от первой процедуры вообще эффект будет? Если нет, тогда обычный какой-нибудь давайте.
— Будет, — пообещала девчуля, сладко-пресладко улыбаясь.
— Вот и чудно. Всё. Пусть релаксирует, пока мы с парнями в хамаме тусим.
Увидев парня-массажиста, я поначалу засмущалась. Ну всё-таки я практически голая, как-то неприятно было непонятному мужику себя доверять. Но потом выдохнула: чего бояться? Это же сугубо медицинская процедура.
С самого начала всё пошло наперекосяк.
Мужик, примерно мой ровесник, начал излишне суетиться, перевернул какие-то банки с маслами, уронил халат. Мямлил что-то непонятное и постоянно краснел.
Сначала я вообще решила, что он заика, поэтому принялась усиленно ободряюще улыбаться, мол, не переживай, всё нормально, я тебя поняла. Мужик, наконец, взял себя в руки, и какое-то время все было относительно нормально. Я даже успокоилась. Но когда мне на плечи полилась какая-то жирная невероятно горячая жижа, я возмутилась.
Мужик снова начал мяться. И по-хорошему надо было валить ещё тогда, но я должных выводов не сделала.
Ладно. Нормализовав температуру масла, массажист, наконец, приступил к своим прямым обязанностям. Повертел меня как куклу так, сяк, а потом сказал:
— Поясница часто болит? — задумчиво поинтересовался мужчина.
— Довольно часто, — охотно признала я. — В последнее время так вообще…
— Ясно. На спину ложитесь, пожалуйста.
Я с удовлетворением заметил, что в подобном массаже есть смысл. Приятный аромат, скольжение, негромкая музыка.
Блин… Это скольжение капец как сильно напоминало что-то из совсем недавнего пережитого. Прямо на языке так и вертелось, но вспомнить я так и не могла. Офигенные ощущения. Правда, не очень массажем пахло. Я б сказала, это было узаконенное лапанье. В принципе, можно было бы, наверное, даже прервать процедуру, если бы не один пикантный нюанс: светить своими излишне приподнятым сосками от массажа я совершенно не собиралась. И молча радовалась, что полотенце в районе груди сложено аж в четыре раза. Но массажист всё просек, вкрадчиво поинтересовавшись:
— Вам хорошо?
Я промолчала. А что мне было ему сказать? Чувак, ты что, слепой? Мне п…здец как хорошо. И если ты ещё минут пять продолжишь в таком духе, я продемонстрирую тебе это максимально наглядным способом. Потеку. И вот тогда точно мне пригодится твоё махровое полотенце.
Мужик, видимо, сжалился надо мной, предложив перевернуться на живот. Тогда я полагала, что это привычная для него реакция клиента на атмосферу, массаж и всё такое. Но следующая фраза вогнала меня в тупик.
— Ба-а-абочка у нас на поясничке, значит… Ясно. А ты у нас не так проста, верно?
— Что-то имеете против бабочек? — хмыкнула я.
— Зайчик, конечно, нет. Очень миленькая и аккуратненькая штучка. Лежи, не дергайся, мы с тобой не закончили. Вот это фортануло мне, конечно… А я, главное, твой заказ брать не хотел. Думал, свалить пораньше — суббота же…
Я мгновенно напряглась.
— Кстати, ты в курсе, что у тебя деформация бедра, зайчик? — мурлыкал мужчина, нежно поглаживая меня по ягодице. — Тебе бы к врачу на консультацию сходить… Бедрышком твоим славным надо заняться. Хотя, в принципе… я тоже могу помочь. Вернее, оба можем друг другу помочь. Ну ты же понимаешь?
Я психанула. Это что началось?
— Руки убрал, — с легкой угрозой в голосе сказала я.
— Ух, агрессивный зубастый зайчик, — облизнулся массажист. — Ладно. Слушай, давай начистоту. Ну мы оба же понимаем, что к чему. Ты потекла. У меня «встал». Мы явно друг другу симпатичны, и оба хотим вполне конкретного. Ну его на хрен, этот массаж. Давай так, а?
Я мрачно посмотрела на парня. Не, ну ох…ел. Чисто объективно.
— Мне просто интересно, — прошипела я. — А в какой момент моего присутствия здесь ты решил, что вообще можешь такое мне предложить?
— С самого начала, — заулыбался парниша. — Ну… бабочка же. У меня тоже, к слову, есть, скоро увидишь лично. Почти такая же. Только радужная. Я тоже люблю эксперименты, зайка. А ты еще и симпотная к тому же…
— А то, что у нее уже есть мужик, тебя не смущает? — рявкнул завернутый в махровую простыню Игорь, с ноги открывающий кабинет. — Тебе п…зда. Чисто объективно. А ты… ты… — обратился мой друг ко мне, — живо собирайся!
В воздухе ощутимо запахло скандалом.
— Я, бл…дь, что-то неясно сказал? — заорал Игорь, глядя прямо на меня. — Живо в домик! Прямо одна нога здесь, другая там!
Дальше пошел непонятный мне ор на китайском, направленный в сторону массажиста. Подозреваю, это были исключительно отборные матюки.
— Игорь, угомонись! — принялась увещевать разъяренного друга я, хотя, честно говоря, в душе ликовала. Маленькая восторженная девочка внутри вопила и громко хлопала в ладоши, время от времени изрекая что-то навроде: «Ату его, ату!»
— Угомониться? — ревниво прорычал Игорёк. — Мне??? Так понравилось?..
— Чувак, прости, это недопонимание, — миролюбиво начал оправдываться массажист. — Я ж не знал… Просто я подумал, что… ну бабочка же, сечешь? Бабочка…
Игорь, набычившись, посмотрел на мужчину.
— Моя бабочка сейчас улетит к себе в домик, — заметил он. — И впредь своими крылышками нигде больше игриво помахивать не будет. А то, понимаешь, пиявок вокруг голодных много… как оказалось. И всех моя Баттерфляй так и манит, словно мёдом намазанная. И зря ты думаешь, что это самоуправство сойдёт тебе с рук. Я сейчас иду к администратору, и готовься к увольнению. Я невероятно зол.
— Игорек, но парень же пояснил, что это недопонимание, — принялась успокаивать обозленного друга я. — Не надо так кардинально. Он сделал выводы. По сути же ничего особого не произошло. Все мы время от времени лажаем, принимая одно за другое… Тебе бы не знать?
Массажист охотно покивал головой, соглашаясь с каждым моим словом.
— Вот ты, конечно… — язвительно начал Игорек, постепенно повышая голос. — Главное, я специально всех непрофессионалов отмёл с самого начала. Просил администратора женщину опытную поставить. Думала, вот она, опасность. Ни фига… меня обманули! Тут не специалистка, а специалист! Мы тут… Лежим… Кайфуем… Нравится нам, когда нас лапают мускулистые татуированные мужики! Это второй подобный мужик за эти сутки! Бесстыдница!
Игорь заполошно залопотал что-то на китайском языке, видимо, не находя в русском достойных аналогов. Я озлобленно поглядела на него.
— А знаешь, я тоже так могу! — рявкнула я и перешла на корейский.
Игорь внимательно меня выслушал, усмехнулся и суховато произнес:
— Я знаю корейский. Даже лучше, чем нужно.
— Бл…дь, — сокрушенно произнесла я.
— В утешение могу сказать, что ничего принципиально нового для себя я не услышал.
Мы понимающе расхохотались, а потом Игорёк добродушно проворчал, толкая меня в плечо:
— Ладно, бабочка… Полетели… Крылышками бяк-бяк-бяк… Тут атмосфера дурная. А то не дай боже, в ночную бабочку здесь превратишься. Одна вот уже… жужжит над
