Я ее такой не помню. Она похорошела, подтянулась, хотя всегда была стройной. Она словно порхает. София тоже очень счастлива здесь. У нее репетиторы, она постоянно чем-то занята. Правда мне по секрету сказала, что скучает по Тильде и по Кристиане. Мне было тяжело сдержать слезы. Потому что я тоже очень скучаю. Внутри словно заледенело все, в душе поселилась тоска. Ни одного сообщения от Давида, а я все равно постоянно проверяю телефон. Хотя поставила его на беззвучный режим, не хочу, чтобы мама увидела случайно, если он вдруг мне что-то напишет…
Я пыталась объяснить, ей что Ериханов нам помогал, но мама почему-то считает его самым страшным злом.
– Забудь о нем, дочка. Понимаю, что ты с ним много времени провела. Но это точно не тот мужчина, с которым можно строить отношения. Не говоря уже о том, что до сих пор существует опасность, что если он увидит Егора, то захочет его убить…
– У Давида есть очень веские причины ненавидеть Егора, – произношу глухо. – Ты не представляешь, что случилось с Мариной… Об этом даже говорить страшно…
– Вот и не говори! – мама явно настроена защищать противоположную сторону.
– Ее изнасиловали, мам. Причем люди, которых ты теперь считаешь друзьями…
– Я никого не считаю друзьями, Лили, – строго отвечает мама. Её явно злит этот разговор. – Я влюбилась, только в этом всё дело. Да, возможно, если бы я не полюбила, я бы не смогла помочь своему сыну и вам. Но случилось то что случилось. Я благодарна Ериханову за то что обращался с вами хорошо, не обижал… Но пойми, у вас все равно не было будущего, доченька. Вот что важно. Егор всю жизнь будет замаливать свои грехи. Но он твой брат… От своей крови никуда не деться.
– Я понимаю…
– Вижу, что тебе больно, детка. Это пройдет. Время все лечит. Если Давид относится к тебе серьезно… он примет и твою семью. Егор говорит, что между вами были… интимные отношения. Это так? Ты влюбилась в него, или он взял тебя силой?
– Мам, я не хочу говорить на эту тему. Но он не насиловал меня. В отличии от…
– Хватит, Лили! – перебивает строго. – Я твоя мать, и мне не кажется, что задаю какие-то не такие вопросы. Я очень волнуюсь о тебе, девочка моя.
Мама настаивает, чтобы я присоединилась к общему столу за ужином. Мне совсем этого не хочется, с куда большим удовольствием я бы осталась в одиночестве. Но понимаю, что это неприлично, не хочу обижать мать. Тем более она рассказала мне, что ее муж много денег потратил на то, чтобы вызволить меня. Была слежка, чтобы выбрать подходящий момент для похищения. Но вокруг всегда было слишком много людей Ериханова. Я ни разу не замечала, чтобы кто-то «ходил» за мной. В то же время, не верить маме? Она здесь, прислала брата чтобы вытащить меня. Я очень благодарна, что похищения не было. Ни с кем чужим я бы, разумеется, добровольно не поехала.
Когда спускаюсь вниз, за столом уже сидит хозяин дома, его зовут Вадим. Мама вкратце рассказала мне о своем новом муже, сообщила как его зовут. На вид около пятидесяти, в отличной физической форме. Коренастый, крупный. Волосы тронуты сединой. Он не походит на бандита, опасность выдает разве что взгляд, острый как лезвие. В остальном, Вадим скорее похож на влиятельного бизнесмена. Возможно, так и есть. К сожалению в России одно равно другому. Во всяком случае, у Вадима ничего общего с теми мерзкими рожами, что напали на меня во дворе дома. Вспоминаю тот давний случай и меня буквально передергивает от отвращения.
– Здравствуйте, Вадим, – произношу вежливо.
– Рад видеть, Лилиана, – кивает мужчина. – Ты такая же красивая, как твоя мама. Хорошо, что вся семья в сборе.
– Да… спасибо вам за помощь.
Конечно я не излучаю благодарность, скорее депрессию. Надеюсь, Вадим не обидится за это. Притворяться выше моих сил…
– Садись, надеюсь ты голодна. Повар сегодня особенно старался.
– Спасибо… За все. Особенно за то что вы помогаете моей маме.
– Я люблю твою мать. Теперь я тебе вроде как отчим, и хочу сразу сказать, что всю свою семью я защищаю до последней капли крови.
– Не нужно никакой крови… нам никто не угрожает. И не угрожал. Кроме вас, – вырывается у меня. Злюсь на себя за бестактность, чувствую как щеки горят – мама, спустившаяся следом за мной, смотрит с крайним раздражением.
Но Вадим лишь усмехается.
– А ты дерзкая девочка. Чтож, мне нравится твоя смелость. Поверь, вам никто и ничто больше не угрожает. Да, было дело. Твой брат мастер заваривать густую кашу, так сказать. Но все в прошлом.
– Вадим, не обращай на неё внимания. У Лили все ещё стресс, – поспешно говорит мама, подходя к мужу, кладет ладони ему на плечи. Видно, что она действительно испытывает к нему чувства. Кто я такая, чтобы судить её за это?
– Простите. Я действительно еще не отошла, – бормочу смущенно.
Почему-то, несмотря на витающее в воздухе радушие, дружелюбие, мне все равно некомфортно в компании Вадима. В этом доме мои родные… и при этом все чужое. Дарина меня явно недолюбливала, но в ее доме мне нравилось куда больше. Нет ответа почему.
Да, я очень тоскую по Давиду. По Кристиане. Неужели я никогда больше не увижу её? Как и мужчину, который влез мне в сердце?
***
Не выдержав, ночью пишу сообщение Давиду:
Прости меня пожалуйста. Я должна была выбирать между сексом с тобой и своими родными. Знаю, что ты ненавидишь моего брата. Абсолютно обоснованно. Я никогда не прощу Егора за то что натворил. Но сейчас я с мамой и сестрой. Это самое главное. Надеюсь, мы когда-нибудь с тобой увидимся и сможем простить друг друга.
На смс не приходит никакого ответа. Утром просыпаюсь – подушка мокрая, похоже я плакала во сне. Ужасно глупо и сентиментально. Давид использовал меня, пока у него была возможность. Когда понял, что возможности больше нет, что я теперь с семьей, потерял ко мне всякий интерес. Значит надо учиться жить без него. Все равно наши отношения были обречены.
Мама чувствует мое состояние, старается отвлечь. Каждый день то прогулку устроит, то шопинг, поход в кино. Ехать до ближайшего городка не близко, около часа, ведь мы живем очень
