придан эпитет «морских или водяных»; молоко их есть живая вода – дождь. С весенними дождями оканчивается владычество Зимы, и возрожденная природа является в своем роскошном убранстве, что и выражено басней о купании в кобыльем молоке.
Вместе с героем сказки отправляются на летучем корабле разные спутники, принадлежащее к породе великанов: а) Объедало, который разом пожирает двенадцать быков, хлеб кидает в рот полными возами, и все кричит: мало! б) Опивало, которому целое озеро – на один глоток становится; опорожнить сорок огромных бочек вина – для него ничтожное дело! в) Скороход – на одной ноге идет, а другая к уху подвязана; если он захочет воспользоваться обеими ногами, то за один шаг весь свет перешагнет. г) Стрелок, который на тысячу верст так метко попадает в цель, что ему ни почем попасть в глаз мухи. д) Чуткой – слух его такой тонкий, что он слышит, как трава растет; прилегая ухом к земле, он узнает, что на том свете делается. е) Мороз-Трескун или Студенец – он входнт в чугунную, докрасна накаленную баню, в одном углу дунул, в другом плюнул, – глядь – уж везде иней да сосульки висят! ж) Наконец с старик с вязанкой дров, которые стоит только разбросать, как вмиг явится бесчисленное войско. Царь, отец красавицы, требует от доброго мо́лодца, чтобы он заявил свою богатырскую мощь. И вот по приказу царскому выставлены для него горы печеных хлебов, двенадцать жареных быков и сорок бочек вина: надо все съесть и выпить. В этом деле помогают ему Объедало да Опивало. Потом приказывает царь мо́лодцу, чтобы он в короткое время, пока будет обед продолжаться, добыл и принес живой воды. Вместо молодца, бежит за водою Скороход, но на обратном пути засыпает крепким сном. Чуткой услыхал его храп и сказал Стрелку; Стрелок разбудил соню своим выстрелом, и живая вода была доставлена вовремя. Мороз-Трескун спасает мо́лодца от раскаленной чугунной бани; а старик с вязанкой дров выставляет столько войска, что царь покоряется и уступает жениху свою прекрасную дочь. Вариант, сообщенный г. Худяковым[532] отличается некоторыми особенностями; в нем выведены еще два богатыря: Дубыня и другой, с такой силой дующий из своих ноздрей, что за тысячу верст вертит крылья мельницы, гонит корабли, опрокидывает и уносит на воздух царские войска. Является в некое царство добрый мо́лодец Ивашко, и слышит – всему народу объявлено, что царевна выйдет замуж за того, кто ее перегонит и прежде ее принесет из колодца воды; а кто возьмется за такой подвиг, да не перегонит – с того голова долой. Сама же царевна куда шибко бегала! Ивашко выставил за себя скорохода; – понесся скороход быстрее стрелы, добежал до колодца, почерпнул в кружку – и назад; на половине дороги поставил кружку наземь и утомленный лег спать, – а царевна еще далеко до колодца не добежала; увидала спящего соперника, взяла его полную кружку, а свою пустую оставила на месте, и повернула домой. Пробужденный стрелой, Скороход успел сбегать к колодцу и воротился с водой раньше царевны. Не захотелось царю выдавать дочери за Ивашку, – вздумал откупаться деньгами. Ивашко потребовал столько золота, сколько один человек поднять может, и велел собирать со всего царства холсты и шить огромный мешок. Сшили мешок, наполнили золотом; думают – никто не подымет; а Дубыня взял его и спокойно понес. Жалко стало царю золота, послал за богатырями в погоню большое воинство. Ивашко с товарищами уже плыли в ладьях по морю; видя то, и царское войско посажалось на корабли и пустилось за ними. Тогда тот из богатырей, что был мастер дуть, поднял сильные ветры: из одной ноздри направил он вихрь против царских кораблей, а из другой подул на свои собственные паруса; корабли назад отбросило, а ладьи живо к другому берегу прибило. Точно такая же сказка есть у сербов. «Дjевоjка бржа од коња»[533]. Красота этой девицы описана так:
«Била je некака ђeвojкa кoja ниje poђena од оца и мajкe, него je пачиниле виле од сниjега изваћена из jaмe бездање према сунцу Илиjнскоме, вjeтap je оживио, роса je подоjила, а гора литћет обукла и ливада цвиjећем накитила и наресила. Она je била бjеља од сниjeгa, румениjа од ружице, cjajниja од сунца»[534].
Чудная дева объявила по всему свету: кто, сидя на коне перегонит ее, за того она пойдет замуж: но такой подвиг был весьма труден, потому что на бегу она выпускала «некака мала крила испод пазуха» и с помощью своих крыльев неслась быстрее всякого коня. Не менее любопытна итальянская редакция сказки[535]: Масционе отправляется закупать товары, на пути встречает разных богатырей и берет их с собой. – Я, говорит о себе один из богатырей, называюсь Молния из Стрелограда и могу бегать также быстро, как ветер. – Меня, говорит другой, называют Заячье ухо из города Любопытных: если я прилягу ухом к земле, то узнаю все, что делается на белом свете. – Мое имя, замечает третий, Хорошо стреляй из местечка Прямо-в-цель. – А меня, прибавляет четвертый, зовут Дуй-богатырь (Blasius) из Ветрограда; своим ртом я могу производить всякие ветры: захочу – и повеет тихий зефир, вздумаю – и зашумит свирепой бурей! – и в подтверждение своих слов, он начал дуть так сильно, что поднялась буря и низвергла целые ряды вековых дубов. – Мое имя, говорит наконец пятый, Крепкая Спина, родом из Твердой Скалы; я могу поднять на плечи громадную гору, и она покажется мне не тяжелее пера. Спутники прибыли в некое государство, где царствовал король, а у него была дочь, которая бегала с быстротой и легкостью ветра: когда она неслась по нивам – под ее стопами даже не гнулись колосья! Король обещал выдать свою дочь за того, кто превзойдет ее в беге. Богатырь-Молния опередил ее; но король назначил перебежку, а королевна подарила своему сопернику перстень, с волшебным камнем: тот, кто надевал этот перстень на палец, ни за что не мог тронуться с места. Заячье Ухо прислушался и узнал про коварный умысел; стрелок пустил с тугого лука стрелу и сбил с кольца волшебный камень; королевна была побеждена, король предложил за дочь выкуп, и Крепкая Спина забрал у него все серебро и золото.
Все эти сказочные богатыри суть олицетворения могучих сил природы. Опивало есть особенное имя Бога-громовника, рушителя и разверзателя дождевых туч; поглотив в себя целое море, он низвергает потом из своей пасти воду, и шумными потоками затопляет все окрестные поля и луга. В одной норвежской сказке
