Гектор беззаботно. — Интересная штука, Вик. Я так и не нашел того, кто подбрасывал нам пули. Но...
Он хотя бы не ест, как во время предыдущего созвона, но звуки на фоне все равно не радуют. Бегущая вода, хлопанье дверями, шум слива... лучше не думать, откуда Гектор общается на этот раз.
— Пуль нет, — говорит он. — Они пропали.
«То есть?»
— Нет ни одной. В остальном хранилище вещдоков не тронуто, и я допросил каждого, кто туда заходил в последние дни. Есть идеи?
О, у тебя есть одна, спасибо недавним оглушительным известиям о ссаной супертехнологии. Но озвучивать ее ты не собираешься. Ни Гектору, ни... Амелии. Вопрос «Умеют ли нано собираться, как долбаный трансформер?» хорош, но задать его — значит почти наверняка выдать, что ты вплотную общаешься с полицией. Ты не уверен, что Крест отреагирует на эту новость положительно. Даже с учетом того, что Гектор копает под корпорацию. Вполне возможно, последнее только усугубит ситуацию — Амелия явно настроена вернуть себе «Эккарт» и души в ней не чает.
Пусть этот вопрос... озвучит кто-то другой.
Ты отключаешься от звонка Гектора, написав, что подумаешь над новыми данными, и посылаешь запрос Триалу. Быстро пишешь техзадание, переводишь на их счет аванс.
Тебе нужна одна маленькая фейковая новость. О непонятном существе технического происхождения, которое способно исчезнуть и появиться, рассыпаться песчинками и вновь собраться. О крохотном фениксе вашей дорогой, извращенной Греции.
Когда Амелия узнает об этой новости, она будет в шоке. И, возможно, в ужасе. Ты помнишь ее реакцию на первое появление нано и уверенность в том, что Триада не продвинулась с ними далеко... И ты собираешься сфабриковать слухи о технологическом прорыве.
...Ну, если это начнет грозить катастрофой, то ты всегда можешь заказать опровержение. Ты смотришь правде в глаза — ты та еще эгоистичная скотина, и лучше пусть Амелия поседеет, чем узнает о твоих связях с корпоративным агентом.
Но раз все это так логично и ожидаемо, то откуда в тебе столько тупого азарта? Неужели тебе становится мало двойной жизни и надо начинать жонглировать тикающей бомбой, чтобы поддерживать себя в порядке?..
Ты проглатываешь таблетку. Ты почти перестал считать часы, это пугает.
— Что-то интересное? — вкрадчиво спрашивает Амелия. — Ты не отрываешься от наладонника.
— Что-то странное. — Ты и не думаешь отнекиваться. — На досках объявлений, откуда я обычно беру задания, какие-то стремные слухи.
Триал работает быстро, а Амелия пока что, к счастью, больше занята реалом и координированием работы своих людей, так что не полезет выяснять все прямо сейчас. Она явно отметила твое волнение, но это тоже не страшно — в конце концов, у тебя есть все причины волноваться. Ты барабанишь пальцами по коленям, возвращаясь к реальности.
Все правильно — ты нервничаешь. Потому что ты никогда раньше не видел Бумажного Веера... И исключительно поэтому.
16. Королева улья
Тебе нравится открытое пространство. Относительно открытое, конечно. Доки не сравнить с теми же окраинами — контейнеры высятся над тобой, стрелы грузовых кранов перечеркивают небо красным иксом. Но все равно это лучше, чем очередная узкая улица, полуразрушенная мастерская, подпольная лаборатория или чертов склад. Обычные люди не подозревают, сколько в Аркадии складов. Ты всерьез думаешь, что каждый более-менее серьезно настроенный преступник или удачливый виджиланте обзаводится собственным — ну или зовет его таковым. Это как будто первый пункт в списке любого негодяя. Или героя... Ты всегда их путаешь.
Ты с интересом смотришь в сторону плавучего дока, который видел через дронов Светы, но Амелия указывает в противоположном направлении.
И место встречи... склад. Ради разнообразия, открытый, предназначенный для тяжелых грузов, но все равно склад.
Черт.
К нему ведут длинные бетонные фундаменты с рельсами, Амелия взбирается на блок и идет, беззаботно размахивая руками, пока Рут внимательно оглядывает окрестности. Ты мотаешь головой в ответ на ее взгляд — на твоих дисплеях только сигнатуры Креста, перекинутые тебе Светой. Путь, скорее всего, чист.
Бо и Света останавливают фургон с противоположной стороны опорной платформы, но покидает машину только Бо. Света показывается из люка на крыше, чтобы шутливо отдать честь Амелии и тут же скрыться. Скорпион на мотоцикле пробирается ближе всех к складу и спешивается у опоры козлового крана. Он задирает голову вверх, глядя на мост с подъемным механизмом. Ты не видишь лица — он уже снова в маске — но уверен, что его выражение тебе не понравится. Чуть дальше по пути между рельсами криво лежит внушительный грузовой контейнер — место действия явно освобождалось в большой спешке.
Амелия минует и опоры, и контейнер, даже не оглянувшись, но ты отмечаешь, как при ее появлении двигаются точки на дисплеях — группа подбирается ближе к складу. Повернув голову и увеличив изображение, ты видишь, что водитель грузовика, стоящего неподалеку, надевает черную маску с белым крестом в круге. С другой стороны, между уложенными друг на друга контейнерами, ты замечаешь чье-то тело в луже крови. Красные брызги четко видны на ярко-желтой металлической стене.
Но это не Триада. Ты видел, как они работают — они бы не ограничились только разведчиками, да и в прошлый раз разведчиков заменяли дроны. Небо сейчас — чистое.
Рут и Бо надевают маски по пути, Амелия, как обычно, нет. Ты невольно думаешь, что Триада и Крест выстроили свои преступные империи с одной ключевой разницей: никто не знает, кто такой Дракон; но все знают, кто такая Амелия. И сейчас толпа мелких бандитов окружена, и на горизонте не видно подмоги. Да, ты помнишь, что они сами не обратились к Дракону, надеясь вернуть свои деньги, но все же вот факт — они одни перед лицом врага, и всесильный Дракон все еще лишь полумифическая фигура где-то в темноте Аркадии, тогда как глава Креста открыто шагает в окружении своих людей.
На месте Влада сотоварищи ты бы задумался, на тех ли ребят работаешь.
Ты уже проходил это — власть невидимых, недоступных, но могущественных людей, которые не придут на помощь, если ты где-то залажаешь. Их фигуры всегда стояли за твоей спиной во время работы на государство. Но тебя оправдывают программы в мозгу, а тот страх, что испытывают пешки перед своим королем, тебе незнаком. Они выстраивали вашу связь на алгоритмах и протоколах, а не имидже и влиянии. У тебя не было выбора тогда, а как только он появился... вернее, как только появился один-единственный призрачный шанс на него
