Глаза у Иды слипались, и Дрого пришлось ее слегка толкнуть.
— Что именно?
— Приходил Годвин. Он рассказал мне, что, когда Ги вернулся, он все время упоминал твое имя. Что он при этом говорил, Годвин понять не мог, потому что не знает французского, но сказал мне, что тон Ги был очень угрожающим.
Дрого тяжело вздохнул и прижал ее голову к своей щеке.
— Напрасно ты вздыхаешь. Я все понимаю: ты боишься не столько за себя, сколько за меня. Но я имею перед тобой некоторое преимущество.
— Интересно, какое же?
— А Годвин? Мой разведчик с острыми молодыми глазами. В самом сердце вражеского лагеря! Все, что мне нужно, — это побыстрее научить парня французскому.
Глава 16
— Кто из рыцарей будет присматривать за мной сегодня? — спросила Ида, подходя к преданному слуге Дрого.
Иво так смутился, что девушка с трудом удержалась от смеха. Она уже заметила, что Дрого, видимо, не очень-то полагаясь на данное ею слово, приказал своим воинам дежурить по очереди и кто-то из них, поглядывая на нее, постоянно слонялся поблизости, весьма комично изображая безучастный вид.
— Серл, — наконец выдавил из себя Иво.
— И где же он? Почему я его не вижу?
Иво молча показал пальцем на большую группу норманнов, собравшихся в круг. Они стояли молча, с серьезными лицами и смотрели куда-то вниз. Ида забеспокоилась. Уж не хоронят ли они кого-нибудь? А если нет, то почему таким странным огнем горят их глаза? Больше всего ее взволновало явное отсутствие среди них Серла. К тому же куда-то запропастились и ее собаки. Наверное, кто-нибудь из норманнов опять выпросил их у Дрого для охоты.
— А ты уверен, Иво? Никакого Серла я там не вижу.
— Он сидит на земле, играет на деньги.
Ида, мысленно обозвав себя мнительной идиоткой, подошла поближе: она увидела, что пятеро норманнов, опустившись на колено, бросают монеты. Когда Ида начала пробираться сквозь толпу, воины безмолвно посторонились; одни смотрели на нее недовольно, даже сердито, другие — с откровенным вожделением, однако дорогу ей никто не загородил: все уже знали, что она женщина Дрого.
— Серл, — окликнула Ида, наконец обнаружив его среди игроков.
— А-а, Ида, малышка, — не оборачиваясь, добродушно бросил седовласый норманн. — Подожди минутку. Мой черед бросать. Сейчас я разбогатею.
Ида закусила губу. Это называется охранник! Воин! Защитник! Даже не спросил, что ей нужно. А ей вовсе не улыбалось перед целым строем норманнских воинов сообщать, что ее снова позвал голос. И все же, когда бросок Серла оказался удачным и под одобрительный гул одних и стоны отчаяния других норманн с довольным видом сгреб свой выигрыш, Ида порадовалась за него. Но тут же нетерпеливо дернула его плащ, потому что Серл, распаленный привалившей удачей, явно собирался повысить ставку.
— Меня прислал за тобой Дрого, — громко произнесла она.
Серл поднялся и примирительно пообещал проигравшим, что предоставит им возможность взять реванш. Он отвел Иду в сторону, чтобы никто не услышал их разговора, и выжидающе уставил на нее свои ясные голубые глаза. Ида смутилась.
— Я соврала, — сконфуженно пробормотала она.
— Что? — удивленно поднял он седые брови. — Ты решила подурачить старика, дочка? Разве ты не видела, что мне начала улыбаться фортуна?
— Да, видела, и, не подоспей я вовремя, ты наверняка дождался бы, пока она повернется к тебе спиной. Сейчас у тебя целый карман монет, но всего пара неточных бросков, и ты мог лишиться последнего.
Прищурив глаз, Серл мгновение размышлял над ее словами, затем кивнул:
— Но я тебе нужен по какой-то другой причине, не так ли?
— Да. — Она быстро огляделась, желая удостовериться, что ее никто не услышит, и, понизив голос, сказала; — Я снова должна пойти в ту же деревню.
— Да там все давно затихло! Ну скажи на милость, кто может тебя звать? В деревне почти никого не осталось, дома сгорели, нет никакого сражения… Ида; малышка, не нравится мне все это.
— Мне нужно пойти в деревню, — упрямо повторила она.
— Но это не значит, что я позволю тебе выполнить твое намерение.
— Хотелось бы рассказать тебе больше, но пока я сама ничего не знаю. Я зашивала рубашку Дрого, и неожиданно у меня возникло такое чувство, что мне надо немедленно отправиться в деревню. Это трудно передать словами, но поверь мне, я бы не стала беспокоить тебя понапрасну.
— Пожалуй, это стоит внимания, — рассудил Серл и, взяв ее за руку, подвел к лошади.
— Но мне не кажется, что там какое-то кровопролитие.
— Это хорошо, — буркнул Серл, взбираясь на лошадь. Подняв Иду, чтобы посадить ее позади себя, он произнес: — Но кто знает, не произойдет ли оно, когда мы приедем на место.
Ида судорожно обхватила его талию, потому что норманн почти сразу перевел лошадь в галоп, и крикнула, стараясь заглушить стук копыт:
— Ты говоришь так, как будто я во всем этом виновата!
— Иногда я и в самом деле так думаю. Никогда еще мне не приходилось встречать девицы, которая обладала бы такой же способностью вляпываться в разные неприятности, как ты. Ты, девочка, делаешь это с такой легкостью, будто собираешь цветы.
— Я что, нарочно, что ли? — сердито буркнула Ида себе под нос, но, увидев вдалеке деревенскую церковь, оцепенела в каком-то тяжком предчувствии. Ее охватила непонятная тревога, странное, необъяснимое волнение.
— Возможно, там опять какая-то беда, — неуверенно проговорила Ида.
— Ты слышишь что-нибудь? — подозрительно спросил Серл, озираясь. Увидев, что Ида побледнела, он нахмурился.
— Нет, я ничего не слышу, но я, как бы это сказать… я чувствую. Чем ближе мы к деревне, тем сильнее становятся мои ощущения. У меня даже свело живот, а сердце бьется, как молот.
— А! Вот это хорошо, — удовлетворенно произнес Серл.
— Что же в этом хорошего? — возмутилась Ида.
— Да я не про тебя, — ответил Серл, указывая куда-то в сторону. — Я увидел Дрого, который возвращается от Вильгельма; он тоже нас заметил. Слава Богу! Теперь пусть он возьмет на себя все заботы о тебе!
Ида негромко чертыхнулась, и Серл рассмеялся.
— Куда это вы оба отправились? — подъехав к ним, хмуро спросил Дрого и, посмотрев на Иду внимательнее, тревожно заметил: — Ты выглядишь совсем больной.
— Я и правда чувствую себя очень плохо; не знаю, что со мной будет, если мы сейчас же не доберемся до деревни.
Дрого пересадил Иду к себе, сделал знак Серлу, чтобы тот не отставал, затем снова с удивлением взглянул на девушку. Никогда еще он не видел ее такой бледной. Похоже, «послания» действуют на нее не лучшим образом и в конце концов могут оказаться опасными для ее здоровья.
— Что там произошло? — спросил он.
