возникнут проблемы, – ответил профессор Каори, пошевелив лихо закрученными усами. – Вас выведет профессор или командир, так что не сдавайтесь и не думайте, что мы о вас забыли. – Он посмотрел на свои карманные часы. – Не забудьте рассредоточиться и используйте каждый фут этой долины в своих интересах. Сейчас девять, значит, они должны появиться с минуты на минуту. Единственное, что мне остается, это пожелать вам удачи.
Он кивнул, окидывая взглядом нашу толпу с таким пристальным вниманием, что я поняла: потом он сможет воссоздать этот момент в проекции.
Затем он ушел, широко шагая вверх по холму справа от нас, и исчез среди деревьев.
Мысли закружились в голове. Время пришло. Я либо покину этот лес как всадник… либо не покину никогда.
– Будь осторожна. – Рианнон обняла меня, ее косы скользнули по моим плечам, когда она крепко обхватила меня.
– Ты тоже. – Я обняла ее в ответ… и тут же оказалась еще в одних объятиях.
– Не умирай, – велел мне Ридок.
В конце концов, это была наша единственная цель. И вот те, кто остался от нашего отряда, разделились и каждый направился в свою сторону, словно нас разбросало центробежной силой, милостью вращающегося колеса судьбы.
* * *
Судя по положению солнца, прошло не меньше двух часов с тех пор, как драконы пронеслись над нашими головами, приземлившись в долине, – это прозвучало, словно череда громовых раскатов, и заставило землю содрогнуться.
Я уже встретила двух зеленых, одного коричневого, четырех оранжевых и…
Мое сердце замерло, а ноги словно приросли к лесной дорожке, когда в поле моего зрения попал красный дракон, голова которого виднелась высоко-высоко, прямо под пологом огромных деревьев.
Это был не мой дракон. Я не знала, откуда именно, но я знала.
Я задержала дыхание, стараясь не издать ни звука, когда его голова качнулась вправо, затем влево, и опустила глаза, почтительно склоняя голову.
За последний час или около того я видела, как драконы взмывают в воздух с кадетами – теперь уже всадниками – на спине, но я также видела и клубы дыма, а у меня не было желания стать горкой пепла.
Дракон вздохнул, затем продолжил свой путь, его когтистый хвост взмыл вверх и зацепил одну из низко висящих веток. Сучья начали падать на землю с чудовищным треском, и только когда шаги стихли, я наконец подняла голову.
Я встретила драконов всех цветов, и ни один из них не заговорил со мной и не дал мне того ощущения связи, которое, по преданию, мы должны чувствовать.
Желудок болезненно сжался. Что, если я одна из тех курсантов, которым суждено никогда не стать всадниками? Та, кого снова и снова возвращают на первый курс, пока в конце концов что-то не заставит меня вступить в смертельную схватку? Неужели все было напрасно?
Эта мысль была слишком тяжела, чтобы нести ее.
Может быть, если бы я могла увидеть Долину, ставшую полем для Молотьбы, целиком, у меня появилось бы чувство, о котором говорил профессор Каори?
Я поискала взглядом ближайшее дерево, на которое можно забраться, и полезла вверх, перебираясь с ветки на ветку. Боль тут же вспыхнула в руках, но я не позволяла ей отвлекать меня. Кора цеплялась за бинты, которые все еще скрывали мои ладони… Теперь они страшно бесили, заставляя останавливаться через каждые несколько футов и отрывать ткань от коры.
Я была уверена, что самые высокие ветви не выдержат моего веса, и остановилась, забравшись примерно на три четверти дерева, чтобы осмотреть окрестности.
Неподалеку от меня, слева, два зеленых дракона ярко выделялись на фоне осенней листвы. Как ни странно, именно в это время года у оранжевых, коричневых и красных было куда больше шансов слиться с окружающим миром. Я огляделась по сторонам и заметила еще пару драконов на юге, но не ощутила никакой тяги, никакой болезненной потребности направиться в ту сторону, что, вероятно, означало, что это тоже не мои.
Облегчение накрыло меня с головой, когда я насчитала по меньшей мере с полдюжины первокурсников, бесцельно бродящих туда-сюда. Я не была счастлива по поводу того, что они тоже не нашли своих драконов, но, по крайней мере, я оказалась не одна такая, и это вселяло надежду.
На севере виднелась небольшая поляна, и, посмотрев в ее сторону, я прищурилась, когда солнце ярко блеснуло, отражаясь от чего-то, как от зеркала.
Или как от золотого дракона.
Видимо, маленький перьехвост был все еще здесь, утоляя свое любопытство. Похоже, идея забраться на дерево, чтобы найти своего дракона, оказалась несостоятельной, так что я осторожно и как можно тише полезла вниз. Подошвы сапог ударились о землю как раз в тот миг, когда неподалеку послышались голоса, и я прижалась к стволу, чтобы спрятаться от посторонних глаз.
Нам ведь не следует собираться в группы.
– Говорю тебе, что видел его, и оно тащилось сюда. – Я мигом узнала наглый голос Тайнана.
– Лучше бы ты был прав. Если мы проделали весь этот долбаный путь, чтобы ничего не найти, я в тебе дыру сделаю. – Мой желудок тут же скрутило. Это был Джек.
Ничей другой голос не оказывал на меня такого чисто физического воздействия, даже голос Ксейдена.
– Ты уверен, что нам стоит тратить время не на поиски собственных драконов, а на то, чтобы охотиться на этого урода? – Узнавание тенью пронеслось на грани разума, но для верности я чуть высунулась из своего укрытия, чтобы удостовериться. Да, это был Орен.
Я нырнула обратно за дерево. Как раз вовремя. Троица «охотников» прошла мимо, каждый из них – вооруженный длинным смертоносным мечом. К моему телу в разных местах были прикреплены ножны с девятью кинжалами, так что я не была безоружна, но все равно чувствовала себя трагически ущербной из-за неспособности эффективно владеть мечом. И противостоять ему. Они просто охренительно тяжелые.
Подождите… а о чем они вообще говорили? На кого охотились?
– Наши драконы не свяжут себя с другими всадниками, – огрызнулся Джек.
– Они будут ждать нас. А сейчас есть дела поважнее. Из-за этого мелкого кто-то погибнет. Мы должны убрать его.
Тошнота подкатила к горлу, а ногти впились в ладони.
Они попытаются убить маленького золотого.
– Если нас поймают, нам крышка, – прокомментировал Орен.
Это еще мягко сказано. Я не могла представить, что драконы будут рады убийству одного из своих. Но раз уж они сосредоточены на отсеве слабых в человеческом стаде, то, может, они так же жестоки с себе подобными…
– Тогда тебе лучше закрыть рот, чтобы нас никто не услышал, – возразил Тайнан, и его голос прозвучал так неуместно насмешливо, что мне захотелось ударить его по лицу.
– Это лучший выход, – подвел итог Джек, понизив голос. – На нем нельзя ездить, он стопроцентный урод, к тому же все мы знаем, что перьехвосты бесполезны в бою. Они отказываются сражаться.
Его голос постепенно стихал – по мере того, как они шли дальше, направляясь на север.
Как раз в сторону поляны.
– Проклятье, – пробормотала я себе под нос максимально тихо, хотя эти засранцы уже были вне пределов слышимости.
Никто ничего не знал о перьехвостах, поэтому я не понимала, откуда Джек черпал информацию, но сейчас у меня не было времени сосредоточиться на его предположениях.
У меня не было возможности быстро связаться с профессором Каори, и ничто не намекало на то, что старшие всадники наблюдают за этим участком долины, так что я не могла рассчитывать на то, что они остановят это безумие. Золотой дракон должен уметь дышать огнем, но что, если он не умеет?
Есть шанс, что они его не найдут, но… Проклятье, я даже себя не могла убедить в этом. Они направлялись в нужную сторону, а этот дракон сиял, как маяк. Они найдут его.
Мои плечи опустились, и я закинула голову к небу, разочарованно
