Смотрю в его заспанные, но такие любимые голубые глаза, и на душе так хорошо становится. Вспоминаю те дни, когда он казался мне непостижимым.
Тем мужчиной, что вмиг забрал сердце и внёс яркие краски в мою жизнь, расписанную отцом.
А теперь… он мой, спустя столько лет грёз о нём. Лежит, глаза трёт и в ответ улыбается.
Делаю ещё один шаг, хочу обнять его и поцеловать, однако в следующую секунду происходит нечто ужасное, то, чего боялась больше всего.
– Витяяя… – слышу знакомый, елейный голос, – ты чего двигаешься?
С другой стороны кровати включается ночник, и я вижу, как женская рука тянется к Вите, пытаясь обвить талию.
Витя расширяет глаза, словно так же, как и я, удивлён присутствием женщины в его постели. Замирает, затем оборачивается назад и подскакивает с места, как ошпаренный.
– Твою ж мать…
От резкого движения простыня, прикрывающая его тело, падает, и Витя предстаёт передо мной полностью голым…
Перевожу взгляд на кровать… А там, подперев голову рукой, лежит… та самая девушка, с которой говорил Витя у подъезда…
Анжела… кажется.
Она привычном образом откидывает свои волосы назад, открывая моему взору обнажённую грудь и плоский живот…
А я стою, не знаю, что и сказать. Реальность накатывает так быстро, словно холодной водой обливают…
Мои руки опускаются вниз, и я делаю шаг назад, чувствуя растущую пустоту в груди.
Моя душа умирает частями…
Распадается на атомы и уносит в пучину безнадёжности.
– Анют… – раздаётся голос Вити, но только от одного его звучания, меня скручивает пополам.
Как? Как он мог?!
– Наверное, я этого заслужила, да, Вить? Наверняка надоела… – мотаю головой, чувствуя, как по щекам одна за другой катятся слёзы…
Он нагибается, начинает подбирать вещи… а там не только его, но и этой Анжелы …
Чёрт, от счастья находиться рядом с ним, я не видела ничего, кроме его глаз…
Таких любимых и теперь таких … далёких.
А затем словно по щелчку пальцев, мне становится так плохо… Так плохо, что не выразить словами, это просто нестерпимо, словно отобрали кислород, выбили почву из-под ног.
Сорвавшись с места, я несусь к выходу…
Тошно… не хочу видеть их вдвоём.
Витя что-то кричит, зовет меня, а я, задыхаясь от рыданий и быстрого бега, спешу покинуть это место…
Выбежав за дома, осматриваюсь по сторонам. Не знаю, куда идти.
Перед глазами пелена… Смахиваю слёзы рукой.
Думай, Аня… думай.
Вдруг раздается громкий грохот, заставляющий меня вздрогнуть…
Кажется, это подъездная дверь.
Оборачиваюсь и вижу, как, надевая футболку, в одних шортах, выходит Витя и начинает искать меня глазами.
А я не хочу с ним говорить… Потому, что все мои подозрения были не напрасны.
А значит, терять мне больше нечего.
Машу рукой, пытаясь словить такси и…
– Аня? – возле меня резко затормаживает знакомый мотоцикл. – Это ты?
Не обращая внимания, я сажусь к нему и громко командую:
– Д-да… Езжай, прошу быстрее, – он кивает и давит на газ, а я оборачиваюсь, тут же встречаюсь с растерянными глазами Вити.
Он делает шаг ко мне, но мы уже срываемся с места.
– СТОООЙ! Бл*ть, АНЮТА!
Слёзы не переставая катятся по щекам, а внутри пустота… дыра, которую ничем не залатать, но уже плевать…
Я всё для себя решила.
– Куда едем то? – кричит здоровяк, с которым я пила когда-то на спор.
Да, чёрт возьми… случайность или нет, но это именно тот самый мужик, бросавший мне вызов в рокерском баре.
– Сейчас подожди, – шепчу ломаным голосом.
Достаю телефон и печатаю сообщение одному человеку. Через две минуты, приходит ответ.
Диктую… а по дороге, выбрасываю свой мобильный, зная, что с помощью него, Витя сможет меня легко найти.
Мы едем так около часа, а затем останавливаемся возле высокого ограждения.
Я встаю с мотоцикла, как на автомате обнимаю здоровяка, прощаюсь и направляюсь к двери.
От напряжения, чувствую гул в ушах, мы словно в вертолете, который быстро взлетает… Земля под ногами покачивается.
Звоню в домофон… Ожидание длится меньше минуты. Стою как вкопанная, но назад пути нет. Сердце колотится. Хочу, чтобы этот длинный бесконечный день, наконец, закончился. Хоть как-нибудь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Район скудно освещен. Фонари здесь реагируют на движение, и получается так, что улица застелена чернотой и лишь я одна стою в круге света.
Вдох-выдох.
Калитка открывается сразу широко, на пороге стоит…
– Проходи, – мужчина отодвигается в сторону и впервые называет меня не полным именем, отчего я вздрагиваю сильнее: – Аня.
Я шагаю в неизвестность.
Не знаю, что меня ждёт дальше, но назад пути уже нет...
Глава 25. Тимур
*За месяц до приезда Ани в город
Дверь передо мной отлетает, и я спокойно прохожу в кабинет. Позади возмущается секретарша, начинает бежать за мной, и судя по звукам, спотыкается.
Идиотка.
Ничего меня не остановит.
– Михаила Васильевича ещё нет! – истошно вопит. – Вы… вы что себе позволяете?! Я вызову охрану! Стойте, мужчина!
Нехотя поворачиваю к ней голову, ловлю взгляд, и она тут же сникает.
– Я… я…
Теряется, опуская голову.
– Где он? – обвожу пространство глазами и быстрыми шагами направлюсь к столу.
– На… на обед вышел… Подождите, я позвоню!
– Если через пять минут его здесь не будет, – сажусь на кресло, открываю ящик и достаю сигары, – от офиса останется только пепел.
– Вы… вы шутите?
Затянувшись, выпустил несколько клубков дыма и только после этого ответил:
– Нет.
Она зажала рот рукой, развернулась и побежала к выходу, одновременно нажимая на экран своего телефона.
– Что происходит? – слышу писклявый голос где-то поблизости. – Как ты позволила постороннему зайти в мой кабинет!
Глянул на часы.
Три минуты.
– Это что за произвол? Какое вы имеете право садиться за мой стол?!
Удовлетворённо откинулся на спину кресла и развернулся к нему.
– Ну здравствуй, Ми-ша.
– Басманов? – он моргнул несколько раз, как будто не верил в происходящее.
Я приподнял бровь.
– Значит знаешь, кто я, – хмыкнул. – И понимаешь, зачем я пришёл.
Глазами начинает искать путь отступления, да только хрен он отсюда выйдет.
Все сроки уже давно вышли, а этот сидит спокойно у себя в офисе, ждёт чего-то.
Бизнес и квартиру заложил.
Как будет расплачиваться?
Впрочем, меня это не должно волновать.
– Ну, – лениво проговариваю. – Когда долг отдавать будешь?
– Так в банке ещё неделю дали, – мямлит он еле слышно. – Так что…
Резко подскакивает, когда на его плечи опускаются руки моей охраны, которая всё это время стояла в коридоре.
Усмехаюсь.
Смертник.
Назар бы даже разговаривать с ним не стал потому, что знает… С такими диалог короткий.
– Ты… – смотрит на мою руку.
– Вы, – затянулся сигарой и пустил облако дыма к потолку. – Со мной только на «вы».
– Тимур Ильдарович, – сбоку донёсся голос моей охраны. – Давайте мы с ним лучше разберёмс…
Поднял указательный палец вверх, давая понять, что не время.
– Не стоит. Михаил отдаст всё сегодня, не так ли?
Перевожу взгляд на него, а тот не двигается. Всё смотрит на меня неверующе, словно призрака увидел.
– Ваш отец Ильдар? Басманов Ильдар?
Прищурился. Отца знали многие в городе, хотя основной бизнес у нас и не здесь, поэтому неудивительно.
– Тему не переводи, – резко обрываю его. – Как будешь отдавать долг? Твоя компания этих денег не стоит, машина, квартира тоже, а сегодня последний срок выплаты. Я не намерен весь день ждать. Моё время очень дорого стоит.
Он поджал губы, осторожно начиная:
– У меня есть дочь…
– И? У твоей дочери есть лишние пятнадцать лямов?
Усмехнулся.
На что надеется этот мужик?
– Я могу её вам предложить, – с дрожью в голосе наконец произнёс он. – В уплату моего долга.
