электростанцию, соединённую с тысячами солнечных панелей на этой самой вилле и соседних домах! И что самое главное… Эти виллы окружают небольшое озеро. Озеро, на которое мы можем разместить солнечные батареи и соединить изолированными проводами, защищёнными по той технологии, что мы не успели запатентовать! Здесь, в Майами, должны быть все компоненты! Даже производство солнечных панелей и запасы материалов!» — радостно сообщил мне искусственный интеллект, и я замер, вспоминая, о какой технологии она говорит…
— Мы же не доработали её? Эта идея аквасолнечных подстанций была лишь на этапе разработки, так как могла обрушить мировую экономику из-за чрезмерного удешевления производства электроэнергии…
«Мы всё ещё заботимся о мировой экономике?» — словно усмехнулась моя помощница…
— Так, пока мы идём в сторону аэропорта… Напомни, какие у нас там ещё разработки в планах имелись? Желательно из тех, что применимы в условиях апокалипсиса…
Глава 17
Удивительно, но факт! Девять разработок из десяти, предложенных Афиной и всплывших в моих воспоминаниях, были, скажем так, бесполезны по причине наличия терминалов. Я принёс с собой из своих снов воспоминания о многих вещах, но там везде и всюду была война, и большая часть потенциальных технологий относилась к военному производству. И смысла в них было не очень много из-за возможности легко и просто заполучить полезную вещь через терминал.
Лишь парочка технологий, всё ещё не реализованных в нашем мире и не запатентованных мной ранее, были доступны мне сейчас. Только вот это не такой уж и простой процесс! На него надо много времени, ресурсов, а внимания всему этому придётся уделять столько, что, боюсь, моя программа Реконструкции мира забуксует.
В итоге, пока я шёл к аэропорту, я понял, что смысла во всех этих ноу-хау прямо сейчас мало. Проще починить сломанное, чем создать что-то крутое, но с нуля. У Круизеров сейчас нет ресурсов для создания высокотехнологичных протезов, что по возможностям недалеки от реальных конечностей. Нет времени для создания чипов расширения сознания, что были нужны как воздух тем бойцам, что управляли сверхсложной техникой будущего. Операторы техники, способные подключиться к ней удалённо, не получат от меня учебных центров единения сознания людей и машинных мозгов. Эти проекты и до апокалипсиса оценивались как напряжённый труд сотен и тысяч специалистов на протяжении десятка лет. А теперь и подавно от этих технологий нет толку. Сперва восстановим хотя бы то, что было.
Пожалуй, одним из реально самых полезных объектов исследования, который мы можем с Афиной провернуть за пару недель при надлежащих инструментах, — это плавучие аквасолнечные платформы. Они не обеспечат весь город электричеством на первых этапах, но снизят необходимость восстановления всех сломанных и отключенных электростанций. Не придётся тратить дефицитное топливо на генераторы ради того, чтобы заварить кофе или включить свет в лагере. Базовые потребности людей будут удовлетворены с их помощью — и ладно.
Уверен, мои коллеги, правящие крупнейшими силами на планете и уже успевшие познать всю прелесть терминалов и возможности строительства баз, сейчас бы плюнули на это всё. Всеми силами рвали бы жилы, уничтожая монстров и врагов из числа мятежников, чтобы добыть как можно больше Очков Достижений и запустить строительство энергоустановки из перечня построек проектного бюро.
Зачем париться с какими-то панелями, зачем ставить слабенькие ветряки из подручных средств? Для чего мучиться и чинить электростанции прошлого, работающие на каком-нибудь допотопном угле, если вот тебе новая технология! Новая возможность построить то, что по своим характеристикам заменит несколько электростанций, а места займёт как небольшой магазинчик!
Возможно, не пройди я весь этот путь и не выслушай мнения тысяч людей, умиравших в моих снах вместе со мной, я бы тоже так думал.
Вкинул пару тысяч очков достижений, построил энергоустановки и в ус не дуешь. Только вот очки эти — не бесконечный, легкодобываемый ресурс. Тот, кто будет полагаться только на них, рано или поздно столкнётся с дефицитом. Иссякнут запасы, скорость потребления ежедневных обязательных аптечек, патронов, оружия, бронежилетов или запчастей для сломавшейся техники превысит в разы скорость притока этих очков, и начнётся застой, спад, а в конце и вовсе — деградация. Бунты, недовольство, потеря человеческого достоинства — вот что ждёт таких правителей. Возможно, не в ближайшее время, и даже не в ближайший год, но это неизбежно. Стоит им столкнуться с равным по возможностям и силам соседом, как каждая работающая в тылу старенькая электростанция станет ключом к победе в этом конфликте. И сосед, пустивший ОД не в строительство того, что можно сделать своими руками, а в ПВО, чтобы защитить всё то, что уже у него есть, — будет иметь важное стратегическое преимущество. Так что выбор очевиден — ОД тратятся только на то, что невозможно получить своими силами. Поэтому я не покупаю, скидываясь всеми средствами Круизеров, танковые батальоны. Не закупаю артиллерию будущего, что сравняет базы моих врагов с землёй. Эти вещи, пусть и не настолько надёжные и современные, можно достать и так. Другое дело — экзоскелеты, боевые костюмы, шлемы с интерактивным подключением, способные при помощи Афины достичь сумасшедшего прогресса. Она мой ключик к невероятным возможностям. И именно обеспечение её развития и усиление самих людей я ставлю во главе угла.
Мне незачем разрабатывать микрочипы, исследовать технологии нейромодуляции и все остальное, что было в будущем. Что будет в будущем. У меня есть та, что способна по-своему заменить большинство этих технологий. Может быть, не идеально, зато дёшево и сердито. А людей мы научим использовать этот дар самообучающегося искусственного интеллекта.
«Простите, что отвлекаю, но мы прибыли на место», — отвлекла меня от размышлений моя помощница.
— Да, я вижу… Что тут у нас, подсвети интересующие нас объекты… — попросил я Афину, сидя на крыше очередного безликого серого домика из усеявших многие кварталы Майами.
Фильтры шлема начали свою работу, выделяя более ярким светом авиатехнику, что была видна отсюда.
Аэропорт был разгромлен, и даже до сих пор дымок вился над главным терминалом. Картинка перед моими глазами стояла такая, что в мыслях было лишь одно желание — убедиться, что хоть какая-то техника осталась целой и невредимой. Хотя бы парочка старых, загнанных в ангар самолётов.
— Антенна вроде бы не пострадала…
«Я не могу к ней подключиться. Аэропорты работали до последнего, и я уверена, что нормальной живой электроники внутри диспетчерской вышки не осталось».
— Проверим… Так, что это за движения? — Из главного терминала выходили несколько человек, и я присмотрелся.
Приблизил изображение и понял, что
