Жаль всё же, что пришлось ставить щит на эмпатию, из-за этого не почувствовал перемены настроения Яра, и то, как он вскочив, быстро стал натягивать на себя первое, что попадется под руку, стало для меня неожиданностью. При этом он старался прикрыть свое лицо волосами, но я точно заметил блестящие от еле сдерживаемых слез глаза. Затем парень так же молча выскочил из комнаты, напоследок с обидой взглянул на всех, причем досталось даже молчавшему всё это время мне. Странно, ведь он сначала явно был настроен на скандал. Что же так его задело в словах оборотня? Неужели последние слова про подстилку и шлюху?
Похоже поведение Яра даже оборотня удивило. Как и я, он был, похоже, уверен, что парень начнет хотя бы защищаться, а не так просто возьмет и сорвется неизвестно куда. Зато судя по судорожно сжимающему виски Морнио, тому сейчас было на всё наплевать, кроме своей головной боли.
Не успел я прийти в себя от всего этого, как со стороны гостиной раздалось заковыристое ругательство и на пороге возник наш куратор.
— Вы что творите, сучьи дети?! Почему я должен ходить и искать своих адептов?! Полгруппы не явились на занятия! И какой дикарь умудрился взломать защиту в этот номер? Вы хоть понимаете, что за это вас, как минимум, к декану вызовут и заставят платить штраф?
Мы недоуменно переглянулись все. Похоже даже оборотень был не в курсе кто так поработал с защитой номера, неужели вчера сам Яр умудрился взломать собственную комнату?
Тут взгляд оборотня потемнел и парень будто с лица спал, он нагнулся зачем-то возле так и валяющегося на пороге мухлика, который кажется только к этому времени начал подавать признаки жизни. Судя по удивленной морде, тот как раз сейчас пытался сообразить где он и что вокруг него творится.
— Это чё? — рявкнул оборотень на ничего не понимающего мухлика. Еле подавил в себе идиотское желание пожалеть это существо, на которое переключилась злоба Факаса.
— Где? — дрожащим голосом скрипнул мухлик, испуганно оглядываясь в поисках по-видимому своего хозяина.
— Это амулет Яра? — всё же снизошел до объяснений оборотень, вынимая небольшую сосульку из подрагивающих лапок мухлика.
Заметив быстрый кивок, оборотень отчего-то испуганно оглянулся на нас, и только тогда я сообразил о чем шла речь. Похоже Яр забыл свой защитный амулет и сейчас вышел за дверь полностью открытый. Вот тогда и мне по-настоящему поплохело.
Глава 7
Сандр Морнио
Такое изумительное утро. Такой безумный финал. А как все неплохо начиналось вчера…
После бодрящей побудки и первой части оперы 'по ком звонит колокол', мы все как зачарованные уставились на хрустальную сосульку, поблескивающую на шнурке в лапе оборотня. Не знаю, как остальные, но я мгновенно протрезвел, и даже голова прошла. Прихватив с собой мое будущее счастливое супружество. Если мы не успеем…
Мысль была прервана дверью — чуть не убившей нашего куратора. Отлетев видимо от мощного пинка, она шибанула ему прямо по спине и он свалился на Кита, стоявшего рядом. Но змея — она змея и есть, потому, чуть покачавшись, наг умудрился устоять на ногах и не дать нашему куратору расквасить свой длинный нос.
Ворвавшийся блондинистый ураган, сверкающий голубыми глазами просто смел Мията к стене и ухватив его за шею прорычал таким тоном, что у нас кровь застыла в жилах:
— Ты, меррзавец! Где Яр, и почему у тебя его амулет?
Я впечатлен. Нет, в самом деле, это нечто — сейчас стучащее проклятым оборотнем по стенке — это же старший брат моего женишка! Кто б сказал, что этот красавец, излучающий леденящее презрение может так разъяриться. Просто вулкан страстей! Следя, как посверкивает кулончик в лапе удушаемого, я наслаждался зрелищем, пока следующие слова моего будущего шурина не восхитили меня еще больше.
— И что тут, Швах возьми, вообще творится?
Это он в точку. Сам понять не могу, чего это Мият с Яром ТАК взбеленились, или…Нет, не может быть! Мой жених ведь не влюблен в эту черную образину?… Хотя, оборотень почти до слез его довел. А это может только близкий сделать…Проклятье!
Тут проснулся куратор:
— Что вы себе позволяете? Вы — кто?
— Брат!! А вы? Вы все — что здесь делаете?
Тут наг встрепенулся, наконец отпустив куратора.
— Они тут немного…поругались. И Ярош убежал.
Блондин выпустил оборотня, и, вырвав у него амулет, резко повернулся, взмахнув кудрями. Изогнув соболиную бровь, он не терпящим возражений ледяным тоном процедил:
— Я не обнаружил брата за завтраком. И начал волноваться, как видно, не напрасно. Вы раздраконили необученного вэзето, и так просто, отобрав у него амулет защиты, его отпустили?! Вы, — он пронзил куратора яростным взором: — его куратор, как ВЫ могли такое допустить?
Тот даже опешил от таких нападок и смог лишь что-то проблеять в ответ.
Кит опять вставил было свои пять камелек.
— Да мы, собственно… он сам амулет забыл…
Блондин приморозил нага к стенке взглядом. Метнувшись к разноцветному недоразумению, все еще сидящему на пороге комнаты, за шкирку соскреб мухлика с пола и потряс. Мухлик, вяло потелепавшись в его сильной руке, тихо поджал лапки и с глубочайшей преданностью уставился в искаженное гневом лицо.
— Кока, где твой хозяин? — вкрадчиво поинтересовался блондин.
Но от его голоса даже у меня живот свело. Мият шумно сглотнул. Мда, мне тоже страшно…
А мухлик попытался изобразить обморок. За что и поплатился. Взбешенный брат просто стукнул его малюсеньким голубым разрядом молнии, стекшей с его изящной кисти. Мухлик дрыгнулся и умоляюще пропищал:
— Господин Гарриш, он недалеко, тут рядышк… Ооо…
— Что?! — выдохнул Мият, зверея на глазах.
Блондин, встряхнул мухлика еще раз.
— Кажется, на хозяина напали… Четверо… нет, пятеро! Трое держут, а двое…ээ..- и мухлик, зажмурив веко, притворился дохлым.
— Веди, гаденыш, — ласково прорычал заботливый брат, и впарил в разноцветный труп сразу пяток молний.
Впервые вижу такой способ реанимации, думал я, на бегу впрыгивая в штаны, сапоги, схватив рубашку, ломанулся за остальными, возглавляемыми рослым Гарришем, бегущим плечо в плечо с Миятом.
Яр
Жгучая обида захлестнула меня, я даже чуть не разревелся при всех, как сопливый пацан, только чудом удалось сдержать слезы и не подать виду. Как одевался и выскакивал из комнаты — даже не запомнил, все силы уходили на то, чтоб не свернуться клубочком в углу и не утонуть в жалости в себе. Нет уж, фиг я кому-то доставлю удовольствие видеть, как сильно меня задели слова этого мудилы.
