто полез туда за ним.
Я смеялась, пока он рассказывал мне историю за историей о передрягах, в которые он с Майки попадал. Но через некоторое время я начала чувствовать себя неловко, потому что у меня совершенно отчётливо вырисовался образ Майки. И я обратила особое внимание на то, что этот образ никак не совпадал с образом святого Майки, о котором мне рассказывала мама, или с парнем, у которого, казалось, всегда всё было под контролем.
— А как насчёт его девушки?
Джордан засмеялся.
— Какой из? Он был даже большим ходоком, чем я! Чёрт, он научил меня всем этим движениям. Эм, ладно, это звучит странно. Я просто имел в виду, что он был таким парнем, который не хотел быть привязанным к кому-то в ближайшее время.
Это было действительно странно. Я точно помню, как мама рассказывала мне, что у Майки была постоянная девушка, на которой он планировал жениться. Кто-то прилично накормил мою маму ложью.
Слушая истории Джордана, стало понятно, что это был именно Майки, кто втягивал их в неприятности, но именно Джордан был тем, кто брал на себя вину, в то время как его братец выходил из всего этого чистым и непорочным.
Я всё ещё размышляла над тем, что это всё значило, когда Джордан заявил, что мы приехали. Последние пять минут мы подпрыгивали на грунтовой дороге, а теперь остановились на краю живописной части залива.
Возможно, его планом было воссоздать наш пикник. Я бы была не против, хотя всё-таки немного расстроилась из-за того, что он не придумал чего-то более оригинального.
Я выбралась из грузовика, а он доставал что-то сзади.
Джордан нервничал, когда, наконец, приблизился ко мне. Я поняла, что он держал в руках две удочки.
— Рыбалка? Мы собираемся порыбачить?
Я была в замешательстве. Я никогда в своей жизни не ловила рыбу и не совсем была уверена, что хочу начинать сейчас.
— Мы не обязаны это делать, — сказал он осторожно, — я просто подумал, что мы могли бы поймать собственными руками парочку речных лососей и приготовить их на костре.
Он был таким серьёзным, что у меня не хватило духу сказать ему, что от мысли о рыбных кишках меня начинало тошнить.
