обособленно. Но все равно каждый день выбираемся.
– Смотри какое очаровательное кафе, – говорит когда выходим из небольшого кинотеатра. Фильм был разумеется на французском и я поняла в лучшем случае треть, но в качестве тренинга языка – занятие продуктивное. – Давай зайдем?
Мы заказываем капучино, пирожные.
– Какие у тебя планы, Лили? – неожиданно спрашивает мама.
– О чем ты?
– Мы скоро покинем это место. Как только Вадим закончит текущие переговоры. Этот дом мы арендуем у его друга. Так что многое предстоит решить. Где обоснуемся, например. Мы склоняемся к Лондону. Так Вадиму удобнее всего.
– А тебе?
– Я выберу то, что удобнее мужу, – улыбается мама.
– Ты действительно его любишь, – я не спрашиваю, скорее констатирую то что вижу.
– Да, милая. Я очень счастлива.
– Я рада за тебя. Честно, мам.
– Спасибо, дорогая. Ты тоже обязательно встретишь такого человека. Когда будешь меньше всего этого ждать.
– Я и так совсем не жду, – усмехаюсь.
– Ты решила, что будешь делать? Софи, разумеется, будет жить с нами. Устроим ее в частную школу. Буду очень рада, если и ты решишь жить с нами. Но ты взрослая, и настаивать я не могу…
– Скорее всего вернусь в Россию, – говорю нерешительно. – Наша квартира… Она все еще наша?
– Да, конечно, – улыбается мама. – Я в ней не была с тех пор. Все так закрутилось. Но я на связи с соседкой, Людмила, живет под нами, помнишь ее? Договорилась с ней, за деньги конечно. Она присматривает, даже цветы поливает. Ну а коммуналку я онлайн плачу. У меня конечно была мысль ее продать… Ну какой интерес возвращаться туда? Если можно жить в Европе…
– Ты не думала, что будет если ты ему наскучишь? Или начнутся скандалы?
– Откуда такой пессимистичный взгляд, дочка? Нет, не думала. Мы оба уже не молоды чтобы размениваться на глупости. Нам хорошо вместе. Кстати, у Вадима так много друзей, знакомых. Ты среди них обязательно…
– Мам, умоляю, только этого не надо! Хочешь и мне бандита найти?
– Что за глупости? Вадим уважаемый бизнесмен! Если у него и было какое-то прошлое...
– Я бы поверила, мам, если бы не столкнулась с его коллегами, которые угрожали мне.
– Лили, ты снова все видишь в черном цвете, – вздыхает мама и переводит разговор на Софию, шопинг и прочее.
Глава 27
У мамы в какой-то момент появляется идея-фикс – я должна посетить психолога. Отнекиваюсь, но это бесполезно.
– Это очень помогло мне, дочка, – настаивает на своем. – Хотя бы попробуй.
Психолог, приятная женщина лет сорока, представившаяся Натальей, приехала в особняк. Так что мне ничего не остается, как спуститься в кабинет, для сеанса.
В особняке несколько комнат, оформленных в подобном стиле. Одну занимает Вадим, часто сидит там. Эта же комната – абсолютно идеальное место для сеанса психоанализа. Посреди комнаты пушистый белый ковер, по одну сторону от которого невероятно удобный кожаный диван, по другую – глубокое кресло. Наталья располагается в нем. Я с усмешкой ложусь на диван.
– Вы впервые обращаетесь к психологу? – спрашивает дружелюбно.
– Это идея моей матери. Мне такое и в голову не приходило. Понимаю, что в Европе без этого никак. А мне как-то ближе наш русский менталитет. Решать проблемы самой. Вот, жду не дождусь когда уеду.
– Ясно, – улыбается Наталья.
– Вы давно живете во Франции? Простите, если вопрос нескромный.
– Нет, отчего же. С удовольствием отвечу. Я переехала десять лет назад. Отправилась вслед за любимым мужчиной и нисколько не жалею. Но давайте немного поговорим о вас, Лили.
– Не знаю, что рассказать.
– Начать можно с чего угодно. С конца, с начала, с середины…
Сама не понимаю как, но я разговорилась. Начала… и уже не могла остановиться. Оказывается, мама была права. Мне не нужен был совет, но было очень сильное желание выговориться. Выплеснуть все что накипело. Слушала Наталья замечательно. Поэтому, я становилась все смелее, откровеннее.
– Ничего не скажете? У вас нет замечаний?
– Лили, я не судья. Я очень рада, что у вас получилось открыться. Это глубокая рана. Сейчас может быть так не кажется… Очень плохо, что ваши сложные отношения с Давидом так и остались незавершенными. Нет точки.
– Она есть, – говорю с горечью. – Он ответил мне… молчанием.
– Сложно судить о мужчине лишь по рассказу… Но все же мне так не кажется. Думаю, у вас еще будет встреча. Тебе нужно определиться, Лили, что больше всего мучило тебя в отношениях. Что не нравилось. И сказать ему об этом.
Больше всего меня мучило его равнодушие. Он обращался со мной как с куклой.
Не нахожу сил, чтобы произнести эти мысли вслух.
После сеанса я чувствую полное опустошение. Словно весь день у пилона провела. Ложусь пораньше, и впервые после стольких дней моя подушка утром не мокрая.
Может и правда психотерапия не так плоха, как я думала.
– Мам, спасибо. Мне действительно помогло, – спустившись утром в столовую обнимаю родительницу. Она хлопочет на кухне. Готовит завтрак. В доме полно прислуги, но маме очень нравится готовить для любимого мужа. Видно, что это делает ее счастливой.
– Я так рада, солнышко, – мама сияет.
**
Проходит неделя, еще одна. Я купила билет в Россию, онлайн, и пытаюсь придумать как сообщить об этом родственникам. Вчера мама показывала мне на ноутбуке фотографии особняка в пригороде Лондона. Собирается внести залог за него.
– Ты с нами не поедешь? – огорченно спрашивает София, с которой мы решили поплавать в бассейне. У сестры уже отлично получается, ей очень нравится это занятие. Погода сегодня замечательная, солнышко припекает. Так что мы решили целый день провести на шезлонгах, загорая и плавая.
– Я бы и рада, малыш, но нет.
– Мама сказала, что ты вернешься в нашу старую квартиру. Что там было хорошего, Лили? Разве здесь не лучше? Тут интересно. Мне нравятся новые языки, новые знакомые. Я хочу увидеть Лондон. Много роликов уже посмотрела о его достопримечательностях.
– Это прекрасно, – улыбаюсь.
– Но почему ты не можешь поехать с нами?
Как объяснить Софии, что меня сжирает тоска? Европа, в какую бы ее точку я не поехала, будет напоминать о Давиде. Думать о том, что могу его
